«Там упоительный Россини…»

«Выездная сессия» Accademia Rossiniana состоялась в Москве

На фото status-media.com — Дмитрий Корчак

«Там упоительный Россини…» – это понятно: это наш Пушкин об их Россини… Вспомним же всю строфу, где это звучит: «Но уж темнеет вечер синий, / Пора нам в оперу скорей: / Там упоительный Россини, / Европы баловень – Орфей. / Не внемля критике суровой, / Он вечно тот же, вечно новый, / Он звуки льет – они кипят, / Они текут, они горят, / Как поцелуи молодые, / Все в неге, в пламени любви, / Как зашипевшего аи / Струя и брызги золотые... / Но, господа, позволено ль / С вином равнять do-re-mi-sol?» Пожалуй, поэт слегка всё же лукавит, ведь если речь идет о комическом Россини, то сравнивать эту музыку с пенистым игристым вином не только можно, но и нужно!

Под таким поэтическим девизом и прошел молодежный образовательно-творческий проект Благотворительного фонда Елены Образцовой, осуществленный при поддержке Фонда Президентских грантов (с привлечением гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества). Проект, состоявшийся в Москве со 2 по 15 октября нынешнего года, получил название «Оперный класс». В его рамках был реализован полный цикл подготовки с молодыми певцами оперы Россини «Золушка». Главная интрига этого, несомненно, инновационного для России проекта состояла в том, что его художественным руководителем (и одним из педагогов) стал знаменитый в прошлом лирический тенор из Перу Эрнесто Паласио, ныне суперинтендант Россиниевского оперного фестиваля в Пезаро (Rossini Opera Festival) и художественный руководитель летней Академии молодых певцов (Accademia Rossiniana), ежегодно проходящей под эгидой этого фестиваля.

С российской стороны известной педагогической персоналией явился художественный руководитель Молодежной оперной программы Большого театра России Дмитрий Вдовин, а пронзительно-сладкоголосый тенор Дмитрий Корчак неожиданно подвизался на поприще музыкального руководителя проекта, выступив на этот раз в ипостаси дирижера. Впрочем, ничего неожиданного в этом, пожалуй, и нет. В последние годы эту новую для себя сферу деятельности музыкант осваивает довольно активно и, надо заметить, ощущает себя в ней значительно интереснее и творчески продуктивнее, чем это всегда было для него в пении. Ряд сезонов этот певец появлялся и в проектах (постановках и концертах) Россиниевского фестиваля в Пезаро, и тезис, приведенный выше, зиждется на сопоставлении достижений этого артиста как певца в Пезаро и как дирижера в Москве именно в репертуаре Россини.

Сегодня маэстро – главный приглашенный дирижер Новосибирского театра оперы и балета, а также приглашенный дирижер Михайловского театра в Санкт-Петербурге. На этом проекте в качестве дирижера он довольно впечатляюще провел два итоговых события, фигурантами которых стали молодые певцы, прошедшие вокальную «кузницу» программы «Оперный класс». Первый вечер 13 октября – это спектакль «Золушка» в «Новой Опере» (старая добрая постановка, осуществленная в 2011 году Виктором Герасименко). Второй вечер 15 октября – это монографический Россини-гала в Большом зале консерватории с камерным оркестром Musica Viva (художественный руководитель – Александр Рудин). В первом отделении прозвучали фрагменты из «Золушки, во втором – арии из других опер композитора. В вечере принял участие Московский областной хор им. А.Д. Кожевникова (художественный руководитель – Николай Азаров). Программа Фестиваля в Пезаро 2020 года – ни предварительная, ни финальная – официально пока не оглашена, однако, судя по флаеру фестиваля этого года, у Дмитрия Корчака в Пезаро грядет дирижерский дебют с оперой «Брачный вексель». Та же информация – и на новостной ленте официального сайта фестиваля, но всё же дождемся окончательной программы с составами…

