Опера Верди «Сила судьбы»

La Forza del Destino

«Сила судьбы». Сцена из спектакля Ла Скала. 1955 г.

Опера в четырех действиях Джузеппе Верди на либретто (по-итальянски) Франческо Пьяве, основанное на драме Анджело Переса де Сааведры, герцога Риваза «Альваро, или Сила судьбы». (В создании второй редакции либретто оперы принимал участие Антонио Гисланцони; в либретто использованы также сцены из драмы Иоганна Фридриха фон Шиллера «Лагерь Валенштейна»)

Действующие лица:

МАРКИЗ ДИ КАЛАТРАВА (бас)
ДОН КАРЛОС ДИ ВАРГАС, его сын (баритон)
ДОННА ЛЕОНОРА ДИ ВАРГАС, его дочь (сопрано)
ДОН АЛЬВАРО, ее возлюбленный (тенор)
КУРРА, ее служанка (меццо-сопрано)
АББАТ ГУАРДИАН, настоятель монастыря (бас)
ФРА МЕЛИТОН, францисканский монах (бас)
ПРЕЦИОЗИЛЛА, цыганка (меццо-сопрано)
МЭР ГОРНАХУЭЛОСА (бас)
ТРАБУКО, погонщик мулов (тенор)
ХИРУРГ (тенор)

Время действия: XVIII век.
Место действия: Испания и Италия.
Первая постановка: Петербург, Мариинский театр, 22 ноября 1862 года;
окончательная редакция: Милан, театр "Ла Скала", 27 февраля 1869 года.

«Сила судьбы» демонстрирует нам композитора в полной зрелости его таланта, то есть в тот период его жизни, когда он уже сочинил свои великие оперы, принесшие ему огромную славу: «Риголетто», «Трубадура» и «Травиату». Верди был уже поистине знаменитым — сенатором в своей родной Италии, известным во всей Европе. «Сила судьбы» была написана для России, и мировая премьера оперы состоялясь в 1862 году в Санкт-Петербурге. Сюжет оперы основан на пьесе испанского аристократа-романтика герцога Риваза. С самого начала в опере ощущаются романтический дух и драматическая напряженность этой пьесы.

УВЕРТЮРА

Увертюра — быть может, лучшая из вердиевских увертюр, — насквозь драматична; в ней используются фрагменты из нескольких арий следующих за нею действий, а также короткая гневная мелодия, порой называемая мотивом «судьбы».

ДЕЙСТВИЕ I

Эта история берет свое начало в Севилье XVIII века. Леонора ди Варгас, героиня-аристократка, влюблена в некоего дона Альваро, потомка древнего рода инков Новой Индии. Никто из этого рода не может, конечно, считаться подходящей кандидатурой для женитьбы на испанской дворянке. Надменный маркиз ди Калатрава, отец донны Леоноры, приказывает ей забыть о доне Альваро, но донна Леонора уже дала согласие своему возлюбленному именно в эту ночь тайно бежать. Когда маркиз удаляется, она признается в этих планах своей служанке, Курре. Донна Леонора разрывается между отцом, к которому испытывает дочернюю привязанность, и своим возлюбленным; она все еще колеблется, принять ли план дона Альваро. И когда дон Альваро, взбудораженный скачкой, внезапно является к ней через окно, он поначалу думает, что она его больше не любит. Но в страстном дуэте они клянутся в вечной верности друг к другу, и вот они готовы бежать («Son tua, son tua col core e colla vita» — «Твоя, твоя и сердцем и жизнью»). Но в этот момент маркиз внезапно возвращается, в его руке шпага. Он уверен, что здесь произошло самое ужасное — что его дочь обесчещена.

Дон Альваро клянется, что донна Леонора невинна. В доказательство этого он готов принять смерть от шпаги маркиза и не намерен использовать свой пистолет — он отбрасывает его в сторону. К несчастью, пистолет падает на пол и от удара неожиданно выстреливает. Пуля попадает в маркиза. Умирая, маркиз изрекает ужасное проклятье своей дочери. Это будет ее рок. Так начинают действовать силы судьбы. Дон Альваро уводит свою возлюбленную.

