Безусловное мастерство

Московский международный Дом музыки 20 марта 2012 года представил на сцене Светлановского зала концертную программу Государственного симфонического оркестра Республики Татарстан (художественный руководитель и главный дирижер — Александр Сладковский, солистка — сопрано Альбина Шагимуратова).

Сразу оговоримся, что в большей степени это был концерт-презентация очередной программы оркестра в Москве, на котором присутствовали многие представители республиканской элиты Татарстана. Тем не менее и по нашему вокальному ведомству там было что послушать.

Альбина Шагимуратова, успешно освоившая американскую и европейскую сцену, безусловно, уделяет внимание и выступлениям в России. Но сказать, что интерес московской публики к певице такого уровня полностью удовлетворен — нельзя, точечных концертных выступлений или выходов в крайне неоднозначной премьере «режиссерской оперы» для этого явно недостаточно. Очень хотелось бы услышать полноценный сольный концерт этой певицы, с многочисленными и разноплановыми ариями, цитатами из лучших спектаклей певицы в разных странах, возможно, ансамблями с интересными партнерами-певцами…

К сожалению, в данный вечер этого не произошло, получился все же бенефис дирижера, а не певицы. Реальных оперных номеров певица исполнила всего три — зато каких!

Шагимуратова начала выступление с арии и кабалетты Амины из оперы «Сомнамбула» Винченцо Беллини. Стартовать с бельканто такого уровня сложности — сам по себе шаг, свидетельствующий об уверенности в своем профессионализме и разностороннем таланте. Медленная ария, пропетая насыщенным звуком, с подчеркнуто мягким вхождением в ноты и долгим дыханием, продемонстрировала лирическую сторону дарования певицы, а виртуозная кабалетта — колоратурное мастерство. При том, что в репертуаре певицы — Джильда и Царица Ночи, показалось, что все же в чистом виде колоратурным сопрано она не является, а ближе к лирико-колоратурному амплуа, что, собственно, подтвердили и два следующих номера.

Блестящий вальс Джульетты из оперы Шарля Гуно «Ромео и Джульетта» послужил иллюстрацией к тому, почему голос Шагимуратовой называют «бриллиантовым» — яркий, летящий звук, наполненность обертонами не в ущерб подвижности. И, что немаловажно в наш век сращивания оперы с шоу-бизнесом, исполнительнице не изменяет академическая выучка и хороший вкус. Почти танцевальная музыка номера, казалось бы, провоцирует на всякого рода заигрывания с залом, такой номер легко сделать «попсой». Но в случае Шагимуратовой этого не произошло: все осталось в пределах традиционного классического искусства — обаятельно и артистично, но в рамках стиля.

Центральным номером стала сцена и ария Виолетты из оперы «Травиата» Джузеппе Верди. Объем работы (притом что за спиной — очень немаленький оркестровый коллектив с уплотненным звуком) сам по себе большой и утомительный, однако на качестве исполнения это не отразилось. Голос певицы идеально подходит для Виолетты — не сверхлегкое и резковатое колоратурное сопрано, как нередко (и необоснованно, с точки зрения замысла автора) случается в этой партии, а вполне обеспеченное объемом и плотностью звука, мягкое, но в то же время техничное и маневренное лирико-колоратурное сопрано. Не знаем, насколько корректно судить о всей партии по практически хрестоматийному исполнению самой сложной в ней сцены, но представляется, что сегодня это именно «ее» партия. И возможно, впоследствии артистка будет даже эволюционировать от облегченно-воздушного бельканто в сторону более глубоких вердиевских партий.

Кроме того, певица исполнила с оркестром по программе песню татарского композитора Рустема Яхина «Сандугач» («Соловей») и на бис этническую песню а капелла. Искреннее, душевное и чистое звучание, не столько академичное, сколько дающее прикосновение к каким-то глубинным музыкальным корням — еще одна грань исполнительского искусства певицы. Она, без лишнего кокетства, просто показывает нам, что при необходимости может спеть все что угодно — от бельканто до современных произведений и даже этно. Ну и поскольку в зале было, как мы уже отмечали, немало представителей татарской национальности, принимались эти номера с удвоенным энтузиазмом.

Что касается самого оркестра, для московских слушателей была подготовлена внушительная программа, включающая произведения Гектора Берлиоза (первое отделение открыла увертюра «Римский карнавал», а во втором отделении исполнена «Фантастическая симфония»), а также увертюра к опере Верди «Набукко» и «Танец семи покрывал» из оперы «Саломея» Рихарда Штрауса.

Характерные для творческого почерка данного оркестра и дирижера громкость и плотность звучания, высокий градус напряжения, масштабность и профессионализм, но при этом едва уловимая кондовость и тяжеловесность проявились практически в равной мере во всех выбранных оркестром произведениях.

Что же касается роли оркестра в вокальных номерах, то тут заметно не хватало тонкости и филигранности исполнения, да и баланс с солистом при таком большом составе оркестра — вещь непростая. Всерьез смутило, как в арии Амины трактовался участок «двойного соло»: на фоне солирующего сопрано виолончель просто потерялась, хотя уж это-то ни от количественного состава оркестра, ни от акустических особенностей зала не зависело.

Да и в общем, романтическая музыка, составлявшая основу концерта — это отнюдь не только парадное громыхание оркестра, она предполагает куда как более разнообразную звуковую палитру…

Но в целом, если посмотреть на вопрос с другой стороны, мы многие годы находились в ситуации, когда музыкальная жизнь концентрировалась вокруг Москвы и Петербурга. То, что сейчас активно развивающийся коллектив из Казани претендует на место среди ведущих оркестров страны — безусловно, вещь очень позитивная. И сотрудничество с оперной солисткой мирового ранга поможет решению этой амбициозной задачи.