Принять участие в московском «Оперном классе» смогли исполнители в следующем возрастном цензе: женщины – от 17 до 28 лет, мужчины – от 17 до 30 лет. Для отборочного заочного прослушивания, по итогам которого соискатели как раз и получали приглашение в программу, они должны были заранее (в срок до 1 сентября) прислать свое творческое резюме и две видеозаписи. Одной из них должна была стать ария из оперы Россини (предпочтительно из «Золушки»), другой – ария бельканто по выбору претендента. Принципиально важным моментом проекта стало то, что участие в нём было бесплатным. Не менее важным, естественно, было и то, что иногородним вокалистам, прошедшим отбор в программу, проживание в Москве оплачивалось полностью, а – и это по отдельной договоренности – оплата проезда возмещалась частично.

В рамках программы «Оперный класс» состоялась серия открытых вокальных мастер-классов и репетиций. Подготовка оперных партий велась как с концертмейстерами, так и в оркестровом формате (с камерным оркестром Musica Viva и оркестром театра «Новая Опера»). При этом, конечно же, уделялось внимание и работе с режиссером по созданию сценического образа, и аспекту правильности итальянского произношения. Сам же Эрнесто Паласио выступил перед певцами-участниками с лекциями на тему интерпретации партий в операх Россини – прямо как в Пезаро! Там Accademia Rossiniana, ныне носящая имя ее легендарного основателя Альберто Дзедды (1928–2017), кроме финального концерта своих «академиков» практикует semi-stage постановку оперы Россини «Путешествие в Реймс», а в Москве на сей раз была «Золушка». В Пезаро концерт «академиков» проходит обычно в июле, то есть задолго до открытия фестиваля в августе, однако «Путешествие в Реймс» (обычно два спектакля) с 2001 года включается в его молодежную программу.

Череда итоговых событий московского «Оперного класса» была обратной, но аналогия с Accademia Rossiniana просто напрашивается сама собой! Так что для этой знаменитой на весь мир институции нынешний московский проект предстал не иначе как «выездной сессией»! Да и монографическая гала-программа арий (сцен) из опер Россини, свидетелем которой мы стали 15 октября, – факт сам по себе также весьма нетривиальный, а попросту говоря, эксклюзивный! Так что дыхание Пезаро в этом обсуждаемом проекте однозначно ощущалось! А прибывший в Москву для участия в нём Эрнесто Паласио не терял времени даром и в другом отношении. Под эгидой Accademia Rossiniana и Молодежной оперной программы Большого театра России в Башмет-центре состоялись двухдневные «аудиции» для отобранной группы певцов со всей России с прицелом на их участие в Accademia Rossiniana 2020 года. Но, как показывает и опыт посещения рецензентом молодежных «Путешествий в Реймс» в Пезаро, и нынешняя «Золушка» с гала-концертом в Москве, абсолютно точного прицела по всему спектру голосов в последние годы, однозначно, нет…

Как правило, в большинстве случаев можно говорить лишь о более-менее точном прицеле, но вряд ли об абсолютном попадании в стиль Россини, а музыкальных (вокально-художественных) откровений, как и на сей раз, обычно всегда очень и очень мало. И если бы общая картина складывалась лишь из этих двух аспектов, то ситуация была бы существенно оптимистичнее. Однако всегда есть и третий аспект – явные выпадения из стиля. В Accademia Rossiniana они имели место и при Альберто Дзедде, они продолжают иметь место и при Эрнесто Паласио. Единичные «выбросы стиля», увы, наблюдались и на «Оперном классе» в Москве. И тогда закономерно возникает вопрос: «А нужны ли такие академии, если творческий улов их довольно скуден?» Но ответ всё равно один: «Нужны!» Ибо если не пытаться вообще поймать что-то, то и вовсе останешься без улова! Сегодня мы всё еще переживаем явно затянувшуюся эпоху кризиса голосов, и надо быть терпеливым «рыбаком-оптимистом»: рано или поздно «золотая рыбка» поймается. А сегодня, требуя от иных певцов «невозможного», просто рискуешь даже остаться у разбитого корыта…

