Дирижерская воля и коллективная энергия

По следам VI Симфонического форума России

С 30 сентября по 8 октября 2021 года в Екатеринбурге состоялся VI Симфонический форум России, перенесенный на год, но собравший в полном объеме всех запланированных участников. Двенадцать концертов с участием более 700 оркестрантов посетили более 5 000 слушателей, свыше 400 000 смотрели выступления онлайн. Концертный марафон был дополнен насыщенной деловой программой, на которую съехались 60 участников из 22 регионов страны – руководящий состав филармоний, специалисты в области оркестрового дела, экономики культуры, концертного менеджмента, музыкального образования, звукозаписи и пиара.

Симфонический форум – проект федерального уровня, который Свердловская филармония проводит с 2010 года при участии Союза концертных организаций России и при поддержке Министерства культуры России и губернатора Свердловской области. Позиционируя проект как «место встречи российских оркестров», организаторы форума взяли за основу идею «строительства единого концертного пространства страны». Для этого каждые два года в Екатеринбург приглашаются оркестры из разных регионов, в число которых обязательно входят один-два столичных коллектива. За годы существования проекта география его участников охватила большую часть страны – от Белгорода, Воронежа и Ярославля до Петрозаводска, Иркутска и Хабаровска. Впечатляет и палитра дирижерских имен: В. Федосеев, Д. Китаенко, А. Борейко, Ю. Башмет, Д. Лисс, Э. Серов, Э. Инбал, М. Стравинский, Р. Нигаматуллин, Т. Курентзис, А. Поляничко, А. Скульский, М. Аннамамедов, В. Юровский, В. Полянский, В. Чернушенко, П. Коган, Г. Ринкявичус, Е. Шестаков, Л. Сегерстам, А. Сладковский и другие.

В нынешнем форуме приняли участие восемь коллективов, два из них московские – Российский национальный оркестр и Российский национальный молодежный симфонический оркестр. От регионов представительствовали коллективы, имеющие разный «стаж» и условия бытования: Уральский (основан в 1936), Томский (1946), Ульяновский (1968), Красноярский (1977), Республики Башкортостан (1992) и Филармонии Якутии (2012). Среди дирижеров на сей раз преобладали представители молодого и среднего поколений. Большинство из них в свое время были учениками или ассистентами таких корифеев отечественной дирижерской школы, как Д. Китаенко, Г. Рождественский, В. Федосеев, Ю. Симонов, В. Полянский, а двое (Фабио Мастранджело и Владимир Ланде) обучались за границей.

В составлении программ у коллективов был полный карт-бланш. Тем любопытнее получился результат – предпочтение музыки эпохи романтизма (в широком спектре от Шуберта до Кодаи и Рихарда Штрауса) и чистый паритет между сочинениями отечественных и зарубежных композиторов. Была учтена и музыка юбиляров 2020–2021 годов (Четвертая и Седьмая симфонии Бетховена, Седьмая – Прокофьева, Пятнадцатая – Шостаковича). Еще на стадии подготовки мероприятия обратили на себя внимание изысканные тематические подборки: «итальянская» в афише Ульяновского оркестра и «советская» – у Томского. Однако все оркестры подошли к подготовке своих выступлений очень тщательно. О том, что форум задает высокую планку для любого участника, говорили руководители коллективов: «Форум – стимул для всех нас, участие в нем – большая честь не только для региональных оркестров, но и для столичных коллективов», «Выступить в новой акустике, в непривычной атмосфере, в новых стенах – это всегда действует как ступенька для дальнейшего творческого развития», «Доброе, позитивное и полезное дело, которое способствует подтягиванию оркестров к высокой планке».

