Опера Мориса Равеля «Испанский час»

Одноактная опера Мориса Равеля на либретто (по-французски) Франк-Ноэна (псевдоним Мориса Леграна), основанное на его собственной одноименной пьесе.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

ТОРКВЕМАДА, часовщик (тенор)
КОНЦЕПЦИЯ, его жена (сопрано)
ГОНЗАЛЬВ, поэт (тенор)
РАМИРО, погонщик мулов (баритон)
ДОН ИНИГО ГОМЕЦ, банкир (бас)

Время действия: XVIII век.
Место действия: Толедо, Испания.
Первое исполнение: Париж, театр «Опера-комик», 19 мая 1911 года.

Морис Равель был самым что ни на есть французским композитором. Однако родился он в Пиренеях, его мать была, по-видимому, из басков, и он любил писать об Испании — порой даже с испанским акцентом в своей музыке. «Испанский час», конечно же, об Испании. Название оперы в буквальном смысле означает «Испанский час», но слово «час» не значит, что это шестидесятиминутный отрезок времени. Это слово использовано, возможно, в том смысле, в каком его употребил Лонгфелло в названии своей знаменитой поэмы «Детский час». Эта поэма, собственно, заявляет: «Теперь время обратить некоторое внимание на детей». И название оперы как бы говорит: «Давайте поговорим об испанцах... Как у них там со временем». Либретто — очень французское — написано по одноактной пьесе француза по имени Морис Легран. Впоследствии он офранцузил его, приняв псевдоним Франк-Ноэн.

Эта опера, впервые поставленная в 1911 году, до сих пор кажется юной и современной — возможно, в какой-то мере благодаря ее изысканности и изощренности, — однако ее сюжет восходит к XVIII веку, а действие происходит в Толедо. Речь идет о средних лет часовщике Торквемаде и его очень молодой, прелестной и очень сексуальной жене Концепции. Тиканье часов Торквемады слышно в партитуре почти с самого начала. Во всяком случае, к Торквемаде, работающему, как обычно, с утра в своей мастерской, является новый заказчик — рослый, крепкий, добродушный, простоватый погонщик мулов по имени Рамиро. Положив глаз на Рамиро, Концепция выпроваживает мужа из дома, напомнив ему, что пора идти регулировать часы на городской башне. Это его обычная обязанность как городского часовщика. Она стремится избавиться на это утро от Торквемады, потому что у нее сейчас должно быть дома рандеву с Гонзальвом, поэтом.

Сюжет, разворачивающийся в стиле французского будуарного фарса, строится на том, что Концепции необходимо развести своих любовников. Она избавляется от Рамиро, погонщика мулов, посылая его отнести дедовские часы наверх в ее спальню. Но это только временно. Гонзальва больше интересует возможность декламировать Концепции свои вирши, чем заниматься с ней любовью. Тем временем Рамиро возвращается — слишком скоро и совсем некстати. Тогда Концепция просит его отнести в спальню другие часы — те, в которые только что спрятался ее любовник.

Но вот — новое осложнение. Появляется другой ее любовник — толстый банкир Иниго. Происходит масса комедийных эпизодов, пока силач Рамиро носит вверх и вниз огромные часы с запрятанными в них любовниками Концепции, и в конце концов в ней просыпается влечение к этому добродушному и сильному парню. В результате Концепция приглашает его в свою спальню уже без всяких часов. Пока они там забавляются, поэт обнаруживает толстого банкира, втиснутого в большой футляр для часов, откуда тот не в состоянии самостоятельно выбраться. К тому же Торквемада возвращается после своего осмотра городских часов. Никто особенно не огорчен всем происшедшим, и Рамиро, всегда добродушный силач, вытаскивает никак особо не пострадавшего банкира.

Так все соединяются в веселом квинтете, не высказывая никаких серьезных мыслей, поскольку в «испанский час», так сказать, любовные интриги никем не воспринимаются всерьез.