Автору этих строк не раз приходилось проводить мысль о том, что с уходом из жизни Альберто Дзедды и Фестиваль в Пезаро (де-факто его детище!), и непосредственно с нуля созданная им Accademia Rossiniana стали другими. В какой степени и в какую сторону обозначился крен, видно уже сейчас, и кастинговая политика фестиваля в последние годы по многим позициям вызывает, мягко говоря, недоумение. Но сейчас речь о Москве, и из четверки нынешних «академиков», принявших участие в постановке «Золушки» в «Новой Опере», двое из стиля Россини выпали вовсе, один обнаружил лишь кураж милейшего ученичества, и лишь один смог поразить глубоким проникновением в суть исполняемой музыки. При этом к остальным певцам (солистам «Новой Оперы»), занятым в партиях Дона Маньифико (Евгений Ставинский), Клоринды (Джульетта Аванесян) и Тизбы (Ирина Ромишевская), претензий не было никаких – прекрасная профессиональная работа!

Итак, выпавшая из стиля Россини двойка – это главная пара персонажей. Анджелина по прозвищу Золушка – меццо-сопрано Цветана Омельчук, солистка Академии молодых оперных певцов Мариинского театра (с 2016 года). Дон Рамиро (принц Салерно) – тенор Дамир Закиров, солист Михайловского театра (с 2017 года). Первая предстала вовсе и не меццо, а латентным сопрано, и всё бы было ничего, ведь эту партию в XX веке зачастую и пели высокие меццо: вспомните хотя бы известную американку Фредерику фон Штаде в знаменитом поннелевском фильме-опере «Золушка» (1981) – практически сопрано! Дело здесь – в другом: в элементарной недостаточности технической оснащенности, которую эта партия допустить никак не может! При неразвитом нижнем регистре, явных проблемах с верхами, неэластичности и умеренной подвижности голоса формальное звуковедение, то есть «щебетание» на середине, на сей раз превратило эту партию в безжизненный эрзац.

И если хоть малые стилистические мимолетные просветы в пении Цветаны Омельчук выловить всё же было можно, то сдавленная, зажатая, натужная фактура звучания Дамира Закирова – и это в отсутствии у него истинно россиниевских фермат в верхнем регистре! – с партией Дона Рамиро оказалась однозначно несовместной. И пусть сам Дмитрий Корчак эталон исполнения этой партии никогда и не являл, гипотетическая возможность услышать его в ней на этой же сцене априори выглядела бы куда более оптимистично!

В 2019 году в Пезаро в молодежном «Путешествии в Реймс» по линии Accademia Rossiniana баритону Андрею Максимову, солисту Академии молодых оперных певцов Мариинского театра (с 2012 года), досталась почетная, но не слишком уж ответственная партия барона Тромбонока, и, вписавшись в нее довольно ловко, он был заведомо на своем месте. Но партия камергера Дандини, в которой мы его услышали в Москве, – партия, в которой есть, как говорится, «что попеть»: от изысканной кантилены до буффонных головокружительных пассажей в быстрых темпах и высоких фермат. Исполнитель держал себя не иначе как залихватский солист-премьер, но его вокал так и остался прилежным ученичеством – не более! Небольшой и скромный по фактуре голос певца обескуражил одним лишь головным резонированием и отсутствием полноценного грудного звучания…

Из четверки «академиков» единственным отдохновением для меломанской души на этом «оперноклассном» спектакле стал баритон Дмитрий Чеблыков, артист Молодежной оперной программы Большого театра России. Как жаль, что блестяще исполненная им партия философа Алидоро (наставника принца) так коротка: большая развернутая ария и совсем незначительный ансамблевый вклад! Но эта ария прозвучала стилистически точно, технически вальяжно, музыкально ярко и психологически выразительно. В комической опере Алидоро предстает персонажем отнюдь не комическим, а благочинно серьезным и уравновешенным, и эту тонкую и загадочную грань характера своего персонажа Дмитрий Чеблыков, обладатель голоса роскошной драматической фактуры, отчасти смыкающейся даже с бас-баритоном, смог провести и в музыке, и в образе поистине восхитительно!

