Балаган (от перс. балахане — верхняя комната, балкон) — временное здание для театральных, цирковых или эстрадных представлений. Балаганы известны в России с середины 18 века.
Первоначально для представлений приспосабливались торговые помещения, выстраиваемые в дни ярмарок, — балаганы (отсюда и название). Позднее стали сооружаться специальные здания. Балаганы строились из досок, крыша делалась из брезента или мешковины (шапито). Внутри балаган имел сцену и зрительный зал, разделённый на первые, вторые места, и т. н. «загон», где публика стояла. Перед балаганом сооружался балкон (раус, нем. Raus, от heraus — наружу), с которого артисты зазывали публику на представление.
В конце 18 в. в балаганах ставились пьесы из репертуара народного театра («Комедия о царе Максимилиане и его непокорном сыне Адольфе» и др.), а также инсценировки рыцарских романов. В начале 19 в. здесь шли главным образом арлекинады, насыщенные различными сценическими эффектами (полёты, провалы, чудесные превращения и т. п.). Особенно славились представления арлекинад в балаганах братьев Легат, братьев Леман и Берга.
В балаганах выступали иностранцы и русские. Среди них фокусники, силачи (К. Раппо), акробаты, гимнасты, жонглёры (Т. Барков, Г. Иванов и др.), народные хоры, танцоры, кукольники с Петрушкой и марионетками. В балаганах выступали часто полупрофессионалы, занимавшиеся большую часть года каким-нибудь ремеслом. Большое место в представлениях балаганов занимал дед-раёшник — зазывала. Его выступления нередко содержали сатирические выпады против господствующих классов. В середине 19 в. особенным успехом пользовались балаганы отставного егеря Бомбова, позднее — Лейферта и Малофеева.
В 1880 в Петербурге на Марсовом поле был организован балаган нового типа — «Развлечение и польза»; художественную часть в нём возглавлял А. Я. Алексеев-Яковлев, деятельность которого связана с народным просвещением и народным театром. Здесь ставились произведения Пушкина, Гоголя, Некрасова, Островского. Этот репертуар проникал и в другие балаганы. Однако основное место в репертуаре балаганов занимали псевдо-патриотические батальные пьесы, арлекинады, пошлые фарсы.
В балаганах начали свой творческий путь многие впоследствии известные артисты — А. Л. и В. Л. Дуровы, И. С. Радунский (Бим), Е. А. Лепковский и др.
Балаганы существовали вплоть до 30-х гг. 20 века (в этот период в них шли эстрадные дивертисменты). Попытки возродить балаганы в 40-х гг. успеха не имели.
Литература: Лейферт А. В., Балаганы, П., 1922; Дмитриев Ю., На старом Московском гулянии, в кн.: Театральный альманах ВТО, кн. VI, М., 1947; Алексеев-Яковлев А., Русские народные гуляния, Л.-М., 1948; Кузьмина В., Русский демократический театр XVIII века, М., 1958.
Ю. Д.
Источник: Театральная энциклопедия, 1961—1967 гг.
Балаган — это название происходит от персидского слова балахане, то есть верхняя комната, балкон. Балаган представлял собой временное здание для театральных и цирковых представлений. В России балаганы известны с XVIII века. Выстраивались они, как правило, в дни ярмарок и были необходимой их принадлежностью. Позже сооружались специальные здания: само здание было деревянным, а крыша — из брезента или мешковины. Внутри балаган имел сцену и места для зрителей — были «первые» и «вторые» места, был «загон», или «третьи» места, где публика стояла.
Обязательным было украшение балаганов вывесками, флажками, позднее — газовыми и электрическими лампами. Надписи делались затейливые, всякий хозяин спешил придать своему балагану определенно-яркое лицо: «механический и отроботический театр», «механический театр метаморфоз», «комические виртуозы, туманные картины» и т. п. Каждый спектакль длился минут тридцать-сорок, начинался в произвольное время (как заполнялся зал). Представления начинались в полдень и шли до вечера — часов до девяти.
Перед балаганом (снаружи) сооружался балкон, на котором помещался зазывала с шутками-прибаутками для привлечения публики (своеобразная живая реклама).
Первыми владельцами балаганов в России были иностранцы — у них же, на балконах временных театров, появились и зазывалы. Это были комические актеры, которые исполняли различные смешные сценки. Знаменитый француз Леман довольно долго выпускал на балкон своих балаганов перед началом представления бессловесного паяца в костюме Пьеро (в широком белом балахоне с большими цветными пуговицами).
