Звёзды оперы: Карло Дзардо

20.02.2014 в 13:14

Карло Дзардо

В школе природы

"В детстве я часами пропадал в полях, зачарованный заходами солнца и тысячами секретов земли" – "Я сам научился рисовать, лепить и работать с деревом" – "Во сне какой-то неведомый человек внушил мне, что я должен учиться пению" – Рабочий и носильщик в Турине, актёр в Милане, хорист и солист в "Ла Скала"

– Я родился крестьянином, – охотно сообщает Карло Дзардо, – и остаюсь крестьянином. Невозможно изменить собственную природу, и я не хотел бы делать этого ни в коем случае. Я решил стать певцом вовсе не из желания изменить свою жизнь, а для того, чтобы реализовать художественные устремления, родившиеся во мне от общения с природой на полях, когда косил траву, подрезал виноградную лозу, пахал, сеял пшеницу, любовался цветущей вишней. Мне пришлось уехать в большие города с целью освоить технические приёмы искусства и передать людям этот мир красоты. Я начал с живописи и скульптуры, а теперь продолжаю пением, по мере своих способностей.

Высокий, крепкого сложения, отзывчивый и приветливый, Дзардо постоянно всех одаряет улыбкой. Никто никогда не помнит его грустным или хмурым.

Как об одарённом певце о Карло заговорили в 1973 году, когда он вышел победителем в оперном конкурсе и выступил в "Пуританах" в театре "Нуово". Но его настоящее признание произошло в 1976 году, когда он исполнил несколько ведущих партий в "Ла Скала" и на веронской "Арене".

Критики с восторгом отзывались о его голосе, называя певца открытием. Его бас, могучий, горячий, гибкий, напоминает голоса корифеев прошлого.

– Моя мечта петь и зарабатывать пением лишь столько, сколько необходимо, чтобы обеспечить семью. Я никогда не думал о триумфах, о шумном успехе, о телевидении. Я наделся найти своё место в скромных театрах. Однако со временем я пел во всех крупнейших итальянских театрах, включая "Ла Скала", "Арену" в Вероне и "Реджо" в Турине. Кроме «Нормы», «Луизы Миллер», «Аиды» я выступал в опере «Аттила» Верди, где главный герой – бас. Я пел и за рубежом – в Москве, Венгрии, Польше, Венесуэле. Ездил с "Ла Скала" в гастрольную поездку по Америке.

– Ты родился в Казони дель Граппа, маленьком селе, вдали от города. Как же ты научился петь?

– Это долгая история. Все мои друзья видят, что я счастливый человек, потому что всегда улыбаюсь. Это верно: я всегда улыбался, но под улыбкой нередко скрывал столько огорчений, страдания и унижения. Я всем пожертвовал ради пения, никогда не позволял себе отдыха, каникул, развлечений. Я непрерывно работал и учился, чтобы достичь своего положения. И, поверь мне, это было ой как нелегко.

Когда решил стать певцом, будучи бедным крестьянином, я не мог даже думать о консерватории. У моего отца есть клочок земли, и он всегда помогал ему прокормить семью. У нас не было сельскохозяйственной фабрики или промышленной усадьбы, а всего только несколько клочков земли, которые мы обрабатывали традиционным способом: коровы и быки тянули плуги и телеги, а косили мы вручную, вставая в три утра, кукурузу тоже сажали зёрнышко за зёрнышком. Дни были очень трудными.

Нас в семье восемь братьев, и я оказался седьмым. Мы начинали работать в поле в пять, шесть лет, когда уже могли делать хоть что-нибудь. Зимой поднимались в пять утра, летом в три, четыре. И учась в школе, я вставал очень рано и до начала уроков помогал отцу и братьям в хлеву или на полях. Когда же приходил в класс, то уже успел полдня потрудиться. Крестьянский труд не был мне в тягость, даже нравился. У нас была спокойная, очень дружная семья. Мой отец любил землю. Иногда по вечерам после работы он долго сидел, прислонясь к дереву, и смотрел на закат и на перемещавшиеся тени. Мой отец был немногословным, но наблюдая за его восторженным взглядом, я научился любить многие вещи.

В семье у нас и в помине не было никаких художественных традиций. Мои предки все оставались крестьянами. У отца был очень красивый баритон. Я слышал иногда, как он поёт в поле, и мне нравилось его пение. Говорят, что у мамы тоже был изумительный голос. В юности она пела в церковном хоре, но потом, когда вышла замуж, перестала петь, и я никогда не слышал её.

Первое желание прикоснуться к искусству возникло у меня, когда я ещё учился в начальной школе. Читая книги и слушая рассказы учителей, я начал открывать чарующий мир живописи и скульптуры. Сначала я попробовал рисовать, пытаясь передать на бумаге удивительные вещи, которые отец научил меня любить: закаты, пейзажи цветущие деревья, сельских старцев.

Возле нашего дома жил один кустарь, владелец маленькой лавки: я часто бывал у него, и он научил меня рисовать, лепить, работать по дереву. Всё свободное время я отдавал этому, и мои руки научились делать всё от тележного колеса для телеги до ярма для быков, от картин до скульптур.

