Конкурс имени П.И. Чайковского, собирая раз в четыре года в Москве молодых музыкантов со всего мира, почти сразу же стал одним из самых престижных. Получить контроль над Конкурсом, на авторитет которого более 50-ти лет работала русская исполнительская и композиторская школа, дорогого стоит. Да и надежда как-то укоротить выросшую за последние годы русскую музыкальную молодежь, которая вновь принялась штурмовать музыкальные вершины, тоже кого-то очень греет. Откуда только берутся таланты у этой обобранной обедневшей России, когда в Европе их и днем с огнем не сыскать? Примерно таким представляется начало истории XIV Конкурса имени Чайковского, за перипетиями которого мы с интересом следили в течение неполных трех недель.
Последний концерт сезона 2010-2011 Симфонического оркестра Фландрии (Бельгия) состоялся в Германии, в Бад-Ойнхаузене (Bad Oeynhausen). Исполнялась музыка Мендельсона к шекспировскому «Сну в летнюю ночь» с чтецом, хором и солистами.
При том, что это один из наиболее часто исполняемых опусов в мировом музыкальном репертуаре, произведение прозвучало свежо и непосредственно, во многом благодаря чтецу-декламатору. Хайко Дойчман (Heikko Deutschmann), востребованный немецкий актер, без усилий доказал, что настоящее искусство не нуждается в пресловутом «экшн» для развлечения публики.
Игра судьбы. Игра добра и зла.
Игра ума. Игра воображенья.
Друг друга отражают зеркала,
Взаимно искажая отраженья…
Георгий Иванов (Париж, 1951 г.)
В конце зимы, когда уже вовсю шла подготовка к XIV Конкурсу имени П.И. Чайковского, ведущий музыкальный критик очень влиятельной в западном мире газеты "Нью-Йорк таймс" опубликовал список десяти самых великих композиторов всех времен и народов, который он составил после "продолжительной дискуссии" с читателями.
Московский международный дом музыки с каждым сезоном прирастает новыми идеями и, соответственно, новыми программами. В особенности большого успеха его менеджмент по части креатива добился в последние два-три сезона, когда разнообразие интересных предложений на всех трех сценах этого масштабного центра искусств стало просто поражать воображение. Чего теперь здесь только нет! Выбор огромный, и практически любой здесь может найти для себя что-то интересное. Возможности Дома музыки таковы, что классические программы остаются превалирующими в его деятельности, однако это не мешает давать самую широкую палитру музыкального и театрального искусства, в том числе представлять коллективы, исполнителей, манеру и стили, весьма далекие от канонов академизма.
В подвале венского «Концертхауса» соорудили довольно интересный зал в духе Ротко. Он красного цвета и носит имя Л. Берио. Здесь выступила немецкая скрипачка Каролин Видман, чей репертуар довольно широк: от классиков и скрипичной виртуозной музыки до написанных специально для нее сочинений. Концерт этот был очень ценным и необычным — только современная музыка для скрипки соло. Кажется, трудно представить такой концерт без сонат и партит Баха, без каприсов Паганини или сонат Изаи. Каролин Видман не только представила необычную программу, но и блестяще и чутко её исполнила, после чего сорвала такие аплодисменты, которые можно услышать только в больших залах.
Естественно, знающие люди понимают, что даже очень хорошая сольная скрипичная музыка последних семидесяти лет не исчерпывается тем, что выбрала Видман. Однако её выбор охватывал многие концертные аспекты и виды жанра.
Не успели отзвучать последние аккорды Шестого фестиваля симфонических оркестров мира, как через день в Москву, словно подхватив фестивальную эстафету, приехал Загребский филармонический оркестр. Единственный концерт коллектива из Хорватии на сцене Светлановского зала Международного Дома музыки стал возможен благодаря его участию в необычном фестивале под названием «Жемчужины Средиземноморья», в программе которого музыкальное искусство ряда средиземноморских стран было представлено в самых разнообразных аспектах. Однако необходимо отметить, что Хорватия стала единственной участницей этого фестиваля, продемонстрировавшей достижения своей национальной музыкальной культуры в чисто академическом, классическом стиле – и Загребский филармонический оркестр, основанный в 1871 году и являющийся одним из старейших симфонических коллективов Европы, как нельзя лучше отражает высокий уровень постановки филармонического дела в стране своей «резиденции».
