Баренбойм зовет на баррикады

Один день с оркестром «Западно-Восточный диван» на Зальцбургском фестивале

Что может объединить выдающегося дирижера Даниэля Баренбойма, знаменитого режиссера Патриса Шеро и одну из лучших вагнеровских певиц нашего времени Вальтрауд Майер? "Постановка очередной оперы Вагнера", - предположим мы и ошибемся. Замечательные исполнители, собравшиеся на сцене зальцбургского Моцартеума, приняли участие в многочасовом музыкальном марафоне вместе с Баренбоймом и музыкантами его оркестра "Западно-Восточный диван".

Зальцбургский фестиваль знаменит не только историей и традициями, но в первую очередь масштабом: здесь одна из самых больших сцен в мире, сюда приезжают практически все крупнейшие музыканты, тут в течение пяти недель играется до 10 концертов, опер и драматических спектаклей ежедневно. Неудивительно, что некоторые мероприятия форума достигают такого размаха, словно соревнуются с фестивалем в целом. Два года назад баритон Томас Хэмпсон вместе с приглашенными солистами исполнил 60 песен в четырехчасовом цикле "Запрещенные и изгнанные". Казалось, в формате камерного концерта трудно придумать что-либо более масштабное, но Даниэль Баренбойм доказал обратное, пригласив желающих провести день с оркестром "Западно-Восточный диван".

История проекта началась в Веймаре в 1999 году: над идеей коллектива, где бок о бок играли бы молодые музыканты из разных стран Ближнего Востока, вместе с Баренбоймом размышлял Эдвард Саид - журналист, социолог, автор нескольких работ по ближневосточному вопросу и музыкальный критик. О том, чем важна эта идея и как она реализуется, маэстро Баренбойм рассказывал во вступительном слове, которым предварял каждое из отделений грандиозного концерта: "Политики не могут договориться между собой, тогда как у нас араб и израильтянин сидят за одним пультом и взаимодействуют вполне успешно. То, что исходно они - по разные стороны баррикад, придает работе особый импульс: номинально они враги, но темперамент весьма схож у одних и у других. Мы часто спорим о политике, порой до крика доходит, но даже это более плодотворно, чем когда все сидят по домам, ничего не зная друг о друге".

Результаты работы "Западно-Восточного дивана" Баренбойм демонстрировал, как и обещал, в течение целого дня: мероприятие началось в три часа пополудни и завершилось около 11 вечера (включая два антракта и полуторачасовой перерыв). В качестве собственно оркестра музыканты выступили лишь раз, великолепно сыграв под управлением Баренбойма Концертную симфонию Моцарта с четырьмя солирующими духовыми. В остальное время на сцену выходили либо камерные ансамбли самых разных составов, либо молодые пианисты, которые аккомпанировали приглашенным певцам. Вальтрауд Майер исполнила Вагнера, не только показав коронный репертуар, но и напомнив о композиторе, чья музыка до сих пор запрещена в Израиле. Доротея Решманн, блистающая здесь в "Свадьбе Фигаро", с не меньшим блеском представила песни Шуберта. Не обошлось и без Томаса Хэмпсона, который идеально спел Штрауса и Вольфа; это стоило не только слышать, но и видеть - хотя бы потому, что ноты музыкантам заботливо переворачивал сам маэстро Баренбойм.

Баренбойм же сыграл на рояле в знаменитом "Форельном квинтете" Шуберта, завершившем долгий день. Вместе с симфонией Моцарта, которая открыла программу, музыка Шуберта образовала естественную арку. Помимо венской классики и романтических lieder программу украсили сочинения ХХ века, где оркестранты чувствовали себя ничуть не менее уверенно. И если Концерт Веберна для девяти инструментов звучал не слишком шокирующе между Вагнером и Вила-Лобосом, то пьеса Булеза Memoriale с солирующей флейтой воспринималась после Штрауса как музыка иной вселенной, и притом оказалась очень красива. Золотым гвоздем программы стала "Сказка о солдате" Стравинского с блистательным Патрисом Шеро в роли чтеца. Шеро представал то рассказчиком, то дьяволом, то незадачливым солдатом, чьи похождения иллюстрировал оркестр из семи музыкантов. И оказалось, что залог успеха проекта "Западно-Восточный диван" - не только толерантность, но еще и умение веселить и веселиться.

Илья Овчинников, Зальцбург

реклама

рекомендуем

смотрите также

Реклама