Конкурсные страсти

XII Международный конкурс артистов балета и хореографов в Москве

Екатерина Беляева, 10.07.2013 в 14:30

XII Международный конкурс артистов балета и хореографов. Оксана Бондарева и Иван Зайцев

Часть первая: участники. В сторону «нархара»

В Москве закончился XII Международный конкурс артистов балета и хореографов.

Как обычно он проходил в стенах Большого театра — первый и второй туры на Новой сцене, третий — на основной.

По традиции конкурс открывался спектаклем Большого театра с участием звезд — Светлана Захарова исполнила заглавную партию в балете «Жизель». Ее партнером уже во второй раз (артисты выступали вместе в балете «Маргарита и Арман» на творческом вечере балерины, который проходил в этом апреле в Большом) стал премьер «Стасика» Сергей Полунин.

Настоящего дуэта у артистов не получилось — для этого нужны недели репетиций,

но каждый со своей стороны выглядел очень убедительно в коронной для себя партии этого романтического спектакля.

В основных позициях конкурс шел по модели 2001 года, когда появилась новая номинация «хореограф». Однако со временем интерес начинающих хореографов к состязанию возрос настолько, что организаторам пришлось вводить дополнительные дни для показов работ соискателей, чьи работы не участвуют в конкурсе артистов, то есть для номеров, поставленных для конкурса, но не на участников конкурса.

Работы таких хореографов (каждый показывал один длинный или два коротких номера) жюри отсмотрело за 2 вечера (42 номера).

В целом, данный конкурс собрал рекордное количество заявок от хореографов (28 человек).

Правда, количество, к сожалению, не перешло в качество, но тенденция роста интереса к профессии постановщика танцев произвела впечатление.

И второе, кроме дополнительных дней для просмотра работ хореографов,

новшество этого конкурса — замена второй классической вариации на народно-характерный танец

на первом туре для младшей группы. Организаторы рассчитывали, что юные участники смогут показать свою индивидуальность через характерный танец.

XII Международный конкурс артистов балета и хореографов в Москве

Однако, затея скорее не удалась, так как у иностранных участников, в отличие от наших соотечественников, изучающих «нархар» в обязательном порядке в балетных школах, народно-характерные танцы выглядели откровенно смешными — девочки, обмундированные в длинные красные юбки под Карменситу, пытались имитировать цыганский танец из «Дон Кихота» или что-то вроде того, и выглядели они более чем нелепо.

О выразительности речь вообще не шла,

все силы детей ушли на собственные ощущения в непривычных нарядах.

Но какие-то симпатичные работы попались, вроде ритмичного албанского танца под зажигательную мелодию.

Количественно лидировали участники из России (64), Украины (17), Казахстана (7), Японии (16), Китая и стран Латинской Америки (12 человек, в основном ученики Школы Большого театра в Бразилии) и Италии.

Неслабый десант из Америки (8) — большинство американцев вернулось домой с наградами. Не было французов, англичан и датчан, что обидно, но эти давно уже не приезжают — российские премии почти ничего не решают в их карьере.

Всего в конкурсе артистов балета приняло участие 129 человек.

Часть вторая: хореографы. Зло в имени

Для критиков самой интересной частью конкурса являются показы работ хореографов, поскольку победители именно этой части состязания в ближайшее время будут определенно что-то ставить в отечественных театрах — как музыкальных, так и драматических.

Но эта часть и самая мучительная, так как

хореографы не часто поражают оригинальностью мышления.

И если, глядя в сотый раз на виртуоза, наворачивающего неаккуратные пируэты в вариации из «Дон Кихота», ты сомневаешься в балетоманской составляющей своей профессии, то с хореографами беда может нагрянуть на всех уровнях.

XII Международный конкурс артистов балета и хореографов в Москве

Но первое зло — в имени. Самые лучшие и талантливые названия — для романа, для статьи, для спектакля, для номера — те, которые спонтанно пришли в голову автора в последний момент.

