В «Английском саду» Уильяма Кристи

«Les Arts Florissants» и «Le Jardin de Voix»: очередная прогулка

Игорь Корябин, 05.12.2017 в 19:54

На стыке первого и второго десятилетия нынешнего XXI века произошло событие, важность которого для музыкальной жизни Москвы переоценить сложно. Тот памятный приезд знаменитого ансамбля «Les Arts Florissants» под руководством его художественного руководителя и основателя Уильяма Кристи, который состоялся по линии Московской филармонии, положил начало довольно регулярным визитам коллектива в нашу страну. В 2010 году нам, словно гурманам, выпало вкусить деликатесов Марка-Антуана Шарпантье (пастораль «Актеон») и Генри Пёрселла (опера «Дидона и Эней»), а в 2011 году впервые в России прозвучала оратория Генделя «Иевфай». В незабываемые первые разы монолит оркестра исторически ориентированных инструментов, хора и певцов-солистов, выпестованных маэстро-аутентистом Кристи, предстал подлинным Ансамблем с большой буквы.

Со следующих приездов к бренду «Les Arts Florissants» («Цветущие искусства»), существующему с 1979 года, в концертных афишах добавился и относительно молодой «Le Jardin de Voix» («Сад голосов»). Речь идет об ансамбле ротируемых от сессии к сессии солистов Академии молодых певцов «Le Jardin des Voix» (институции двухгодичного цикла). Уильям Кристи основал ее в Кане (Caen, Франция) в 2002 году, но в России проект «Сад господина Рамо» впервые привлек к новому бренду целенаправленное внимание лишь в 2013-м. 2014 год подарил Москве программу «Рамо, мэтр танца»: тогда феерия на Новой сцене Большого театра вернулась к более масштабному формату первых двух визитов, и о бренде «Le Jardin des Voix» мы лишь ненадолго забыли.

Но и программа «Итальянский сад» 2015 года, и программа «Английский сад» года нынешнего, представленная на сцене Концертного зала им. П.И. Чайковского 26 ноября, с брендом «Le Jardin des Voix» связана неразрывно. Солисты Академии принимали участие, конечно, не только во всех названных «садах голосов», но и в других московских проектах «Les Arts Florissants», ведь, как было сказано выше, Академия существует с 2002 года (при этом проект «Рамо, мэтр танца» – статья особая, по линии копродукции Театра Кана и Музыкального центра барочной музыки Версаля). Академией руководят Уильям Кристи и Пол Агню, и 2017 год, в котором она сменила место своей французской резиденции с Кана на Тир (Thiré), – финальный год ее восьмой сессии. Новая резиденция Академии – неплохой информационный повод, чтобы вспомнить ее наиболее известных на сегодняшний день финалистов.

В их числе – баритон Марк Мойон (Франция, первая сессия, 2002), контратенор Кристоф Дюмо (Франция, первая сессия, 2002), Соня Йончева (Болгария, третья сессия, 2007), сопрано Кэтрин Уотсон (Великобритания, четвертая сессия, 2009), сопрано Эммануэль Де Негри (Франция, четвертая сессия, 2009) и Леа Десандр (Франция, меццо-сопрано, седьмая сессия, 2015). С «Les Arts Florissants» Соня Йончева приезжала к нам в 2010-м, Кэтрин Уотсон – 2010-м и 2011-м, Леа Десандр – в 2015 году, а Кристоф Дюмо – в 2011-м в рамках проекта с Камерным оркестром «Виртуозы Москвы» и дирижером Владимиром Спиваковым. Двоих певцов из этого списка – Марка Мойона и Эммануэль Де Негри – в России мы не знаем совсем, а кто по-настоящему известен, так это Кристоф Дюмо и Соня Йончева, превратившаяся сегодня в супердиву, барочная стадия карьеры которой стала весьма удачным творческим разбегом.

Любопытно, что во всех «садах голосов» Уильяма Кристи, в которых нам довелось побывать в Москве, – французском (Рамо), итальянском и нынешнем английском – было представлено по шесть певцов-солистов. Принцип практически бесшовной компоновки материала в форме причудивого дайджеста, неизменно осуществляемой Полом Агню, всё время один и тот же, и подчас, хотя это вовсе и не обязательно, в его сюитных композициях можно найти даже элементы драматургической выстроенности. Режиссером-постановщиком совместных концертных программ «Les Arts Florissants» и Академии в форме semi-stage также неизменно выступает Софи Данман. Милая, наивно театральная, но при этом невероятно изысканная и галантная эстетика всех трех проектов, несмотря на их разное музыкально-стилистическое содержание, в целом, – одна и та же река, в которую нам, зрителям и слушателям, предложили войти на разных изгибах ее русла.