Дирижеру Дмитрию Корчаку партитура Россини также удалась – и темпоритмически, и колористически, и по части нюансировки, и по части выстраивания самых разнообразных ансамблей. Свой тихий, незаметный «подвиг» маэстро повторил и на концерте в Большом зале консерватории, где новые персоналии возникли в партиях Анджелины (меццо-сопрано Анастасия Лепешинская), Дона Маньифико (бас Алексей Прокопьев) и Тизбы (меццо-сопрано Мария Патрушева). Названная тройка певцов – солисты «Новой Оперы», а все другие исполнители, удержав свои прежние певческие позиции на том же уровне, остались прежними. В блоке «Золушки» мы услышали увертюру, дуэт Анджелины и Дона Рамиро, арию Дандини, арию Алидоро, арию Дона Маньифико, арию Дона Рамиро и финальную арию (сцену и рондо) Анджелины. Там, где того требовала партитура, были привлечены и вспомогательные ансамблевые солисты, и хор. Алексей Прокопьев стал вполне зачетным Доном Маньифико, а в партии Анджелины на контрасте с Цветаной Омельчук мы сразу же почувствовали существенную позитивную разницу. Слышать Анастасию Лепешинскую в этой партии в театре рецензенту ранее не доводилось, и эта исполнительница стала в ней неожиданно приятным, располагающим к музыкальному доверию открытием.

Второе отделение концерта явило нового фигуранта. Им стал тенор Валерий Макаров, студент АМУ при МГК им. П.И. Чайковского. Он довольно брутально – музыкально жестко и напористо – исполнил крайне редко звучащую в концертах арию Дона Нарчизо из «Турка в Италии», но сделал это лишь «в первом приближении» к стилю, не слишком-то впечатляюще, особенно – по части звучания верхних нот. Во втором отделении вечера мы снова встретились с нашими старыми знакомыми – Андреем Максимовым и Дмитрием Чеблыковым. Первый спел хрестоматийную арию Фигаро из «Севильского цирюльника» (снова, как и арию Дандини, – дежурно, поверхностно и неярко), а второй – арию лорда Сиднея из «Путешествия в Реймс» (еще один вслед за арией Алидоро монументально-«мощный» номер, и сделал он это снова захватывающе глубоко и музыкально образно).

На правах специальной гостьи в концерте приняла участие и меццо-сопрано Мария Баракова, артистка Молодежной оперной программы Большого театра России. В этом году она сразу же стала известной после взятия I премии на XXVI Международном конкурсе вокалистов им. М.И. Глинки в Казани и I премии на XVI Международном конкурсе им. П.И. Чайковского в Санкт-Петербурге. Но поводом для этого «эксклюзива» в концерте по линии «Оперного класса», что вызвало весьма большие сомнения, стали, скорее, не эти две победы, а тот факт, что в 2018 году певица прошла через горнило Accademia Rossiniana (маркиза Мелибея в «Путешествии в Реймс»). А услышать ее в Пезаро не довелось тогда по причине посещения спектакля в другой день с другим составом, ведь их каждый год – два.

Как показал концерт в Москве, жалеть об этом не пришлось: ни первая ария Изабеллы из «Итальянки в Алжире», ни выходная ария Арзаче из «Семирамиды», к равнодушно-холодному, «искусственному» прочтению которых придраться по формальным признакам было сложно, впечатления не произвели никакого! Они остались той самой «целлюлозой» чистой музыки Россини, об «опасности» которой, если не вложить в нее свое личностное содержание, всегда предупреждал незабвенный маэстро Дзедда. В этом году в Пезаро не удалось схватить и молодежное «Путешествие в Реймс» с Дмитрием Чеблыковым, но какая всё же удача, что арию лорда Сиднея в яркой трактовке певца удалось услышать в Москве!

На фото status-media.com — Дмитрий Корчак

реклама

вам может быть интересно

Легенды 78 оборотов Классическая музыка