Бывают, конечно, имена глубоко продуманные, выстраданные — такие чаще всего рождаются у автора задолго до создания самой работы. В конкурсе таковых не случается. Чаще всего мы имеем дело с натужными названиями, определяющими некую тему, которая будет натужно отрабатываться в номере.

Любимые темы — про раздвоение, про alter ego и про темную часть души.

Выходит артист и начинает сражаться с тенью, корчиться в муках на полу, кататься и валяться, демонстрируя красивую растяжку или еще какой томный изгиб тела. Экзистенциальные муки, муки творчества, неразделенная любовь, просто скука — вот весь спектр и охват фантазии таких хореографов.

И названия для этой серии были как всегда самые выразительные — «Звук и отзвук», «Чужие тени», «Необратимость», «Жизнь вне жизни».

Прекрасна в своей малахольности безглагольная серия

— «Тоска», «Поэма», «Невесомость», «Опус», «Мачо», «Летний роман», «Дождь», «Двое», «Сказка», «Одуванчик», «Антидот», «Полуденница», «Лень», «Соло для меня», «Полет», «Чужие тени» и т.д. и т.п.

Если бы существовал конкурс названий, то первое место уходит к Павлу Глухову, сочинившему номер

«17 квадратных метров моей широкой души» на музыку группы «ДахаБраха».

Также понравились названия — «Прошлое здесь», «Здесь и сейчас», «А дальше — тишина», «Аутофилия».

XII Международный конкурс артистов балета и хореографов в Москве

Последняя и как номер была нетривиальна — в нем девушка станцевала панегирик самой себе. Все замысловатые па, включая почесывание пятки воображаемой пемзой, она делала, глядя в деревянное зеркальце, которое держала в руке. По крайней мере, изобретательно.

От глупых имен переходим к неприятной тенденции.

Второй уже раз премию (вторую, так как первая не присуждалась) получает рвущийся в хореографы танцовщик Театра балета Бориса Эйфмана.

Перед глазами сразу возникает готовый сценарий, по которому можно «пробиться» в хореографы. Становишься премьером у Эйфмана (это, правда, трудно), получаешь пару «Золотых масок» (легче), бросаешь альма матер (а как иначе) и двигаешься в светлое будущее уже как хореограф. С одобрения компетентного жюри.

Как будто мало одного Юрия Смекалова, победителя прошлого конкурса. На подходе следующий кадр — звезда труппы Эйфмана Олег Габышев, только весной награжденный «Золотой маской» за исполнение заглавной роли в балете Эйфмана «Роден».

Получается, что Борис Эйфман поставляет на российский рынок хореографов.

Или уже нужно констатировать этот факт как данность?

На мой взгляд, Габышев безвреднее Смекалова, занудного питерского парня, дующего в серьезную дудку драмбалета и начисто лишенного юмора.

Габышев представил два номера, воспевающих его собственное превосходство над всем миром

— поэтому он сам и после с товарищем номера эти и исполнял.

В номере «Мачо» он уселся в шезлонг, положил ногу на ногу, раскурил сигарету, опрокинул рюмочку, ухмыльнулся, улыбнулся, крутанул бедрами, показал бицепсы, ну и ... как бы все.

«Лень». Хореография Габышева

Во втором номере — «Лень» — он вышел с партнером. Два полудэнди полуфрика изнывают от скуки и по очереди придумывают для себя самые невероятные развлечения. Забавные ребята додурачились до того, что вырвались в интерактив — спрыгнули со сцены в зрительный зал и вылетели в дверь, размахивая воображаемыми крыльями.

Сможет ли Габышев, сорвавший премию, поставить многоактный балет — пока загадка.

Впрочем, приятно, что он не копирует смачный стиль своего маститого шефа.

Похожие небылицы про забавных фриков начал плести несколько лет назад Марко Гёкке. Его экстравагантные работы нравятся таким харизматичным персонажам как премьер Гамбургского балета Ллойд Риггинс или директор Государственного балета Берлина Владимир Малахов — уставшие от белой классики артисты, дурачась, отдыхают в них душой и телом, хотя на самом деле эти опусы не такие уж легкие.

