Элегантность, динамичность, хороший вкус

«В честь Стравинского» на сцене театра Филармонико в Вероне

Ирина Сорокина, 10.03.2011 в 10:58

Сцена из «Аполлона Мусагета»
Сцена из «Жар-птицы»

Пошло второе столетие с момента начала Русских Сезонов в Париже (1909). Как в эпоху Людовика Четырнадцатого все блестящие явления искусства были связаны с его именем, так в двадцатом веке все, кто занимался искусством – литературой, живописью, музыкой, хореографией – не мог не оглядываться на опыт Дягилева и наследие, которое оставили «дягилевцы», имя которым – легион. Среди них – великий композитор Игорь Стравинский, балетную музыку которого не может миновать ни один хореограф.

С собственными постановками двух названий Стравинского вернулся в Верону Ренато Дзанелла – уроженец города Ромео и Джульетты, которого итальянские реалии вынуждают работать за рубежом. Вернулся на щите – «Аполлон Мусагет» и «Жар-птица» не только оказались интересными версиями известных балетов, но продемонстрировали многогранные способности Дзанеллы (декоратора, художника по костюмам и свету) и имели успех у публики. Предыдущие названия на афише – «Веселая вдова» и «Манон Леско» не смогли пробить равнодушие веронцев, а вот балеты Дзанеллы – смогли, хотя и на балетах пустые места сверкали подобно свежевырытым братским могилам...

Балеты Дзанеллы не порывают с традицией. Память об «Аполлоне» Баланчина и «Жар-птице» Фокина живет в них; обе постановки – диалог с великими предшественниками.

Изысканная абстрактность царит в «Аполлоне Мусагете». Почти без цитат хореографу-сценографу удается воспроизвести дух античной Греции: чистота, строгость, безупречный вкус. Два занавеса, пара архитектурных элементов, напоминающих о временах «детства человечества», три плексиглассовых панно, расписанных выдающимися художниками современности из Австрии и Германии, Херманном Нитшем, Герхардом Рихтером и Кристаном Людвигом,— «рама» балета Дзанеллы сделана буквально «из ничего» и идеально гармонирует с классическим танцем, который лежит в основе его версии. Более того, веронский хореограф демонстрирует искреннюю влюбленность в классику, преданность собственным корням. Но классика Дзанеллы – живая, находящаяся в постоянном развитии и поиске и носящая узнаваемый отпечаток личности хореографа, на редкость музыкального и всегда преследующего цель создания драматического образа.

Роль Аполлона создана в расчете на индивидуальность неаполитанского танцовщика Джузеппе Пиконе, с красивыми формами тела и чистотой линий. Но расчет не слишком оправдывается: Пиконе может понравиться любителям абстрактной красоты, далекой от человеческих бурь. В роли Аполлона он не может вырваться за пределы демонстрации физической приятности, оставаясь слишком безмятежным, холодным и «герметичным». Танцовщик щедр по отношению к самому себе и весьма скуп по отношению к публике. Весь спектакль держится на представительницах прекрасного пола, исполнительницах ролей трех муз. Иления Монтаньоли – Терпсихора, Бояна Ненадович Отрин – Каллиопа и Шилла Каттафеста – Полимния создают поистине незабываемые образы! Изысканная, пленяющая тонкой красотой Терпсихора (одетая в бежево-розовую, ниспадающими мягкими складками тунику, подчеркивающую линии идеальной фигуры), динамичная и чуть хулиганистая Каллиопа (в черной короткой пачке и корсаже, открывающем живот) и многоликая, с элементами гротеска Полигимния (в огромной торчащей белой пачке и с красным пятном на корсаже – олицетворение покинутой в день свадьбы невесты),- в ролях трех муз молодые балерины демонстрируют многогранную техническую подготовку и обворожительное актерское мастерство. Джованни Патти, ветеран веронской труппы, ироничен и грозен в роли Зевса.

«Жар-птица» — абсолютно другой спектакль. Это многими любимый сюжетный балет с логично выстроенной повествовательной линией и ярко охарактеризованными персонажами. В своей постановке Дзанелла задействовал оркестровую версию 1945 года. Сценическое пространство свободно, в качестве задника использована акварель Бакста, посвященная «Жар-птице». Через акварель «просвечивают» сказочные атрибуты: волшебное дерево, золотое яблоко, клетка, яйцо, в котором скрыта душа Кащея.

Все исполнители «Жар-птицы» — «на своем месте»: идеальное соответствие изображаемым персонажам, высокая техника и искренняя самоотдача. Артисты демонстририруют, что балет Дзанеллы вызвал в них желание делать искусство и вдохновил на создание интересных образов: Антонио Руссо – царевич Иван, Иления Монтаньоли – Царевна Ненаглядная Краса, Пьетро Оккьо – Кащей. В прекрасном ансамбле есть все же лидер, и так и должно было быть, ведь недаром балет называется «Жар-птица». Мария Кусуни, греческая танцовщица, много работавшая в Германии и Австрии, а ныне прима-балерина в своем родном городе, Афинах, являет нечто, заставляющее дыхание и взор остановиться. Крепко сбитая, мускулистая, с сильными ногами, по которым можно «вычитать», сколько часов приходится ей работать, Кусуни создает таинственный и томительный персонаж. Настоящая фантастическая птица: у танцовщицы воистину поразительные руки, «поет» каждый мускул. Помогают Марии красная короткая пачка и грим – красная же прозрачная краска на руках.

Превосходен польский дирижер Виктор Бокман: ему близка яркая колористичность музыки Стравинского, а, кроме того, у него легкий, выразительный, «танцующий» жест.

В трудный момент, который переживает музыкальный театр в Италии, веронское «оперно-балетное предприятие» предлагает «продукт» высококачественный, но крайне «экономичный». Оказывается, большое искусство можно делать и малыми средствами.

Фото Ennevi. Любезно предоставлены "Арена ди Верона".

реклама

вам может быть интересно

По шкале Рудольфа Баршая Классическая музыка

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама



Тип

рецензии

Раздел

балет

Персоналии

Игорь Стравинский

просмотры: 2658



Спецпроект:
Мир музыки Чайковского
Смотреть
Спецпроект:
В гостях у Belcanto.ru
Смотреть