ДЕЙСТВИЕ II

Сцена 1. Много событий произошло между первым и вторым действиями. Дон Карлос, прибыв домой, услышал, что его сестра донна Леонора скрылась со своим любовником, доном Альваро, который, прежде чем им скрыться, убил их отца. Естественно, что он, благородного происхождения испанец XVIII века, клянется убить обоих — свою сестру и ее любовника. Тем временем двое влюбленных оказались разлученными, и Леонора, переодевшись юношей и под опекой преданного ей старого погонщика мулов по имени Трабуко, скитается по свету.

С началом второго действия отчетливо начинает действовать сила судьбы: так, донна Леонора и ее брат, дон Карлос, оказывается, поселились, не зная об этом, под одной крышей — в гостинице в Горнахуэлосе. К счастью, дон Карлос не видит свою сестру, которая не выходит к веселой толпе, она скрывается.

Прециозилла, цыганка-гадалка, под звуки военной мелодии убеждает всех парней завербоваться в итальянскую армию, чтобы сражаться с германцами («Аl suon del tamburo» — «Под гром барабанов»). Ни один сержант не мог бы справиться с этой задачей лучше. Затем некоторым она предсказывает будущее, включая дона Карлоса, который не очень-то воодушевлен.

За сценой слышно пение проходящих мимо паломников — они поют чудесную страстную молитву; в их пении яснее всех слышится парящее сопрано Леоноры. Донна Леонора, давно разлученная с Альваро, видит брата и со страхом прячется. Когда процессия проходит, дон Карлос рассказывает историю своей жизни. Его имя, говорит он, Переда, и он студент университета. И тогда он излагает тонко завуалированную версию об убийце его отца и о любовнике сестры. Это красивая баритоновая ария с хором, начинающаяся словами «Son Pereda, son ricco d'onore» («Я — Переда, я честный малый»).

Тем временем опустилась ночь. Всем пора спать, и сцена кончается хором, желающим всем спокойной ночи.

Сцена 2. Леонора, чрезвычайно напуганая встречей и таким близким соседством под одной крышей со своим мстительным братом, все еще будучи в костюме молодого человека, убегает в близлежащие горы. Здесь она оказывается у стен монастыря и, припав к кресту, поет свою трогательную молитву «Madre, pietosa Vergine» («Дева святая»). Грубоватый, полукомичный фра Мелитон откликается на ее стук, но отказывается впустить ее и зовет настоятеля монастыря, аббата Гуардиана. В длинном и красноречивом дуэте донна Леонора открывает аббату, кто она есть; в конце концов она получает от него разрешение жить в полном затворничестве в пещере неподалеку от монастыря. Теперь ни один человек не сможет ее вновь увидеть — это именно та судьба, которую эта трагическая героиня, как она уверена, желает для себя, полагая, что навсегда потеряла своего возлюбленного, дона Альваро.

Действие завершается наиболее впечатляющим ансамблем в опере, более других богатой большими концертными номерами («La Vergine degli Angeli» — «Пресвятая Дева, Царица ангелов»). Дббат Гуардиан созывает весь конвент; он сообщает монахам о решении донны Леоноры и грозит проклятьем каждому, кто осмелится нарушить ее уединение.

А. Роллер. Эскиз декорации к 3-му акту «Силы судьбы». Петербург, 1862

ДЕЙСТВИЕ III

Сцена 1. Первые два действия происходили в Испании. Теперь главные герои силой судьбы оказываются в Италии, в Валлетри, неподалеку, — чтобы быть точными, — от Рима. Итальянцы сражаются с напавшими на них германцами (не частый случай в итальянской истории), много испанцев принимает участие в этой борьбе на стороне итальянцев. Среди них наши друзья — дон Карлос и дон Альваро. Когда занавес в этом действии поднимается, мы застаем момент азартной игры в лагере итальянцев. В трогательной и мелодичной арии «О tu che in seno agli angeli» («О ты, среди ангелов») дон Альваро скорбит о своей судьбе и особенно о потере донны Леоноры, которая, как он полагает, на небесах, как ангел. Игра переходит в ссору, и дон Альваро спасает жизнь одному из игроков, когда на того набрасываются другие. Этим игроком оказывается дон Карлос, который, как мы помним, поклялся убить дона Альваро. Но поскольку они никогда раньше не встречались и к тому же у каждого были не подлинные имена, они не узнали друг друга и теперь клянутся в вечной дружбе («Amici in vita е in morte» — «Друзья в жизни и смерти»).