Габышев идет в этом направлении — посмотрим, на что он окажется способен в серьезном репертуаре.

Часть третья: хореографы. Конвульсии драмбалета

Неожиданным образом среди участников конкурса хореографов не нашлось много желающих сочинять сюжетные балеты. Но зато был один «мощный» представитель драмбалетного направления, чьи оба номера принесли пятнадцать минут здорового смеха и хорошего настроения среди унылого потока похожих друг на друга номеров про проблемы экзистенции.

Алексей Батраков, главный балетмейстер Государственного музыкального театра Республики Мордовия (Саранск) и автор хореографии к спектаклям Р. Виктюка и нескольким операм, представил на суд жюри два номера — «Николай II. Отречение» на музыку Рахманинова и «Онегин. Иллюзия игры» на музыку Сибелиуса.

Главное, что потрясло — натурализм.

По киношному загримированный под брадатого русского царя Антон Башмаков выписывал по кругу пассы страдания, заламывал руки, отчаянно выбрасывал вперед ноги и, наконец, вышел на авансцену, положил на пол лист бумаги и подписал отречение, скрипнув пером.

В «Онегине» пошло раздвоение — вышел крепко сбитый паренек в кудрявом парике, с баками под Пушкина, потом два каких-то арлекина, которые преследовали кудрявого мужчину, куда бы он не направился. Видимо, это были в одном лице надсмотрщики из отделения Бенкендорфа, которых бедный поэт принял за оживших героев своих сочинений.

В конце он понял, что эти псевдо-призраки надзирают за ним, рухнул на пол, ослепленный россыпью лучей, выпущенных стробоскопом, и начал трястись в припадке падучей.

Ну а зал сотрясался в конвульсиях от гомерического хохота.

Если же говорить серьезно о направлениях хореографической мысли юных, то можно заметить, что драмбалетные образчики, хотя балеты этого типа снова стали отвоевывать место под солнцем на отечественных сценах в виде, например, «Утраченных иллюзий» Ратманского или «Майерлинга» и «Ромео и Джульетты» Макмиллана, практически перестали волновать соискателей.

Сюжет уже мало кого интересует. Зато важны свет, дизайн, музыка и ее исполнитель.

То есть ориентирами для начинающих теперь стали не Григорович, Пети и Ноймайер, а заполнившие российский рынок Килиан, Дуато, Эло.

Посетив несколько лет назад мастерскую новой хореографии в Амфитеатре Парижской оперы, мы с коллегами отмечали, что французы ставят внутри своей традиции, у них другие образцы. Тогда это были Килиан, Эк, Прельжокаж, мимические театры Марсо и Барро.

Сейчас с заметным отставанием наши хотят ставить, скажем, в стилистике Дуато.

В номерах Кирилла Радева на сцену выходил эксцентричный скрипач и играл некий неподписанный опус в редакции скрипача-философа Леонидаса Кавакоса. Музыкант так завел аудиторию, что на упражняющегося в растяжках полуголого парнишку никто уже и не обратил внимание.

Владимир Варнава, который в феврале поставил симпатичный номер для артистов Мариинского театра «Окно в середину зимы» и балет «Плюс. Минус. Ноль» для творческого вечера Светланы Захаровой, участвовал в конкурсе с новыми работами. Номера не выдающиеся, но достойные.

Видно, что сочинение хореографии для Варнавы — это приятный, естественный процесс, а не вымучивание и не выдумывание движений.

Ему нравится сложная пластика в духе Уэйна Макгрегора, и пока никто лучше него самого эту хореографию исполнить не может. Жалко, что жюри отметило Варнаву лишь дипломом.

Третье место ушло Марине Акелькиной, которая постоянно работает в Балете Москва.