В наших предыдущих заметках и по французскому, и по итальянскому течению этой реки мы плыли методично последовательно, и репертуарно-содержательное наполнение тех проектов в развитии было для нас приоритетным. На сей же раз, несмотря на эксклюзивность и безусловную раритетность программы музыки раннего английского барокко, чтобы в третий раз не входить в реку с одного и того же берега, поступим иначе: попытаемся оттолкнуться от певцов-солистов, тем более что из составов всех трех «вокальных садов» нынешний «секстет» – наиболее яркий. Помимо прекрасного владения стилем исполняемой музыки, все шестеро певцов предъявили голоса несколько более масштабные, более плотные по сравнению с теми, что довелось услышать в прошлые разы. Основная музыкальная задача подобного рода «садов» – показать единение и слияние в ансамблях, иногда выступающих и камерной заменой оригинальным хоровым опусам. И певцами это было проделано поистине феноменально, изумительно! Но каждому голосу был дан шанс показать себя и в сольных фрагментах – и по мастерству их интерпретаций эти голоса звучанию ансамблево-хоровых фрагментов нисколько не уступали.

Итак, лауреаты последней сессии «Сада голосов» – сопрано Натали Перез (Франция), сопрано Наташа Шнур (Германия), меццо-сопрано Эва Зайсик (Франция), тенор Джеймс Уэй (Великобритания), баритон Хосе-Рамон Оливе (Испания) и бас-баритон Пэдрэк Роуэн (Ирландия). Летом 2017 года в Тир – в уникальную резиденцию ансамбля «Les Arts Florissants», ландшафтно-декоративное пространство, получившее название «Quartier des artistes», – впервые был приглашен сразу целый «секстет» лауреатов восьмой сессии Академии, чтобы выступить на весьма необычном, элитарном фестивале «В садах Уильяма Кристи» («Dans les Jardins de William Christie»). Он проходит здесь с 2012 года, и на нем всегда соединяются музыканты ансамбля «Les Arts Florissants», студенты Джульярдской школы (Нью-Йорк), в которой два раза в год маэстро проводит мастер-классы, и участники академии «Le Jardin des Voix».

В нынешнем году фестиваль «В садах Уильяма Кристи» прошел с 19 по 26 августа, и программа «Английский сад» была представлена в ней в качестве основного задела дважды, а в другие дни в рамках «музыкальных променадов», вписанных в ландшафт сада на пленэре, исполнялись короткие фрагменты. В сезоне 2017/2018 международное турне программы, начавшееся в Нанте, пролегает через Париж, Москву, Лондон и Мадрид. Благодаря ему мы смогли познакомиться не только с довольно редкими для нас образцами музыки Генри Пёрселла (1659–1695) и англоязычных опусов Георга Фридриха Генделя (1685–1759), но также музыки совсем не исполняемых в наших залах композиторов. Это Джон Доулэнд (1563–1626), Джон Уорд (1571–1638), Томас Томкинс (1572–1656), Орландо Гиббонс (1583–1625), Мэтью Локк (1621–1677) и Томас Августин Арн (1710–1778).

Пёрселл был представлен песнями «If music be the food of love» (начало 1690-х) и «Bacchus is a pow’r divine» (год неизвестен), кэтчами «Tis women makes us love» (1685) и «Of all the instruments that are» (1693), альтовым соло «Strike the viol, touch the lute» из оды «Come, ye sons of art», больше известной как «Ода ко дню рождения королевы Марии» (1694), басовой арией «Wondrous machine!» из «Оды Святой Цецилии» (1692), мадригалом для четырех голосов «In these delightful pleasant groves» из пьесы «Распутник» (1695), а также фрагментами из семи-опер. Три из них («Make room for the great god of wine», «I’m here with my jolly crew» и «Танец подвыпивших гуляк») – из семи-оперы «Пророчица, или История Диоклетиана» (1690). Один («Fairest Isle») – из «Короля Артура, или Британского героя» (1690). Три («See even Night herself is here», «One charming night» и «Now the night is chas’d away») – из «Королевы фей» (1692). И, наконец, два («Hence! Hence! Hence with your trifling deity» и «But over us no griefs prevail») – из «Тимона Афинского» (1694).