Генри У. Саймон (в переводе А. Майкапара)

История создания

В начале XX века появляются первые значительные произведения Равеля в разных жанрах. Довольно долго искал композитор подходящий сюжет для оперы. Его привлекла пьеса Г. Гауптмана «Потонувший колокол», но замысел остался неосуществленным. Возможно воображению Равеля, отличавшемуся пластичностью и конкретностью, оказался чуждым символизм немецкого драматурга. Вскоре он обратил внимание на совершенно иной сюжет — комедию Франк-Ноэна «Испанский час». Франк-Ноэн (настоящее имя — Морис Этьен Леонар, 1873—1934), парижский адвокат, одновременно работавший в столичных журналах литературным обозревателем, был также автором романа, стихов и пьес. В 1904 году он написал водевиль «Испанский час», который с успехом шел в одном из парижских театров. «То, что я попытался сделать, — довольно смело: я хотел возродить итальянскую оперу-буффа, — вернее, только ее принципы. Мое произведение задумано не в традиционной форме, как и его единственный прообраз — «Женитьба» Мусоргского, точно воспроизводящая комедию Гоголя, — вспоминал композитор. — В текст Франк-Ноэна не внесено никаких изменений, за исключением нескольких купюр <...> Дух этого произведения откровенно юмористический. Я хотел передать иронию именно музыкой, гармонией, ритмом, оркестровкой, а не так, как в оперетте, путем произвольного нагромождения смешных слов <...> Именно современный оркестр, как мне кажется, дает возможность подчеркнуть, усилить эти комические эффекты. Читая «Испанский час» Франк-Ноэна, я решил, что эта забавная фантазия как раз отвечает моим планам. В этом произведении многое меня пленило: смесь бытовой речи с нарочито смешной восторженностью, атмосфера необычных забавных шумов, которая окружает действующих лиц в лавке часовщика. Наконец, возможность разнообразного использования характерных ритмов испанской музыки». Быть может, последнее и было решающим. Композитор, наполовину испанского происхождения, очень любил народную музыку Испании. В то же время, когда создавалась опера, он писал и оркестровую Испанскую рапсодию.

«Испанский час», работа над которым началась в 1907 году, был закончен в 1908-м и представлен в парижский театр Комической оперы. Однако ее директор нашел, что сюжет «несколько скабрезный», а действие затянуто, и положил партитуру под сукно. Премьера оперы Равеля состоялась лишь 19 мая 1911 года, в один вечер с оперой Массне «Тереза». «Испанский час» композитор посвятил жене своего друга. На партитуре значится: «Мадам Жан Крюппи в знак почтительной дружбы».

Музыка

В опере господствуют диалоги. Вокальные партии основаны на интонациях разговорной речи, что, с одной стороны, как и указывал сам Равель, продолжает опыт «Женитьбы» Мусоргского, но с другой уходит корнями в традиции итальянской буффа. «За исключением финального квинтета и большей части партии Гонсальво, носящей аффектированно-лирический характер, следует скорее говорить, чем петь, — пояснял композитор. — Почти повсюду это говорок в духе речитатива итальянской оперы-буффа». Музыкальные портреты героев ярки и носят подчас характер шаржа. Яркая, сверкающая разнообразными оркестровыми красками партитура насыщена элементами испанского фольклора, остроумными изобразительными моментами.

Во вступлении слышен перезвон и тиканье часов, птичьи трели, господствует «игрушечная», марионеточная музыка. Характеристика Гонсальве нарочито цветиста — его появление сопровождается фиоритурами, а вся партия выдержана в комически-страстном духе, пародирующем традиционного оперного героя-любовника. Интонации Консепсион гибки и капризны. Дон Иниго обрисован напыщеннно-важными интонациями, с пунктирным ритмом, напоминающим торжественную сарабанду. Единственный развернутый монолог Консепсион «Ах, досада» сопровождается пародийными оркестровыми эффектами (звучат искаженная тема судьбы из Пятой симфонии Бетховена, каденция фагота изображает струи Гвадалквивира и др.). Веселый, легкий квинтет с виртуозными руладами завершает оперу.

Л. Михеева

Дискография: CD — Deutsche Grammophon. Дир. Маазель, Консепсион (Бербье), Торквемада (Жиродо), Рамиро (Бакье), Гонзальве (Сенешаль), Дон Иниго Гомец (Ван Дам).