Хореография для нее ремесло, которым она в совершенстве владеет

— может поставить любые номера, обыграть особенности исполнителя, отработать музыку. Ее номера на конкурсе показала внучка великой и могучей Софьи Николаевны Головкиной, многолетнего ректора МГАХ, Софья Гайдукова — артистка классической труппы Балета Москва.

Из внеконкурсной части современных номеров мало что понравилось.

Прилично выглядели номера и фрагменты балетов, сделанные Раду Поклитару, Начо Дуато, Владимиром Варнавой, но по большей части артисты пытались быть другими (современными) в абсолютно постном и безвкусном материале.

Часть четвертая: артисты — младшая группа. Дети подготовились

Во-первых, стоит отметить, что

младшие на этом конкурсе обошли старших качеством подготовки.

Что понятно, так как конкурс для них — это трамплин к другому конкурсу, денежное вознаграждение и чувство уверенности в будущем, для старших же речь идет только о повышении статуса в своем театре или возможности перехода на более престижное место работы.

Жизель Бете

Начиная со второго тура, на который выпустили ровно половину участников, концерты-показы выглядели вполне профессиональным зрелищем. Тогда как второй тур у старших был отчаянно слабым.

В третий тур вышли реально сильнейшие, и почти каждый мог смело претендовать на призовое место.

Понятно, что приоритет был у студентов МГАХ и студентов ее ректора Марины Леоновой в частности, но они и танцевали безупречно — не придраться.

Компактная Ксения Рыжкова продемонстрировала отличную пальцевую технику и амломб, хорошую элевацию, прыжки. Танцовщице пока не хватает сценической грации, легкости, но и ошибок она не делает, что на конкурсе важнее.

Американка Мария Тереза Бек, студентка МГАХ, блеснула хорошими линиями и томной грацией, все — в рамках московской школы. Другая американка, из школы в Антверпене Кэтрин Хиггинс показала совсем иные особенности своего образования — музыкальность, плавность линий, неторопливое достоинство. Трудно представить такую артистку в труппе ГАБТа, но глаз явно приятно отдыхал во время ее выступлений.

Мико Фогарти — японка со швейцарским гражданством и американской школой — стала явной фавориткой в своей категории (соло), начиная с первого тура.

Она из тех, кто хорошо готовится — типичная швейцарка. В спортивных играх точности швейцарцев нет равных. Берут ружье, прицеливаются и попадают прямо в цель — в самое сердце.

Мико Фогарти

Качество «фаи» и «субресо» в вариации из второго акта «Жизели», которое мы всегда капризно оцениваем во время дебютов зрелых балерин на сцене, у Фогарти было изумительное. И следом — россыпь изысканных мелких движений в «Эсмеральде».

Из леоновских учениц достойно выступила Эльвина Ибрагимова.

Тимофей Андрияшенко из Латвии, ученик балетной школы в Генуе, роскошно провел три тура — без ошибок, уверенно, грамотно.

В «Гран па классик» показал красивые заноски, туры с аккуратным приземлением. Понравилось, что он выбрал небанальную вариацию из старинного балета Петипа «Привал кавалерии», где смог показать танец с характером.

Пермскую школу представлял Алексей Селиверстов, продемонстрировавший все ее сильные и слабые стороны — мягкие стопы, неперекаченные красивые ноги и руки, плавные жесты, интеллигентность, но — наличие ошибок и откровенная неустойчивость.

Ровная противоположность — артисты с украинской школой.

Алеся Шайтанова вышла на третий тур с нетривиальным Петипа — вариациями «Арфа» и из па-де-труа из «Пахиты» и исполнила их очень стильно и легко. Показала ровно те навыки, за которые ценят на Западе танцовщиков из СССР, не понимая, что это не московская и не петербургская школа, а типичная киевская.

Отличительная ее черта — высокая техничность, знание особых приемов,

передаваемых от педагогов артистам из рук в руки, определенная старомодность в исполнении отдельных комбинаций и броский артистизм.

Симпатичный китайский кроха Ши Юэ принес заслуженную премию своей стране, выгодно показав себя на конкурсе в деми-характерных вариациях из «Тщетной предосторожности» и «Коппелии».