За сценой начинается сражение, и по возбужденным репликам мы догадываемся, что германцы разбиты. Но дон Альваро серьезно ранен. Считая, что его конец близок, он умоляет своего друга, дона Карлоса, оказать ему последнюю услугу: взять пакет писем из его вещевого мешка и, не читая ни одного из них, все их сжечь. Дон Карлос обещает исполнить его просьбу («Solenne in quest'ora» — «Одна только просьба!»; этот дуэт стал особенно знаменитом благодаря очень старым записям его исполнения Карузо и Скотти). Теперь дона Альваро уносит хирург, чтобы быстро сделать ему операцию, а дон Карлос остается один с вещевым мешком дона Альваро. Поведение и слова раненого породили у дона Карлоса сомнения в подлинности личности дона Альваро, и он испытывает сильное искушение просмотреть врученные ему письма, желая проверить свои подозрения. Однако ему не приходится нарушить данную клятву, поскольку в мешке он находит достаточно других доказательств того, что его новый друг — тот самый дон Альваро, убийца его отца и предполагаемый совратитель его сестры.

Именно в этот момент возвращается хирург и сообщает дону Карлосу, что дон Альваро, после всего им предпринятого, будет жить. В огромном волнении дон Карлос поет свою арию мести «Egli ё salvo! О gioia immensa» («Он жив! О радость»). Теперь, ликует он, он сможет отомстить не только дону Альваро, но также и своей сестре донне Леоноре!

Сцена 2 переносит нас в лагерь солдат действующей армии. Мы встречаем здесь некоторых из наших старых друзей, знакомых по предыдущему действию. Прециозилла по-прежнему занимается своим делом — гаданием; Трабуко, погонщик мулов, стал торговцем, продающим разный товар, необходимый в солдатской жизни; фра Мелитон (скверно обошедшийся с донной Леонорой, когда она пришла в монастырь) довольно странно отправляет службу — он произносит шутовскую проповедь. Солдаты не могут все это больше выносить и выгоняют его из лагеря. Это веселая сцена, и она заканчивается, быть может, самой веселой музыкой, которую когда-либо писал Верди. Прециозилла, принесшая барабан, пускается в пляс. Эта хоровая сцена, исполняемая практически под аккомпанемент одного лишь барабана («Ратаплан»), столь трудна, что представляет собой — с технической точки зрения — настоящий вызов хору любой самой лучшей оперной труппы.

ДЕЙСТВИЕ IV

Сцена 1. При том, что последнее действие в высшей степени трагично и драматично, оно начинается с одной из подлинно комических сцен, каких не так уж много у Верди. События этого действия вновь происходят в Испании, во дворе монастыря неподалеку от Горнахуэлоса. Сварливый и раздраженный старый монах, фра Мелитон, разливает похлебку нищим. Он делает это с таким отвращением, что нищие выражают желание видеть вместо него некоего «отца Рафаэля» с его большим половником. Это так злит фра Мелитона, что он начинает изо всех сил колотить по котлу с супом, и нищие расходятся.

Старый добрый патер Гуардиан укоряет фра Мелитона за его плохой характер, и в разговоре они кратко касаются личности отца Рафаэля. Он, конечно же, не кто иной, как переодетый дон Альваро, и Мелитон рассказывает, как он довел одного спокойного молодого человека почти до сумасшествия упоминанием о диком индейце.