Но вскоре на эту роль стали приглашать русских балагуров, справедливо полагая, что словесная реклама на русском языке будет иметь гораздо больший эффект, чем бессловесная пантомима. Балаганных зазывал называли еще и паясами (паяцами). Они быстро вошли в роль и начинали свое зазывание в балаган словами: «Честные господа, пожалуйте сюда! — Здесь вы увидите вещи невиданные, услышите речи неслыханные, чудо чудное, диво дивное. Заморские комедии! Скорее, скорее, почти все места заняты!» Прием этот — кричать о распроданных билетах при пустом зале — использовался во все время существования балаганов.
Зазывала — это всегда остряк, забавник, импровизатор. Таковым часто бывал отставной солдат, наряженный стариком, в сером кафтане, с длинными волосами и бородой из пеньки: на шее у него висели оловянные часы, а в руках держал он старый книжный переплет. У такого балаганного «деда» была «постоянная прописка» на ярмарочной площади, что также повлияло на его наряд. Шляпа-коломенка или ямщицкая шапка придавали оттенок удали, веселой разгульности, которые были свойственны лихачам-извозчикам и ямщикам. На нее часто прикреплялся бумажный цветок — тем самым словно высмеивалась попытка мещан, лакеев и приказчиков выглядеть «благородно», покрасоваться, пофрантить. На кафтан часто нашивались цветные лоскутки — видимо, эта деталь была позаимствована у иноземного Арлекина с его трико, расшитым треугольниками из разноцветной материи.
Их называли теперь по-русски — закликалами, дедами, стариками. Но в каком бы амплуа не выступал зазывала, он был заметной фигурой — от него, в сущности, зависели сборы балагана. Хорошие закликалы так ценились, что балаганщики переманивали их друг у друга. Они зазывали смотреть чудеса: обещали показать человека без костей, девицу-русалку (вместо ног у такой девицы был привязан рыбий белужий огромный хвост); обещали, что в балаганах покажут «как цыпленок лошадь сожрет», как будут шпаги глотать. А то и грозил балаганный дед публике:
Купчики-голубчики,
Готовьте рубчики.
Билетом запаситесь,
Вдоволь наглядитесь.
Представление на-ять —
Интереснее, чем голубей гонять.
Пять и десять — небольшой расход.
Подходи, народ.
Кто билет возьмет,
В рай попадет,
А кто не возьмет —
К черту в ад пойдет.
Всем своим обликом, жестами, шутками дед должен был веселить народ, пришедший на гуляние. Он должен был передавать ощущение радости бытия, праздничной свободы, полноты жизни. Потому так неуемен был зазывала, так утрированно-чрезмерны были его движения, так разнообразна мимика, так легка насмешка и над собой, и над зрителями.
Особенно была любима публикой «женская тема». Каждый балаганный дед имел портрет своей «жены», нарисованный крупно и карикатурно. Он показывал его публике и сопровождал следующей не менее карикатурной характеристикой: «Жена моя солидна, за три версты видно. Стройная, высокая, с неделю ростом и два дни загнувши. Уж признаться сказать, как, бывало, в красный сарафан нарядится да на Невский проспект покажется — даже извозчики ругаются, очень лошади пугаются. Как поклонится, так три фунта грязи отломится…» Все это громко и весело выкрикивалось в толпу. Тут же, в другом балагане, можно было услышать и увидеть еще одно описание «жены»:
А вот, ребята, смотрите:
Это моей жены патрет,
Только в рамку не вдет.
У меня жена — красавица,
Увидят собаки — лаются,
А лошади в сторону кидаются.
Зовут ее Ирина,
Пухла, что твоя перина…
Вообще в балаганах любили представлять что-нибудь невероятное, даже аномальное, поражающее зрителей с большой силой: то показывали теленка о двух головах, то «дикаря» из Африки, который ел живых голубей (трюк, конечно же). А в одном провинциальном балагане самый эффектный номер состоял в следующем: хозяин балагана объявлял, что «сейчас будет показана всемирно известная татуированная женщина». Она появлялась в шелковом плаще, скрывавшем ее величественную и весьма обширную фигуру. Хозяин говорил: «Матильда Федоровна имеет на теле своем изображения великих императоров. Она не пожалела своего тела, прожгла его огнем, чтобы навечно сохранить их изображения. Матильда Федоровна, предстаньте пред публикой».