Часть пятая: артисты — старшая группа. Формальности

Смотреть выступления артистов старшей группы было трудно. Потому что большинство из них подошли к конкурсу формально. Не возникла интрига. Все оказалось предсказуемым и не авантюрным.

Небольшой креатив показал Давид Залеев, экс-студент «Вагановки»

(отчисленный оттуда, как рассказывают, за хулиганскую выходку), а ныне солист балетной труппы Казанского оперного театра. Во время его выступления на первом туре (вариация Филиппа из балета «Пламя Парижа») не включилась фонограмма, но артист не потерялся и шикарно станцевал без музыки, немедленно став фаворитом смотра. Григорович крикнул парню «браво».

Давид Залеев

Во втором туре он интересно выступил в номере «Демон», обнаружив недюжинные актерские способности. Чтобы получить желанную премию, Залееву оставалось только соблюдать аккуратность в третьем туре, что он благополучно и сделал, навернув десяток пируэтов а ля Чабукиани в вариации из «Корсара».

В финале он танцевал еще и вариацию Джеймса из балета «Сильфида», во время которой у него досадно спустился гольф, но чистота выполненных па заставила забыть о недоразумении, и выступавший последним в этом конкурсе артист уходил со сцены под гул аплодисментов жюри и зала.

Высокий уровень мастерства продемонстировали артисты из Михайловского театра — Оксана Бондарева и Иван Зайцев (как партнер, без участия).

Пафос их выступления — в непафосности подачи себя. Оксана крутила ровные аккуратные фуэте без сдвигов, попадала в музыку, и главное — наслаждалась игрой с партнером.

Ребята работают с М. Мессерером в Михайловском, а он как раз мастер построения умных дуэтов. Как-то сразу захотелось, чтобы Зайцева наградили за добротное партнерство — так и вышло.

Большой театр не предъявил ничего особо интересного — все соискатели танцевали относительно на уровне, но без шика.

Демонстрировали самих себя на пределе ограниченных возможностей.

Даже вспомнить ничего.

То же самое Мариинский театр, главными игроками от которого стали Оксана Скорик и Тимур Аскеров.

Тимур Аскеров и Оксана Скорик

Неинтересные, блеклые танцовщики, чьи имена быстро забываются. Довелось видеть их месяц назад в репертуарном спектакле в Питере («Фортепианный концерт № 2» Баланчина, видавший совершенно гениальные составы в середине 2000-х) — ощущение крепкого середнячка.

Театр переживает сейчас нелёгкие времена и конкурс не может не зеркалить ситуацию.

Качественно выступили солисты двух других московских театров, которые как раз хотят прыгнуть куда-то повыше.

Болотова Татьяна и Пыжов Артемий танцуют в областном театре «Русский балет», иначе — Балете В. Гордеева. Они показывали большое па де де из балета «Привал кавалерии» и делали это исключительно воодушевленно. Да и эта милая хореография Петипа, аккуратно восстановленная, производит приятное впечатление, если ее с толком танцуют, не опуская вкусных стилевых мелочей.

Вторая пара — из театра Касаткиной и Василёва: Диана Косырева и Никита Сухоруков.

Они держались традиционного репертуара, но по конкурсным меркам выступали на уровне. Косырева открутила фуэте Китри с веером в руке — эффектный, женственный трюк, который другие не делали, но ошиблась в финале вариации. Учитывая неопрятность и более грубые ошибки Оксаны Скорик, Косырева вполне могла бы получить второй приз, а не третий, но, видимо, сработало правило большого брата.

Следующий конкурс обещает стартовать ровно через четыре года, то есть в 2017 году.