А вот и сам дон Карлос; он появляется и спрашивает отца Рафаэля — монаха с темной кожей. Пока идут за доном Альваро, — мы можем и будем так его называть, — дон Карлос предвкушает неминуемое возмездие. Входит дон Альваро, облаченный в рясу монаха. Они исполняют длинный дуэт («Le minacce i fieri accenti» — «Угрозы, гневные слова»). Поначалу дон Альваро отказывается сразиться с доном Карлосом: ведь теперь он монах и к тому же на его совести уже есть убийство — хотя и непреднамеренное — одного из членов семьи дона Карлоса. Однако дон Карлос издевается над ним, и, когда в конце концов он доходит до оскорбительных высказываний в адрес гордой нации, к которой принадлежит дон Альваро, монах выхватывает из рук дона Карлоса вторую шпагу, которую тот предусмотрительно припас, чтобы поединок мог состояться, и они сходятся на дуэли.

Сцена 2 происходит у хижины, где теперь донна Леонора ведет свою отшельническую жизнь. Она поет знаменитую арию «Расе, расе mio Dio» («Мира, мира, о Боже!»), моля Бога о спокойствии и мире. Но вот за сценой слышится крик. Это дон Карлос, он смертельно ранен на дуэли. В следующее мгновение выбегает дон Альваро; он зовет исповедника к умирающему дону Карлосу. Так, по прошествии многих лет, влюбленные встречаются вновь — неожиданно и при трагических обстоятельствах. Донна Леонора приходит, чтобы помочь смертельно раненному брату, но дон Карлос, испуская последний вздох, успевает исполнить данную им клятву: он вонзает кинжал в грудь сестре, когда та склоняется к нему.

Является аббат Гуардиан. Звучит проникновенный терцет «Lieta poss'io precederti» («С радостью опережаю тебя»): аббат призывает всех к смирению, дон Альваро проклинает свою судьбу, а донна Леонора, умирая, обещает своему возлюбленному прощение на небесах.

Генри У. Саймон (в переводе А. Майкапара)


Джузеппе Верди. 1887 год, автор — Francesco Paolo Michetti

Заказанная петербургским императорским театром, опера была поставлена в 1862 году с задержкой на один сезон из-за болезни сопрано Эммы Лагруа, которая должна была впервые исполнять роль Леоноры. Публика приняла оперу хорошо, тогда как критика была несколько противоречивой. Особенно упрекали фрагментарность либретто, отразившуюся на музыкальном языке. Среди одобрительных отзывов приведем образный комментарий, помещенный в «Journal de St.-Petersbourg»: «Композитор хотел, чтобы во всей его опере чувствовалось властное дыхание судьбы... Основная мелодия — короткая и мрачная; она развивается таким образом, что заставляет вздрагивать от волнения, словно тень простерлась от крыльев ангела смерти, ожидающего на дороге вечности». В 1869 году опера была поставлена в «Ла Скала» с некоторыми изменениями и дополнениями. Вследствие тяжелой болезни Пиаве, модифицировал литературный текст Антонио Гисланцони (в скором времени ставший автором либретто «Аиды»). Самое большое изменение касалось финала: в Петербурге опера завершалась самоубийством Альваро согласно оригиналу Сааведры. Для «Ла Скала» Верди добавил большую увертюру, быть может, самую значительную из написанных им до тех пор. Миланская пресса отметила также его успех как постановщика оперы. В целом «Сила судьбы» осталась той, какой была в Петербурге,— драмой, полной приключений и очень запутанной.

Два главных героя — Альваро и Леонора — оказываются разлучены друг с другом на протяжении многочисленных эпизодов, словно умеряющих «властное дыхание судьбы». Но это не совсем так. События воздействуют на психологию двух несчастных и мощнейшим образом преображают ее. К тому же пока нас отвлекают картины народной жизни, не имеющей отношения к их судьбе, страдания Альваро и Леоноры, хотя и не изображаются, почти никогда не исчезают, словно подспудно вопрошая нашу совесть. Уже в увертюре утверждается это полицентрическое видение: после звучания темы судьбы — жалобной, нежной, жестокой — фантазия музыканта уводит его в сторону, смешивает проклятия и бешеные атаки, лирические и монастырские картины, шум битвы и религиозные обряды.