Уральского академический филармонический оркестр

Подлинно событийным стал концерт-открытие, прошедший с участием Уральского академического филармонического оркестра, отметившего в эти дни свое 85-летие. Дмитрий Лисс, возглавляющий коллектив более четверти века, нашел детализированный, точный и трепетный подход ко Второй симфонии Рахманинова, в которую композитор вложил, кажется, самые сокровенные свои чаяния. Произведение, в котором воплощена тема возрождения человека к жизни, требует от исполнителей искреннего внутреннего проживания, и коллективу удалось это сполна. Особое впечатление произвела третья часть, она ощущалась как предельная экзистенция счастья, невозможного в пределах этого мира. В эпизодах рахманиновской «психологической пейзажности» оркестровая фактура обволакивала изысканной вязью. Исполнителям удался и взгляд на симфонию сквозь призму целостного творчества композитора: в лирических кульминациях слышалась патетика фортепианных концертов, а в суровом и лихорадочном пульсе второй части, в ее печальном пасторальном наигрыше – предвестие «Симфонических танцев». Отрадно, что подобное свежее и глубокое прочтение симфонии оркестр недавно записал для бельгийского лейбла «Outhere Music».

Программу дополнила «Весна священная» Стравинского, представляющая полярный способ мышления – антипсихологический – и требующая от музыкантов иного рода самоотдачи – в изобразительности, колористике, ритмике, резких «монтажных» переключениях. Интерпретация уральского оркестра неожиданно проявила не ретроспективный – в сторону архаики, – а проскопический вектор этой музыки, от которой повеяло урбанистическими мотивами и цивилизационными катастрофами.

В концерте-закрытии форума за пультом УАФО стоял уже Алексей Богорад, который оперативно заменил выбывшего из расписания Александра Лазарева. Программа тоже была экстренно заменена: вместо сочинений Чайковского и Глазунова – «Неоконченная» Шуберта и Третья симфония Брамса. Партитуру Брамса Богорад провел в духе взволнованного, очень личностного, порой патетичного и мятежного высказывания. В интерпретации второй, медленной части оркестр транслировал способность композитора к неспешному длению глубоких «мыслечувств». Лирическим откровением стала знаменитая третья часть, поданная сдержанно-благородно. Как и в симфонии Рахманинова неделей раньше, музыканты творили, проникая в самую суть чувствований автора, а для слушателей разворачивалась настоящая драма жизни. Таким образом, концертный марафон форума оказался обрамлен двумя романтическими исповедями – русского и европейского художников.

РНМСО

На Международный день музыки пришлось выступление Российского национального молодежного симфонического оркестра под управлением Димитриса Ботиниса. Этому коллективу всего три года, но он уже успел поработать с десятками выдающихся наставников из России и зарубежья. Любопытно было услышать из уст директора Московской филармонии Алексея Шалашова, что, позанимавшись в РНМСО, ребята начинают делать новые успехи в учебе и обретают желание работать в оркестре, причем не за рубежом, а в России. Таким образом, проект решает проблемы, касающиеся судьбы молодых музыкантов и кадрового пополнения российских оркестров.

Коллектив в составе 117 оркестрантов, честно сказать, с трудом вписался в пространство зала Свердловской филармонии – как физически, так и акустически. «Безумное расточительство могучих, нечеловеческих сил», подмеченное Р. Ролланом в музыке Бетховена, в трактовке увертюры «Кориолан» и Седьмой симфонии силами РНМСО превратилось в нарочитую, громоподобную, монотонную утвердительность. Правда, было что-то трогательное в усердии юных музыкантов, в демонстрации того, как они честно и серьезно работают. Требовательный Ботинис вытаскивал из них максимум энергии и динамики, что вылилось в экспансию звука, ритма, жеста. Такой подход увел на дальний план моменты изящной скерцозности, бережного пиано, деликатных перекличек между группами оркестра.

Молодому горячему коллективу и его дирижеру оказались более «к лицу» музыкально-сюжетные, игровые зарисовки, выбранные для второго отделения программы. «Тиль Уленшпигель» Р. Штрауса и «Ученик чародея» П. Дюка были сыграны мастерски – гибко, разноцветно, живо. Ботинис словно уподобился героям этих сочинений в лицедействе, артистизме, озорстве – и это родство благотворно повлияло на манеру игры оркестра. Близка оказалась коллективу и танцевальная стихия равелевского «Вальса»: музыканты отвечали дирижеру гибким rubato, романтической одухотворенностью и в то же время передали ту фатальность, что подразумевал композитор. Бисовый номер – «Маламбо» Альберто Хинастеры – вызвал восторженный рев публики, изначально симпатизировавшей этому коллективу.