Фото Игоря Захаркина (хореографы) и Вячеслава Пегарева (участники и жюри)

Результаты XII Международного конкурса артистов балета и хореографов

Жюри 2013

Юрий Григорович — председатель
Вадим Писарев (Украина), художественный руководитель Донецкого театра оперы и балета им. А. Соловьяненко
Людмила Семеняка (Россия), педагог-репетитор Большого театра
Вадим Соломаха (США), солист труппы «Сан-Франциско балет»
Мерич Сюмен Канан (Турция), педагог-репетитор
Рухень Чжао (Китай), председатель союза хореографов
Цой Тхэ Джи (Корея), художественный руководитель труппы Национального балета Кореи
Валентин Елизарьев (Беларусь), хореограф
Ясен Валчанов (Болгария), премьер, художественный руководитель Национального театра Оперы и балета Софии (1993-2000), педагог-репетитор
Шарль Жюд (Франция), художественный руководитель балета Национального театра оперы г. Бордо
Светлана Захарова (Россия), прима-балерина Большого театра России
Марина Леонова (Россия), ректор Московской государственной академии хореографии
Ульяна Лопаткина (Россия), прима-балерина Мариинского театра
Турсунбек Нуркалиев (Казахстан), главный балетмейстер Национального театра оперы и балета г. Астана
Кумико Очи (Япония), художественный руководитель балетной компании «International Ochi Ballet» им. А.Павловой — В.Нижинского г. Нагоя
Маргерита Паррилла (Италия), ректор Римской Национальной академии танца

Артисты (младшая группа)

Мико Фогарти (Швейцария) — 1-я премия (соло)
Эльвина Ибраимова (Россия) — 1-я премия (соло)
Ксения Рыжкова (Россия) — 1-я премия (дуэт)
Тимофей Андрияшенко (Латвия) — 1-я премия (соло)
Жизель Бете (США) — 2-я премия (соло)
Олеся Шайтанова — 2-я премия (соло)
Ши Юэ (Китай) — 2-я премия (соло)
Хэ Тхайю (Китай) — 2-я премия (соло)
Хатато Рейко (Япония) — 3-я премия (дуэт)
Кэтрин Хиггинс (США) — 3-я премия (соло)
Мария Тереза Бек (США) — 3-я премия (соло)
Микола Городицкий (Украина) — 3-я премия (соло)
Луан Батиста (Бразилия) — 3-я премия (соло)
Специальный приз за партнерство — Маркус да Сильва (Бразилия)

Артисты (старшая группа)

Давид Залеев (Россия, Казанский театр оперы и балета) — 1-я премия (соло)
Оксана Бондарева (Россия, Михайловский театр) — 1-я премия (дуэт)
Тимур Аскеров (Азербайджан, работает в Мариинском театре) — 1-я премия (дуэт)
Татьяна Болотова (Россия, «Русский балет») — 2-я премия (дуэт)
Оксана Скорик (Россия, Мариинский театр) — 2-я премия (дуэт)
Артемий Пыжов (Россия, «Русский балет») — 2-я премия (дуэт)
Елизавета Крутелева (Россия, Большой театр) — 2-я премия (соло)
Игорь Цвирко (Россия, Большой театр) — 2-я премия (соло)
Анастасия Соболева (Россия, Большой театр) — 3-я премия (дуэт)
Диана Косырева (Россия, Театр п/у Касаткиной и Василева) — 3-я премия (дуэт)
Никита Сухоруков (Украина) — 3-я премия (дуэт)
Анастасия Лименько (Россия, Музыкальный театр) — 3-я премия (соло)
Эрнест Латыпов (Россия, Мариинский театр) — 3-я премия (соло)
Специальный приз за партнерство — Иван Зайцев (Михайловский театр)

Хореографы

Первая премия не присуждена
Вторая премия — Олег Габышев (Россия)
Третья премия — Дмитрий Залесский (Белоруссия)
Акелькина Марина (Россия)

реклама

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама

Тип

статьи

Раздел

балет

Театры и фестивали

Большой театр

Персоналии

Юрий Григорович, Светлана Захарова, Сергей Полунин, Борис Эйфман

просмотры: 6707



Спецпроект:
На родине бельканто
Смотреть
Спецпроект:
Мир музыки Чайковского
Смотреть