Первое действие представляет собой как бы исчерпывающий, необходимый пролог. Дуэт Леоноры и маркиза передает чистую семейную атмосферу; ее ария «Стать бездомной сиротой» основывается на тех же инструментальных тембрах, на тех же хроматизмах, которые мы услышим в арии Аиды (с ней сближает Леонору и причина прощания с отцом). Входит Альваро, весь словно еще взбудораженный скачкой: когда решение бежать принято, его голос взлетает с решительностью и откровенностью, близкими Доницетти. Затем — выстрел, трагедия, гневная поступь судьбы. Во втором действии хроника развивается вовсю (и как она близка русскому театру!): художник переходит от проникнутой тонкой иронией сцены ужина в таверне, от портретов Прециозиллы и Трабуко к отталкивающей маске Переды, к немного архаичным цветовым пятнам хора паломников, направляющихся в церковь, под сенью которой найдет приют Леонора. В монастыре все сосредоточено вокруг благочестивого хора монахов. Дуэт беглянки и приора изобилует очень разнообразным мелодическим материалом; ясно, что в ее душе мудрый старец занял место покойного отца (хотя остроумная фигура Мелитона как будто насмехается над этой доверчивостью). Финал действия столь же знаменит, что и хоры в таверне: тупой фанатический пыл выливается в молитву, в которой скрыты инвектива и анафема.

Панорама становится шире в третьем действии, изображающем лагерь в Веллетри и состоящем из развернутых, «густонаселенных» эпизодов. Арии Альваро предшествует большое соло кларнета, возвращающее на пути прошлого, которые переходят в вариации на тему судьбы. Прошло много времени, и Альваро погружается в минувшее. Призывая Леонору, голос взмывает до небес, герой словно тонет в звуковых волнах, но затем смиряется в тихой надежде. Появление Карлоса вводит несколько высокопарную тему, связанную с маниакальной идеей мщения. Следует блистательный полиптих, целая серия привлекательных, впечатляющих картинок, делающих лагерную жизнь зримой и осязаемой (всему предшествует очень живое, красочное изображение караульного дозора). Здесь и женственный испуг молодых рекрутов, и комически-эпическая проповедь Мелитона, и, наконец, популярный напев «Ратаплан», наслаждение для любого слуха, свободного от предрассудков. С возвращением в монастырь яркие, рельефные массовые сцены не убывают, на их фоне звучат торжественные фразы дуэта Альваро и Карлоса. Но события уже стремятся к четвертому действию, где трагедия завершается. Мелодия Леоноры напоминает романс Альваро из третьего действия, но она более сдержанна, не столь развернута и не имеет вступительного речитатива. Ее пение одиноко, бесслезно. Леонора обращается к своему богу, и словно некая рука свыше выводит в коротком тематическом фрагменте основную мелодическую линию. Выделяющие это ариозо пластичные мотивы в духе Беллини полны упования на милость за гробом. Проклятие, предельно яростные такты дуэли, встреча Альваро и Леоноры — подлинно трагический диалог, молниеносное убийство Леоноры — все проносится в вихре. И надо всем, как слабое убежище от несчастий, возвышается благочестивая, ясная, в духе Мандзони, проповедь приора.

Г. Маркези (в переводе Е. Гречаной)

реклама

Публикации

La Forza del Destino в опере Фландрии (operanews.ru) 18.03.2012 в 15:55
SOS Sferisterio (operanews.ru) 10.07.2011 в 12:40
Волшебный фонарь 18.09.2010 в 14:40

Главы из книг

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама

Композитор

Джузеппе Верди

Дата премьеры

22.11.1862

Жанр

оперы

Страна

Италия

просмотры: 26308
добавлено: 12.01.2011



Спецпроект:
В гостях у Belcanto.ru
Смотреть
Спецпроект:
На родине бельканто
Смотреть