Женская исповедь Марии Гулегиной

Татьяна Елагина, 30.05.2011 в 15:50

Мария Гулегина (фото с сайта tenori.ru)

Всегда немного страшно идти на свидание с юностью. Так сложилось, что живьём Марию Гулегину я слышала только в далёком уже 1986-м году на VIII конкурсе им. Чайковского. И сразу фокус памяти – да кто же кроме неё мог тогда стать победительницей среди женщин? Это было мощно и здорово! Ан нет — лишь третья премия, и бронзовая медаль, закинутая будущей примадонной в кусты от чувства несправедливости (информация с её неофициального сайта).

Время всё расставляет на свои места. К счастью, блистательные выступления М. Гулегиной на лучших оперных сценах иногда доходили и до нас — в виде записей, показов спектаклей по телеканалу «Культура». Это были главные партии в преимущественно итальянских операх – Дж. Верди, Дж. Пуччини, Ф. Чилеа, У. Джордано с самыми звёздными партнёрами. Последние рецензии на её «коронную» роль — Турандот в одноимённой опере Дж. Пуччини — были не слишком хвалебны. Общее мнение различных рецензентов — голос устал, его лучшие времена позади.

И потому выбор совершенно неожиданного, никогда не исполнявшегося певицей русского и советского репертуара показался не просто интересным, но и очень мудрым. Уже после концерта поймала себя на мысли — до чего особо вкусное русское произношение у Гулегиной! Мы его практически забыли, а ведь на родном языке не так страшны вокальные трудности. И какое владение пиано — в «тяжёлых» веристских операх его продемонстрировать не всегда возможно.

Полноправным партнёром певицы стал Камерный хор под управлением Владимира Минина. То, что это коллектив экстра-класса — аксиома. Но стоит с близкого расстояния услышать интонационно идеальное звучание, слитность голосов, почувствовать нутром магию органной «педали» — непрерывного цепного дыхания, создающего прочный фундамент, чтобы понять — это не обычные хористы, а настоящие Музыканты. Не буду перечислять артистов хора, выступивших в сольных номерах — все они продемонстрировали достойный вокал, тонкое владение иногда непростой стилистикой (как в русских народных песнях С. Рахманинова и Г. Свиридова). Маэстро Владимир Минин, говорят, очень строг в работе. Но какое эстетическое удовольствие наблюдать за ним во время исполнения. Не хочется повторять банальности про «музыку, стекающую с кончиков пальцев», но пластика дирижёрского жеста, сдержанный огонь немолодого, благородно-красивого человека достойны показа крупным планом.

Пожалуй, самым технически сложным номером для всех участников вечера стал первый выход Марии Гулегиной в кантате Юрия Буцко «Свадебные песни». Написанное в 1966 году тогда молодым композитором произведение для меццо-сопрано, смешанного хора и симфонического оркестра прозвучало в авторском переложении для солистки, хора, 2-х фортепиано и ударных. Из шести номеров кантаты, написанных на подлинные народные тексты, певица солировала в трёх или четырёх. Безумных четвертьтонов, о которых говорила Мария Гулегина в интервью не уловила, каюсь. Впервые услышанная музыка, казавшаяся в начале 60-х годов прошлого века очень острой, на гребне «новой фольклорной волны», прозвучала убедительно и почти традиционно. А расположение кантаты в концерте между Рахманиновым и Свиридовым очень органично. За оркестр полноценно выступили пианисты Александр Гиндин и Алексей Володин, культурно добавляли красок ударные — ансамбль под руководством Джуры Миркаримова. Солистка пела так, будто не романтический западный репертуар, а Бриттен и Шостакович составляли два десятилетия её творческий портфель. С горечью (и пока ещё надеждой!) подумала — какая Катерина Измайлова могла бы получиться! Посчитать сколько в мире «великих» Тосок или Аид — десятки, если не сотни. А вот для Катерины Львовны чтобы всё в комплексе имелось: голос, стать, красота, чувство нерва Дмитрия Дмитриевича — единицы. Похоже, что здравствующий автор «Свадебных песен» Юрий Буцко был искренне растроган после исполнения.

Совсем по-иному началось второе отделение вечера. Слово «шлягер» кажется вульгарным по отношению к церковной музыке, но по популярности «Жертва вечерняя» П. Чеснокова не знает равных в этом жанре. Опять неожиданность — солируют обычно басы, женский голос здесь крайне редок. Вот, когда покорила Мария замечательным пиано, звуковедением, прекрасным церковно-славянским, что не так просто, как кажется.

Затем романс С. Рахманинова «Полюбила я на печаль свою». Маленькая жанровая зарисовка, жалоба покинутой солдатки — никакого «рванья страстей», всё просто и сдержанно.

Два номера из «Орлеанской девы» П. Чайковского были неравноценны. Красивый, редко исполняемый гимн Иоанны с хором «Царь вышних сил» явно проигрывал в аккомпанементе фортепиано, да и хористы (тенор и бас), помогавшие солистке, допустили огрехи. Но знаменитая ария Иоанны «Да, час настал» исполнена Гулегиной, что называется, как родная. Сразу вспомнилось, что у Петра Ильича в партитуре Иоанна — сопрано, а традиция исполнения этой партии меццо-сопрано сложилась уже позже.

Далее несколько номеров на сцене царил Камерный хор — солистка отдыхала. И лишь финал заявленной программы явил нам ещё одну грань Марии Гулегиной — песня и частушки Варвары из оперы Р. Щедрина «Не только любовь». Ах, как свежо прозвучал этот почти забытый опус, в советскую эпоху частенько включавшийся в самые разные, чаще «правительственные» концерты из-за своего пролетарского содержания — «по полям колхозным, всюду я бродила». Но, оказывается, музыка потрясающе талантлива, а исполнение вобрало в себя всё — и озорство, и горечь, и полупьяный разгул. Очень яркая финальная точка! Думаю, как всегда безупречно элегантному С. Бэлзе, ведущему концерта, и не стоило намекать, что дальнейшее зависит от настойчивости публики — бисы подразумевались.

Их было три — контрастных и неожиданных. После ещё звучавших в памяти пряных диссонансов Щедрина впервые за вечер наполнил тайной Зал Чайковского орган: нам подарили «Аве Мария» Каччини — из 20 века да в 16-й! Как в лесной родник — опять божественное пиано мастера Гулегиной. И тут же, с перерывом на овации и щедрые цветы, снова привет из советской эпохи — Песня Женьки из оперы К. Молчанова «А зори здесь тихие» — гениальное «Жди меня» К. Симонова, положенное на не менее вдохновенную музыку. Строки, опалённые войной, наша «Лили Марлен». Такой выбор, чувствуется, не случаен. Очень проникновенно исполнено, с полным пониманием «особости» произведения.

Ну и последний номер программы, необъявленное соло — это уже не песня в привычном понимании. «Крунг» Комитаса, по-армянски «Журавль» — только тот, в чьих жилах течёт хоть частица этой древней крови, может понять, что означает этот архаичный плач, вечная память о прародине для мировой оперной звезды, чья девичья фамилия Мурадян.

«Женская исповедь» стоял подзаголовок в программе концерта. После такой Исповеди отпускаются многие грехи…

реклама

вам может быть интересно

Гению романтизма посвящается Классическая музыка

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама



Тип

рецензии

Раздел

опера

Театры и фестивали

Концертный зал имени Чайковского

Персоналии

Мария Гулегина

просмотры: 4481



Спецпроект:
В гостях у Belcanto.ru
Смотреть
Спецпроект:
На родине бельканто
Смотреть