«Всемирно знаменитая женщина» сбрасывала плащ и оставалась в более чем откровенном туалете. Балаганщик брал указку и водил ею по телу женщины с видом ученого гида и столь же «научным тоном» рассказывал: правая грудь (естественно, все же прикрытая, хотя и в глубоком декольте) была «посвящена» изображению одного императора, левая — другого, так же обе руки были заняты Бонапартом и Фридрихом Великим, а на обнаженной спине (тут был главный эффект, о котором торжественно объявлялось) был изображен «великий русский император Петр Великий на коню» . В публике начиналось страшное волнение. Все толпились у сцены и усиленно старались рассмотреть — где же конь, а где император?
В другом балагане публике предлагалось музыкальное увеселение во чреве кита. И действительно, чучело настоящего кита помещалось в балагане, а в нем сидел целый оркестр.
Балаганщики, чтобы поправить свои денежные дела, придумывали невероятные вещи. Так, один из них с целью привлечения публики и поднятия сборов развесил по городу афиши, в которых обещал продемонстрировать «главного вождя» африканского племени людоедов с острова Тумбо-Юмбо, пойманного в самом «сердце дебрей Африки — пустыне Сахаре». «Вождь» должен был начать свой номер с поедания живых голубей, а кончить — живым человеком. Народ побежал смотреть на людоеда, но ему не удавалось продемонстрировать свои способности в России, так как никто из русской публики не хотел быть съеденным. Публика страшно негодовала, но многие приходили снова и снова в надежде, что найдется «желающий». Сборы были фантастические, и дела в балагане быстро поправились.
В конце XVIII века в балаганах уже представлялись пьесы из репертуара народного театра, инсценировки рыцарских романов. В начале XIX века в балаганах тешили публику арлекинадами, насыщенными различными сценическими эффектами: полетами, провалами, чудесными превращениями. Надо сказать, что в балаганах достигали удивительных технических и пиротехнических эффектов, использовали очень сложную машинерию.
Крымская кампания и война с Турцией сделали популярными большие батальные постановки и батальные пантомимы — публику привлекала зрелищность рукопашных схваток, непрерывность взрывов, красочность пожаров, вид рушащихся зданий и обязательного торжественного апофеоза — победы над врагом.
Балаганы в России часто держали иностранцы, а выступали в них русские и иноземные актеры. Особенно славились балаганы братьев Легат, братьев Леманов, Берга. В этих балаганах показывали отменные фокусы, выступали силачи, акробаты, гимнасты, жонглеры, пели народные хоры, выступали кукольники с Петрушкой и марионетками.
В середине XIX века особенно известны были балаганы Лейферта и Малафеева.
В Петербурге в 1880 году был организован на Марсовом поле знаменитый балаган нового типа «Развлечение и польза», которым руководил А. Я. Алексеев-Яковлев. Он стремился не только развлекать, но и просвещать публику. Здесь ставились произведения Пушкина и Гоголя, Некрасова и Островского. Но ставились они с учетом требований и праздничного гуляния, и балаганных представлений. А потому были яркими, праздничными, оптимистическими. Хороший и полезный текст русских классиков Алексеев-Яковлев стремился сочетать с красивой и яркой декорацией, с быстрой сменой ритма, с романтической приподнятостью.
Значительное место в репертуаре занимали патриотические батальные спектакли (их называли «постановками»). На батальных же представлениях специализировались балаганы Василия Михайловича Малафеева на Адмиралтейской площади и Марсовом поле в Петербурге. Он происходил из купцов, был владельцем многих домов в Петербурге и имел лесное хозяйство. Человеком был патриархальным, по-своему наивным, простым, но страстно любил театр. Он стал осуществлять постановки разговорных пьес — доминировали у него «военные драмы». Пение, пляски, ружейная пальба, рукопашные бои — все это включалось в постановку. «Куликовская битва, или Князь Дмитрий Донской», «Ермак Тимофеевич, покоритель Сибири», «Минин и Пожарский», «Борьба с Шамилем» — типичный репертуар Малафеева.
В балаганах начинали свой творческий путь многие впоследствии известные артисты — в частности, А.Л. и В. Л. Дуровы.
К. Смолина
Источник: 100 великих театров мира, 2001 г.
