Высший институт театра «Колон» (ISA), объявляет Международный вокальный конкурс, цель которого – выявление и продвижение наиболее талантливой молодежи, создание наиболее благоприятных условий для начала впечатляющей карьеры каждого из них. В состав жюри конкурса вошли такие мировые звёзды вокала как Кири Те Канава, Суми Йо и Шерил Милнз, а также Ленор Розенберг («Метрополитен-опера», Нью-Йорк), Николас Сирс (Королевский колледж музыки, Лондон), Рено Лорангер («Дойче Граммофон»), Педро Паоло Гарсия Саффи.
В последнее время к нам стали приезжать сплошные звезды. В данном случае речь идет о звездах академического вокала, о звездах оперы. Их приезд, как правило, всегда сопровождается массированной рекламой. В результате общественное мнение оказывается подготовленным настолько, что широкая неискушенная публика, которая может отвалить за билеты безумные деньги и считает это частью своего респектабельного имиджа, приходит на подобные концерты буквально зомбированной и готова отбить все руки, выражая неподдельный (или все-таки поддельный?) восторг в адрес своего кумира. При этом публике совершенно нет никакого дела до того как ее кумир поет: товар куплен в дорогой глянцевой упаковке — а это значит, что он великолепен!..
Знакомиться впервые с живым голосом оперного певца в камерном или концертном репертуаре особенно интересно. Вокалисту здесь не за что спрятаться — ни нагромождений режиссуры, ни партнёров, ни броского сценического антуража. Только Её Величество Музыка. Правда, если вместо чуткого партнёра-пианиста выступление сопровождает Большой симфонический оркестр, играющий Рихарда Штрауса и Густава Малера, то степень соответствия солиста высокому европейскому «знаку качества» определяется полностью.
К слову, мало какой из московских залов сравнится с отреставрированным Большим залом консерватории по акустической правильности передачи звучания инструментов и голоса максимально естественно, безо всякого усиления.
Соединённые Штаты Америки сегодня — страна «номер один» в мире по самым разным показателям. И не только по политическим, экономическим и пр. В области академической музыки и оперы её лидерство также весьма трудно оспорить. Европейцы, следуя старой традиции, тянущейся ещё с 19 века, всё ещё иногда с пренебрежением относятся к американцам, считая их культуру «колониальной», «второго сорта», лишь «репликой» и «производной» от культуры европейской. На самом деле это уже очень давно далеко не так. По количеству и качеству симфонических оркестров и оперных театров Америка встала с Европой (причем в целом с континентом, а не с отдельной европейской страной) вровень уже много десятилетий назад, а про уровень гонораров и говорить нечего — тут американцы давно старушку Европу переплюнули. Имя и деньги большие музыканты делают в США, а не в Европе — достаточно посмотреть на список самых именитых и станет очевидно, что именно те, кто состоялись на американском континенте, относятся к элите мирового музыкального исполнительства.
Путешествуя по миру, в силу служебной необходимости или вследствие неодолимой тяги к странствованиям, можно встретиться с образцами высокого классического искусства в местах, от которых ты этого ожидал менее всего. Не ожидал — не потому что считаешь уровень культуры того или иного народа, страны, города недостаточно высокой, а скорее всего вследствие своей недостаточной информированности. А может быть еще от того, что мир слишком богат и разнообразен, и сколько в нем еще сокрыто интересного и неожиданно прекрасного — даже порой совершенно невозможно предположить. Интересы меломана, как правило, крутятся в основном вокруг тех центров мировой музыкальной культуры, о которых известно более всего, о чем пишут чаще всего, о чем нам рассказывает радио и телевидение. Для России такие центры — это бесспорно Москва и Петербург, в мировом масштабе — Вена, Лондон, Нью-Йорк, Париж…
Что известно среднестатистическому российскому меломану о бытовании классической музыки, например, в Ирландии? Думаю, что не много.
Это было очень даже похоже на предновогодний подарок: в конце декабря прошлого года на Новую сцену Большого театра в партии Хозе вернулся темпераментный бразилец Тьяго Аранкам. Как и в , взятое у певца в Москве…
После Большого театра Тьяго Аранкам, согласно графику своих ангажементов, к партии Хозе должен был бы вернуться только в мае на сцене Берлинской Deutsche Oper. Однако совершенно неожиданно в феврале певец получил приглашение от дирекции Венской государственной оперы выступить в трех представлениях «Кармен». Предложение было принято — и серия спектаклей с участием Тьяго Аранкама состоялась 24-го, 27-го февраля и 1-го марта.
Первый сезон прямых кинотрансляций из «Метрополитен-опера» определения «русский» заслуживает вовсе не потому, что именно русская публика впервые получила уникальную возможность смотреть спектакли в режиме реального времени из главного музыкального театра Америки, а потому, что в цикле этих трансляций на цифровых оперных экранах не перестают появляться наши соотечественники. В «Анне Болейн» Доницетти, открывшей киносезон, их было сразу трое — Анна Нетребко, Екатерина Губанова и Ильдар Абдразаков. В «Фаусте» Гуно мы услышали Марину Поплавскую, в «Эрнани» черёд «встречи через океан» настал с Дмитрием Хворостовским — и я убежден, что основная масса зрителей, заполнивших в этот вечер Большой зал кинотеатра «35mm», собралась здесь именно ради своего кумира.