Ульяновский государственный академический симфонический оркестр «Губернаторский»

Ульяновский государственный академический симфонический оркестр «Губернаторский» представил ладно скроенную программу, по словам приглашенного дирижера Юрия Ткаченко, «пронизанную теплом итальянского солнца и способствующую тому, чтобы музыканты полностью раскрылись». Изыск программы состоял в ее обрамлении жанром сальтарелло – он звучит в увертюре «Римский карнавал» Берлиоза и в финале «Итальянской симфонии» Мендельсона. С первых нот оркестр зазвучал мягко, уютно, непринужденно, комфортно по динамике и по качеству звука. В обилии красок и контрастов, расслышанных в сочинении Мендельсона, в чуткой спаянности коллектива и дирижера, в сочетании яркой эмоциональности с ясным пониманием формы заключалось истинное наслаждение для слушателей и для самих музыкантов.

Еще одной «изюминкой» концерта стало представление совершенно новых для российской публики оркестровых миниатюр. В консерваторских сочинениях Пуччини приятно было распознавать предвестие зрелого оперного стиля мастера: чарующее бельканто мелодии, пряные романтические гармонии, состояние нежной мечтательности, полнокровное развитие от лирики к патетике – эти черты особенно проявились в Симфонической прелюдии. Однако подлинным открытием программы явились сочинения Джузеппе Мартуччи (1856–1909), которые в свое время охотно исполнял Артуро Тосканини и открывшие современной публике настоящего мастера оркестрового развития и колорита. Прекрасным образцом позднеромантической музыки предстал Ноктюрн, отчасти напоминающий Адажиетто Малера своим томлением по красоте и певучестью фактуры. Горячий отклик у слушателей получили также изысканная Жига и Тарантелла, в которой Мартуччи произвел блестящее превращение легкого танца в угрожающее тутти.

Государственный симфонический оркестр Филармонии Якутии Symphonica ARTica

Государственный симфонический оркестр Филармонии Якутии Symphonica ARTica, возглавляемый Фабио Мастранджело, поставил перед собой неординарную задачу – «показать разнообразие русской души» сквозь призму четырех не самых исполняемых опусов. Гастроли для этого коллектива – единственная возможность показать свое звучание в настоящем концертном зале, за неимением пока что собственного.

Ключевую роль в интерпретации выбранных произведений сыграла индивидуальность дирижера. В «Славянском марше» Чайковского Мастранджело акцентировал конфликтную драматургию и почти сюжетную коллизию между ориентально-«османской» и двумя русскими темами. Ощущение борьбы царило и в первой части «Богатырской» симфонии Бородина: знаменитый лейтмотив в эпиграфе был подан как угроза, а в эпилоге – как свершившаяся катастрофа. Близкая к сюжетной трактовка симфонии сблизила ее с оперой «Князь Игорь». Именно сквозь эту призму воспринимались моменты оцепенения-«затмения» и недобрая символика аккордов в первой части, лирика в духе восточного тематизма – во второй, дышавшая бытийным величием песнь о России – в третьей.

Новая грань выразительности оркестра открылась в исполнении музыки балета Стравинского «Поцелуй феи». Здесь музыкантам удалось искусно провести «водораздел» между фабульным динамическим слоем и нефабульным, выразившим чувство нежности Стравинского к Чайковскому, к элегическому тону его музыки. У слушателя была возможность насладиться гибкостью дирижера в нюансировке и фразировке, мастерством духовиков в исполнении тихой кантилены.