Я открыл и красоту музыки, и мне понравилось петь. Я посещал приходскую "Скола канторум" и слушал оперы по радио. В четырнадцать лет мне приснился сон: передо мной предстал какой-то странный человек, я так и не понял, кто это был, и внушил мне, что я должен покинуть село, отправиться учиться в город, и тогда я стану знаменитым артистом. Этот сон произвёл на меня очень сильное впечатление, и я никогда не забывал его. С тех пор я только и делал, что следовал всему, что велел этот человек, и сейчас мне кажется, сон осуществляется.

В шестнадцать лет я оставил родное село и переехал в Турин. В этом городе жил мой брат, и он приютил меня. Брат не был богатым, поэтому мне нужно было работать, чтобы содержать себя.

Я испробовал всё: был рабочим, носильщиком, делал всякую работу с почасовой оплатой, был художником, скульптором. Я всегда был готов трудиться, чтобы заработать что-нибудь, и никогда не выбирал, что именно мне предлагают. Я начал также заниматься пением.

Моим первым учителем был Отелло Бизелли, бывший оперный певец, окончивший пармскую консерваторию, который очень помог мне. Он поставил мой голос и подготовил к первым концертам. Он рекомендовал меня в РАИ в Турине, и меня иногда стали приглашать петь в хоре. Я был необыкновенно счастлив и горд, когда такое случалось.

Спустя некоторое время, я заметил, однако, что Турин не подходящий для меня город. Главным центром художественной жизни в Италии был Милан, и если я хотел сделать карьеру, следовало ехать туда. Я узнал, что в театре "Ла Скала" объявлен конкурс на замещение вакансий хористов и записался участвовать в нём. И вопреки всяким предсказаниям победил. Но не знал, соглашаться ли.

Поступить в хор "Ла Скала" означало получить стабильную зарплату, надёжную работу со всеми привилегиями на медицинскую помощь и оплаченный отпуск. Я мог бы создать семью и жить спокойно. Но это означало бы и конец моим мечтам. Работа в хоре целиком поглотила бы меня, и у меня не оказалось больше ни времени, ни желания продолжать занятия пением.

С другой стороны это был необыкновенный случай, отказаться от которого было слишком глупо. Как крестьянин я привык прочно стоять на земле, и потому согласился.

Хор театра "Ла Скала" стал для меня большой школой. Я пел, затерявшись среди хористов, но при этом внимательно изучал великих артистов, выступавших на знаменитой сцене. Наблюдал, как они двигаются, слушал, о чём говорят, следил, как готовятся к спектаклю. Если кто-то нравился мне, и я понимал, что этот человек может дать полезный совет, то обращался к нему.

В "Ла Скала" я понял, что совершенно недостаточно иметь красивый голос, чтобы сделать карьеру. Требуются тысячи других компонентов, каких у меня не было. Современный певец должен уметь говорить, обязан быть образованным, культурным, способным двигаться, играть на сцене, обладать гибкой и стройной фигурой.

Я же остался кряжистым крестьянином, и мне недоставало образования, я ведь не учился даже в консерватории. Чтобы осуществить свою мечту, мне нужно было заполнить все подобные пробелы.

Я записался в школу танца и в школу фехтования, чтобы сделать собственное тело более гибким. Я пошёл на уроки актёрского мастерства. Поступил в консерваторию с целью изучить историю музыки, гармонию, освоить рояль и музыкальную литературу. Я ночи проводил над книгами. Я женился, и моя жена Анна очень помогала мне.

Когда я уставал, и мои глаза уже ничего не видели, она брала у меня книгу и читала вслух, я слушал, и мы вместе обсуждали прочитанное. В школе актёрского мастерства я учился успешно. Преподаватель говорил, что у меня есть способности и я могу стать артистом. Он устроил мне дебют в театре "Уомо" в Милане, где я сыграл роль режиссёра в «Маленьком городе» Торнтона Вильдера.

После десяти лет занятий мне казалось, я хорошо подготовлен, и я решил испытать свою судьбу. Прежде чем уволиться из театра, я посоветовался с людьми, которых знал. Маэстро Кампогаллиани я сказал: "У меня семья. Это может оказаться моей погибелью – то, что я задумал. А что вы об этом думаете?"

"Иди спокойно, – посоветовал маэстро. – Ты хорошо подготовлен, заслуживаешь успеха, и он придёт к тебе". Я рискнул нащупать почву в других театрах. Начал с "Реджо" в Турине. Маэстро Шелли, послушав меня, предложил контракт на две оперы. То же предложение я получил и в Болонье. Во всех театрах я находил заинтересованный приём. Тогда я попросил отпуск на полгода из хора "Ла Скала". Вот так началась моя карьера певца.

Перевод с итальянского Ирины Константиновой

Отрывок из книги Ренцо Аллегри «Звезды мировой оперной сцены рассказывают» любезно предоставлен нам её переводчицей

Тип

интервью

Раздел

опера

просмотры: 3489

реклама

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама

Тип

интервью

Раздел

опера

просмотры: 3489