Жребий брошен! Иными словами, восточноевропейский музыкальный Рубикон перейден! Если отмотать время на год назад, то исполнение под занавес прошлого фестиваля «симфонии симфоний» – Девятой симфонии Бетховена – мумбайскими музыкантами (Симфоническим оркестром Индии) обозначило своеобразный «открытый финал». Cлишком много вопросов и критических нареканий оно тогда вызвало, поэтому было интересно, по какому же принципу формирования состава своих участников пойдет фестиваль дальше. Думается, очередной организаторский ход оказался очень даже эффектным: от азиатского Востока – к Восточной Европе. На этот раз в Москву приехали Филармонический оркестр имени Джордже Энеску (Румыния), Чешский филармонический оркестр и Оркестр «Sinfonia Varsovia» (Польша).
Московский международный дом музыки явно готовится к летнему сезону — именно об этом недвусмысленно свидетельствовал легкомысленно-праздничный концерт «Штраус-гала: сказки Венского леса». Генерировать праздник для российской публики взялись австрийский дирижер Петер Гут (Peter Guth), Симфонический оркестр Москвы «Русская филармония» и солистка оперетты Моника Мёссер (Monica Mősser).
«Пропагандист» венских вальсов, балов и оперетт, основатель венского Штраус-оркестра, дирижер, скрипач и шоумен Петер Гут уже неоднократно выступал в Москве, Киеве, Петербурге и других городах России. Маэстро владеет русским языком (в прошлом он несколько лет учился по классу Давида Ойстраха в Московской консерватории) и сам ведет концерты по-русски. Традиционный штраусовский подход, тщательно поддерживаемый Гутом, включает, по его интерпретации, не только играющего скрипача-дирижера во главе оркестра, но и атмосферу всеобщего легкомысленного веселья, соучастниками которого становятся зрители.
Уверен, многих удивит подобная постановка вопроса. Да, не так давно ушла из жизни La Stupenda Джоан Сазерленд, еще раньше — восхитительная Беверли Силлз. Но еще, к примеру, свой сценический век, поражая удивительной вокальной формой, допевает недосягаемая Эдита Груберова, еще по-прежнему на что-то претендует некогда блистательная Натали Дессей, всё еще что-то пытается «сказать» своим слушателям любимица московской публики Лора Клейкомб, наконец, всё еще на пике творческой карьеры находится Патриция Чьофи, встреча с которой ждет столицу в начале июля под занавес текущего сезона. Так в чем же дело? Да в том, что все они — сопрано лирико-колоратурные. Я же говорю о сопрано колоратурном. Именно таковым по всем объективным характеристикам и является голос южнокорейской певицы Суми Йо, начало стремительной международной карьеры которой было положено партией пажа Оскара в постановке «Бала-маскарада» Верди на Зальцбургском фестивале 1989 года.
Если посмотреть на историю музыки, можно увидеть, что большинство великих музыкантов были композиторами — пускай и не все прославились на этом поприще, бросили сочинять в юности или не достигли выдающихся результатов. Особенно это касается дирижеров. Среди них были великие и знаменитые композиторы: Берлиоз, Мендельсон, Вагнер, Лист, Малер, Глазунов, Шёнберг, Рахманинов, Веберн, которые кроме своей музыки (перечислять тех, кто исполнял только или в основном свою музыку, очень долго; Чайковский и Стравинский всё же дирижировали иногда произведениями классиков) исполняли произведения своих предшественников и современников. Вильгельм Фуртвенглер и Леонард Бернстайн были довольно хорошими композиторами, чьи произведения звучат и сейчас. Бруно Вальтер и Отто Клемперер, учившийся композиции у самого Шёнберга, тоже сочиняли.