Театральность дарования Мастранджело возобладала и в исполнении Седьмой симфонии Прокофьева, которую дирижер трактовал не как прощальную, а как земную, сочную, жизнеутверждающую. Неслучайно исполнители-ударники поднимались со своих мест, будто в некоем спектакле, и руками в белых перчатках осуществляли магический исполнительский акт. В своей стихии дирижер был, прежде всего, в концертном блеске вальса (вторая часть) и в финале, который стал «ударной» точкой концепции. Его галопирующая тема под руками Мастранджело передавала «приветы» галопам, под которые прокофьевские принцы в «Золушке» и «Трех апельсинах» искали своих возлюбленных. Счастливейшая сказка, которую лелеял в своем сердце Прокофьев, мировоззренчески совпала с близкой Мастранджело энергией жизнелюбия и действенности.

Томский академический симфонический оркестр

Томский академический симфонический оркестр под руководством Михаила Грановского представил редкую программу, охватившую полвека советской музыки и сочинения представителей разных национальностей. Бесстрашием выглядели запланированные для второго отделения медитативно-философские сочинения Арво Пярта и Гии Канчели. Это впечатление самоотверженности оркестр подтвердил изумительным качеством преподнесения музыки.

Композиция «Fratres» Пярта, написанная в технике tintinnabuli и отсылающая к образам вечности, стала проверкой оркестра на способность к интровертности, на бережное отношение к звуку и паузе, на умение выстроить по миллиметрам динамическую параболу сочинения. Изощренное «упражнение» музыканты наполнили непрерывным процессом смыслообразования, пройдя своего рода духовную «настройку» перед сочинением Канчели.

Неоднократно вспарывая воздух милитаристски-сокрушительными тутти, Канчели в своей последней симфонии «Эпилог», кажется, не оставляет никаких надежд и пребывает в безжалостном самобичевании. Тем заветнее та зыбкая ностальгическая ткань, которая оживает через одинокие звуковые «капли», волшебные звучания клавесина, меланхолический вальс, одаривающие душу кластеры и просветленные аккорды с бархатными басами. Во всех этих хрупких моментах музыканты следовали особому исповедальному тону автора. Чем ближе к финалу, тем все ощутимее становились оглушительные удары-«добивания» и тихие звуковые пунктиры – непредсказуемые метаморфозы в пульсации сердца. В коде сочинения оркестранты по очереди выключили фонарики над пюпитрами, наполнив зал траурной тишиной и темнотой.

Но и первое отделение концерта, резко отличное по духу, прошло на «ура». Увертюру Глиэра «Ферганский праздник» открыли звуки специально купленного для гастролей узбекского барабана «нагара». Оркестр провел эту ориентальную композицию с радостным сердцем, бравируя перекличками между группами и мастерски выстроенными крещендо. Сильное впечатление произвела сюита из балета «Спартак» Хачатуряна, к которой коллектив подошел не как к устаревшему и пафосному образцу соцреализма, а как к актуальным, горячим, живым эмоциям. «Смерть гладиатора» отозвалась прямо-таки вселенским горем. В хитовом «Триумфе Рима» дирижер выглядел как трибун-глашатай, а оркестр упивался залихватским азартом и мускулистой звучностью. В знаменитом «Адажио» излилась спасительная нежность неземного чувства. Индивидуальность Грановского проявилась не только в невероятной самоотдаче и способности полностью подчинить себе оркестр, но и в особой четкости, пластичности, атлетизме движений.

Национальный симфонический оркестр Республики Башкортостан, лишь только выйдя на сцену, приятно удивил молодым составом и неповторимостью костюмов, в которые вкраплен национальный элемент. Художественный руководитель коллектива Дмитрий Крюков пояснял, что за два с половиной года своей работы в Уфе он старался привить музыкантам скрупулезный подход к партитуре и ощущение уверенности в своих силах.

«Испанское каприччио» Римского-Корсакова оркестр сыграл так, как если бы сам станцевал – горячо, с шиком, с «оттяжкой» в синкопах, акцентировав знойность этой музыки, театральность ее пауз и штрихов. В сходном динамичном ключе музыканты провели пасхальную увертюру «Светлый праздник», выявив в ней, скорее, не литургическую природу, а тот празднично-языческий дух, о котором писал сам композитор.