Весьма интересному, необычному Генделю мы внимали в звуках хора пастухов и нимф («Oh, the pleasure of the plains!») из маски «Ацис и Галатея» (1718), двух фрагментов («Sharp violins proclaim» и «The soft complaining flute») из оды «В гармонии, в небесной гармонии», больше известной как «Ода ко дню Святой Цецилии» (1739), двух фрагментов («Or let the merry bells ring round» и «As steals the morn upon the night») из оды «L’Allegro, il Penseroso ed il Moderato» (1740) и арии меццо-сопрано (христианки Ирены) «As with rosy steps the morn» из оратории «Теодора» (1750).

Два прозвучавших песенных раритета Доулэнда – «Welcome, black night» и «Cease these false sports» из сборника «Утешение пилигрима» (1612). Особой изюминкой вечера стала пара роскошных, стилистически филигранно спетых шестиголосных мадригалов: один – «Come, sable night» Уорда (1613), другой – «Music divine» (1622) Томкинса. И впрямь просто божественная музыка! В «Английский сад» в начале программы мы попали под музыку Локка – вступление к первому акту семи-оперы «Зачарованный остров» (1674) по «Буре» Шекспира. Сей театральный опус сегодня принято считать первым заметным образцом жанра семи-оперы. Еще два интереснейших раритета – опусы Арна: один – гротесково-комический ансамблевый кэтч «The singing club» (веселая пародия на неумелое непрофессиональное пение) из сборника «Гармонии Эссекса» (1767), другой – фрагмент «Now the air shall ring» из маски «Волшебный принц» (1771). Наконец, терпкий аромат улично-площадной лондонской атмосферы мы сполна смогли ощутить в ансамблевой жанрово-бытовой зарисовке Гиббонса «Крики Лондона»: ее первой частью английская программа весьма эффектно стартовала, второй частью не менее эффектно завершилась.

Всё приведенное пиршество музыкальных опусов – фрагментов из опер, ораторий, од, песен и мадригалов из старинных английских сборников – распадается на два концертных отделения. Первое названо «Тайна музыки», и тема музыки о музыке или музыки в музыке – вряд ли его сюжетная (скорее – смысловая) путеводная нить. Второе отделение «Ночь веселья» – весьма светлый музыкальный ноктюрн. Ночь – это и символ Рождества, и символ надежды (ведь за ночью всегда приходит свет дня), и символ романтической любви, и символ человеческих пороков, один из которых – пагубное поклонение Бахусу, пристрастие к неумеренным возлияниям. Ночь – та добрая аура, в которую одинаково погружаются, ища отдохновения от мирских забот дня, и грешники, и праведники.

Весьма удачная склейка фрагментов из семи-опер Пёрселла «Тимон Афинский» и «Пророчица» стала центральным игровым эпизодом второго отделения на тему Бахуса, вызвавшим прилив оживления публики. В первом отделении аналогичную роль аниматора в зале взял на себя кэтч «The singing club». Но в этом пастише, в этой дивной английской сюите, ансамбль ярких, сочных, прекрасно поставленных голосов был уверенно хорош не только в жанровых сценах. И в абстрактно-лирических эпизодах он стопроцентно предстал потрясающе живым и нежным ансамблем харизматично-ярких молодых артистов.

Фото предоставлены Московской филармонией

На правах рекламы:
Сегодня франчайзинг в России стремительно набирает обороты. В каталоге франшиз от БИБОСС вы найдете самые лучшие предложения. Откройте свою балетную школу с помощью франшизы!

реклама

вам может быть интересно

«По Балтическим волнам...» Классическая музыка

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама

Тип

рецензии

Раздел

классическая музыка

Театры и фестивали

Концертный зал имени Чайковского

Персоналии

Уильям Кристи

Коллективы

Les Arts Florissants

просмотры: 621



Спецпроект:
Мир музыки Чайковского
Смотреть
Спецпроект:
На родине бельканто
Смотреть