За последние шесть лет столичные меломаны окончательно успели привыкнуть к тому, что ежегодный Фестиваль симфонических оркестров мира превратился в важную и весьма значимую примету концертного сезона, в событие, которое проходя в июне практически под занавес музыкального года, всегда ассоциируется с последним творческим всплеском сезона, интерес к которому каждый раз необычайно огромен. Но в этом году меломанам пришлось делать поистине «драматический» выбор между одним из фестивальных мероприятий и мероприятием филармоническим – 6 июня пришлось выбирать между Чешским филармоническим оркестром и Филармоническим оркестром Монте-Карло.
И все-таки, несмотря на такие мощные слагаемые, как властная, мощная музыка Джузеппе Верди, нетленная поэзия Шекспира и ведущие вокалисты мировой сцены, опера «Макбет», премьеру которой на днях представил Королевский оперный театр «Ковент-Гарден» , оказалась, увы, далеко не самой выдающейся. Чего-то не хватило в постановке Филлиды Ллойд, очень близкой, кстати, к первоначальному замыслу самого Верди, который хотел, чтобы зритель слился в единое с музыкой и драмой, забылся и замер... в ожидании чуда.
Чуда не произошло. Лондонские критики, как договорившись, оценили оперу в три звезды из пяти. Спектакли идут до 18 июня, а 13 июня оперу «Макбет» можно будет посмотреть в 450 элитных кинотеатрах, разбросанных по всему миру.
Всегда немного страшно идти на свидание с юностью. Так сложилось, что живьём Марию Гулегину я слышала только в далёком уже 1986-м году на VIII конкурсе им. Чайковского. И сразу фокус памяти – да кто же кроме неё мог тогда стать победительницей среди женщин? Это было мощно и здорово! Ан нет — лишь третья премия, и бронзовая медаль, закинутая будущей примадонной в кусты от чувства несправедливости (информация с её неофициального сайта).
Время всё расставляет на свои места. К счастью, блистательные выступления М. Гулегиной на лучших оперных сценах иногда доходили и до нас — в виде записей, показов спектаклей по телеканалу «Культура». Это были главные партии в преимущественно итальянских операх – Дж. Верди, Дж. Пуччини, Ф. Чилеа, У. Джордано с самыми звёздными партнёрами. Последние на её «коронную» роль — Турандот в одноимённой опере Дж. Пуччини — были не слишком хвалебны. Общее мнение различных рецензентов — голос устал, его лучшие времена позади.
Несомненно, апогеем Симфонической фестивальной программы стал вечер 4 мая в Концертном зале имени Чайковского в Москве. Естественно, никто заранее и подумать не мог, что у него будет такое скорбное целевое посвящение, но 11 марта этого года случилась беда, страшная трагедия: на Японию обрушилось сильнейшее за всю историю наблюдений землетрясение, катастрофические последствия которого были усугублены вызванным им мощнейшим цунами. В результате число погибших и пропавших без вести превысило 27 тысяч человек. Этот вечер задумывался не только как акция памяти по погибшим и пропавшим без вести, но и как благотворительный концерт в поддержку пострадавших от этого страшного стихийного бедствия, поэтому все средства от концерта были перечислены в Фонд «Красного Креста» Японии.
Опера Римского-Корсакова, почти неизвестная за пределами России и которую никогда раньше не играли в «Ковент-Гардене», но сейчас поставленная шотладским режиссером Полом Карраном на сцене Королевского оперного театра, превзошла все ожидания.
Это история, в центре которой — любовь двух мужчин к одной красивейшей девушке — Марфе Собакиной. С одной стороны, это чистая любовь друга детства и ее жениха Ивана Лыкова, с другой — страстное и, может быть, последнее чувство Григория Грязного, зрелого мужчины, обладающего властью и богатством, и окончательно уставшего от долгих отношений с прежней любовницей — Любашей.