Вершиной выступления стали «Симфонические танцы» Рахманинова, услышанные уфимцами как произведение лирико-ностальческое и автобиографическое. В первой части энергетика звучания была подчинена собранному, упругому ритму времени, в третьей части – инфернальным кружениям «пляски смерти». Но смысловой акцент, несомненно, падал на лирические эпизоды, которые оркестр интонировал задушевно, чувственно и в то же время тактично и целомудренно. За чутким ведением и тонким ощущением дыхания этой музыки, ее волнообразной психологической природы, вставал целый сонм исповедальных оттенков, грез, воспоминаний, сожалений. Страстным отголоском из рахманиновского прошлого отозвалась лирическая тема из Первой симфонии, процитированная композитором в коде первой части. Последним усилием духовного преодоления воспринималась автоцитата напева из «Всенощного бдения» в финале триптиха. Нетривиальным бисом программы стал аскетический, акварельный «Вокализ» Рахманинова.

Для некоторых представителей профессионального сообщества двигательный режим, в котором пребывал дирижер, показался сверхактивным, а трактовка рахманиновского сочинения – чересчур сентиментальной. Но на то и форум, чтобы были споры, был проблемный зазор во мнениях, размышления о дирижерской миссии, трудностях самоопределения региональных оркестров и других вопросах симфонической отрасли.

Дискуссии и доклады деловой программы «Оркестр. Куда движемся…» были сгруппированы в несколько блоков: первый связан с экономикой и управлением концертной деятельностью в России, а последующие посвящены взаимосвязи оркестровой сферы с состоянием профессионального музыкального образования, цифровизацией в работе учреждений культуры, освоением филармониями интернет-среды и соцсетей. Директор Свердловской филармонии Александр Колотурский представил гостям специально подготовленный к форуму «Мониторинг деятельности симфонических оркестров в 2019 году», произведенный по развернутому спектру параметров.

В начальном тематическом блоке основными стали выступления доктора экономических наук Валентины Музычук и генерального директора Московской филармонии Алексея Шалашова. Музычук представила результаты анализа экономической составляющей концертной жизни, с учетом влияния пандемийного года, а также исходя из динамики за 1990–2019 годы. Приведенные ею цифры наглядно продемонстрировали сокращение числа филармонических концертов, спад посещаемости концертных залов, разительный контраст с европейскими странами в финансировании культуры в расчете на душу населения, сокращение занятости в сфере культуры и факт невысокой оплаты труда. По словам эксперта, «страны, которые понимают важность креативной экономики, вкладываются и в культуру». Шалашов поддержал мысль о том, что к сфере культуры категорически не должен применяться бизнес-подход, основанный на количественных и экономических показателях. По его убеждению, «единственная возможность противостоять маховику оптимизации – это разными путями апеллировать к обществу и к власти результатами своей деятельности, огромным воздействием на сердца и умы публики… Искусство доказывает себя только в наивысших творческих достижениях».

В дискуссиях образовательного блока выявилась насущная проблема: инструменталисты выходят из стен консерваторий без должных навыков работы в оркестре и ансамбле, воспитанные в учебном классе как будущие солисты. Отсюда – необходимость корректировки образовательных стандартов и проявления инициативы самими вузами на местах. Определенным ответом на эту проблему можно считать активное создание в стране молодежных и юношеских оркестров.

Обсуждения на тему цифровизации показали, что освоение IT-отрасли – огромный вызов для учреждений культуры, но в то же время обязательное условие для выхода на новый уровень развития, поэтому необходимо активизировать присутствие оркестра в соцсетях и на цифровых платформах. Некоторые из обсуждавшихся вопросов должны тезисно войти в документы, адресованные чиновникам от культуры. Заключительная нота форума была оптимистичной: «Я всем сердцем испытываю гордость за наш город и регион, ставший не только главной площадкой этого грандиозного парада оркестров, но и местом встречи единомышленников и друзей. Здесь в живом диалоге рождаются и воплощаются современные идеи развития симфонического дела», – сказал вдохновитель и организатор проекта Александр Колотурский.

С материалами форума и его деловой программы можно познакомиться на сайте Свердловской филармонии.

Елена Кривоногова, Екатеринбург

Фотографии предоставлены пресс-службой Свердловской филармонии

реклама