Большой театр после открытия своей Основной сцены лихорадочно, изо всех сил старается показать, что в его стенах кипит бурная деятельность по обновлению и восстановлению утраченной за годы реконструкции афиши. Поначалу московским меломанам было «нелегко», но к зиянию репертуарных пустот они давно уже успели привыкнуть: не просто привыкнуть — смириться с сей незавидной участью и для себя, и для театра… Что и говорить, репертуарным институтом — великим русским репертуарным театром, каким он был со времен оных и каким (хотя бы номинально) оставался до закрытия Основной сцены на реконструкцию в 2005 году — назвать Большой театр сейчас не просто очень сложно: это абсолютно невозможно!
В один из последних вечеров января этого года — а если точно, то в субботу 28 числа — я неспешно шел по Potsdamer Straße — и уже издали моему взору, поблескивая золотистой отделкой круговых фасадных поверхностей «надземного» яруса и удивляя абсолютно ассиметричными архитектурными решениями, предстали причудливо-сводчатые очертания известного на весь мир комплекса залов Берлинской филармонии — постоянной резиденции Берлинского филармонического оркестра. В радостном предвкушении я направлялся на концерт этого коллектива, который должен был начаться в восемь часов вечера — и чтобы оказаться в зале, мне оставалось всего лишь получить в кассе свой вожделенный press ticket, но, впрочем, это уже проза…
Традиционный международный оперный фестиваль им. Ф. И. Шаляпина продолжался в Казани полмесяца. 2012 год для фестиваля юбилейный. Тридцать лет прошло с тех пор, как на родине великого певца решено было ежегодно устраивать фестиваль в честь его имени. Идея проведения оперного смотра принадлежит директору Татарского оперного театра им. Мусы Джалиля Рауфалю Мухаметзянову. В 1985 году фестиваль обрел статус всероссийского, в 1991 году вышел на международный уровень.
Рауфаль Мухаметзянов: «Концепция фестиваля проста и действенна. Основу фестивальной афиши составляют собственные постановки нашего театра, но все главные партии в спектаклях исполняются приглашенными солистами — ведущими оперными певцами России и мира. Эта модель фестиваля работает по сей день, позволяя благодаря новым лицам и именам удерживать интерес зрителей».
16 марта 2012 г. на сцене Московского театра Новая Опера им. Е.В. Колобова состоится премьера оперы «Персей и Андромеда» Ж. Ибера. В России это сочинение ни разу не было исполнено, а творчество Ибера недостаточно хорошо известно. Новая Опера вновь берет на себя почетное право первооткрывателей музыкальных раритетов и новинок для российской публики, приурочив исполнение к 50-летию со дня смерти композитора.
Представлением одноактной оперы французского композитора Жака Ибера (1890-1962) театр открывает культурную программу в рамках Международного Дня Франкофонии, праздника французского языка и культуры.
7 февраля 2012 года Московская филармония вновь угостила ценителей старинной музыки превосходным исполнением редчайшего произведения — в Камерном зале прозвучала серената «Глория и Гименей» Антонио Вивальди. Солисты — два контратенора Дмитрий Синьковский и Олег Рябец — и ансамбль «La Voce Strumentale» — Евгений Субботин (скрипка), Роберт Брем (скрипка), Сергей Тищенко (альт), Наталья Тимофеева (виолончель) и Александра Коренева (клавесин), руководитель также Д. Синьковский.
Данная серената (не путать с серенадой — в музыке барокко это две принципиально разные формы) была написана Вивальди на стихи Доменико Лалли в 1725 году.
Форе, Сен-Санс, Де Бук и Р. Штраус составляют на сей раз программу концерта Симфонического оркестра Фландрии (дирижер Ги Ван Ваас), которая называется «Франция» и исполняется в Брюсселе, Брюгге, Генте и Антверпене.
Если сюита «Пеллеас и Мелизанда» и 3-й скрипичный концерт двух первых композиторов действительно относятся к французской музыке, то бельгийский сочинитель первой половины ХХ века и Рихард Штраус примыкают к ней по другой причине. И лично для меня Штраус «перефранцузил» настоящих галлов.
Третьи гастроли в России: три четверти века спустя…
Поразительно, но Оркестр Романской Швейцарии, могущий похвастаться почти столетней историей своего существования, со времени своих последних гастролей в России не был в нашей стране целых 75 лет! И это поразительно вдвойне, ибо след русской музыкальной культуры в отношении названного коллектива прослеживается даже несколько ранее 1918 года — момента его основания.
Среди исторических фигурантов тех давних событий первым делом, конечно же, возникает имя выдающегося швейцарского дирижера Эрнста Ансерме (1883-1969), легендарного основателя Оркестра Романской Швейцарии, стоявшего у его руля на протяжении почти полувека!
Если честно, то нечто подобное я и ожидал. Нетрудно было спрогнозировать, что этот оркестровый рецитал Марины Поплавской расколет и публику, и критику на два непримиримых лагеря.
Та часть критики, которая всегда уверена, что она всё знает лучше всех, причем с амбициями на истину в последней инстанции, а также та часть отечественных меломанов-снобов, которые, как правило, всегда недовольны всем на свете, на этот раз «спелись», что называется, в едином «творческом порыве»! Однако почему-то вся эта очень умная и продвинутая компания иной раз способна с восторгом поглощать и просто «несъедобные» вокальные угощения, как это, например, не раз было хотя бы в случаях с Симоной Кермес или Лорой Клейкомб, которыми в родных пенатах принято восторгаться не зная меры, словно это не живые люди, а боги, сошедшие с Олимпа.
