Диплом для Венгерова

Максим Венгеров

Концерт 19 июня в Доме музыке, которым закрывает концертный сезон Симфонический оркестр Москвы «Русская филармония», станет одновременно публичным экзаменом главного его участника Максима Венгерова — выпускника кафедры оперно-симфонического дирижирования ГМПИ им. Ипполитова-Иванова. О том, почему всемирно известный музыкант решил получить дирижерское образование в России, рассказывает ректор Государственного музыкально-педагогического института им. М.М. Ипполитова-Иванова, заслуженный деятель искусств РФ, профессор Валерий Иосифович Ворона.

— Валерий Иосифович, как давно Вы знакомы с Максимом Венгеровым, и почему в качестве своей alma mater он выбрал Ипполитовку?

— Я с Максимом знаком уже 16 лет. В 1997 году мы с Мстиславом Ростроповичем учредили международную премию «Слава/Gloria», присуждаемую лучшим музыкантам мира. Максим был одним из первых обладателей этой премии в 1998 г., и с тех пор у нас завязалась дружба. Но наш институт он выбрал, думаю, совсем не по этому признаку. Музыканту такого ранга открыты двери любого учебного заведения в любой стране. Максим Венгеров представляет сегодня мировую музыкальную элиту, он тесно связан с крупнейшими исполнителями и дирижерами современности, поэтому выбирать ему приходилось не учебное заведение, как таковое, а скорее всего, личность опытного наставника, у которого можно получить фундаментальные основы дирижерской техники. Он поступил к нам в институт в класс Народного артиста СССР, профессора Юрия Симонова, выдающегося дирижера, музыканта и педагога, судьба которого тесно связана и с Большим театром, и с Московской консерваторией, и с ведущими симфоническими коллективами мира. И сейчас, как всем известно, Юрий Иванович возглавляет Государственный Академический симфонический оркестр Московской филармонии.

Максим начал дирижировать еще до поступления в институт и сразу стал получать предложения от лучших оркестров. Этим путем идут многие известные солисты, которые испытывают потребность в расширении своего творческого диапазона (я и сам этим грешен). С точки зрения мануальной техники они, как правило, не претендуют на какие-то высшие образцы, но оркестр их понимает, и иногда это бывают великолепные интерпретации — история знает немало таких примеров. Да и сам пример Максима тому подтверждение — эта сторона его дарования вызывала большой интерес аудитории, и он уже был востребован как дирижер. В этом смысле его решение начать учиться о многом говорит и не может не вызывать уважения. Будучи по своей сути «МАКСИМалистом», со сложившейся психологией лидера, он, видимо, не смог себе позволить даже намека на вторичность в любых своих проявлениях. Отсюда налицо его стремление вывести эту сторону своей карьеры на высший уровень профессионализма и с самого начала заявить о себе, как о дирижере самого высокого калибра. Поэтому наша дружба в его выборе роли не играла. Скорее он, будучи мировой звездой, оказал нам честь своим выбором. Здесь мы просто обеспечили его законное право учиться.

— Как проходило обучение, Венгеров посещал занятия, сдавал сессии?

— Понятно, что гастрольный график не позволял ему стационарно присутствовать в институте, и нарушать этот график, было бы, мягко говоря, не продуктивно. Деятельность музыканта такого масштаба обогащает мировую культуру, и этому надо только способствовать. Формальный подход в этой ситуации неуместен. Он, разумеется, обучался по индивидуальному учебному плану, но я вам скажу, что он настолько ответственно к этому отнесся и с таким огромным интересом, что встречался с Юрием Симоновым не только в институте, но и везде в мире, где можно встретиться и где пересекались их гастрольные маршруты. То есть, количество необходимых учебных часов он все равно выполнил, и даже с лихвой. За 5 лет обучения он освоил колоссальный репертуар — и оперный, и симфонический, в десятки раз превышающий любые учебные планы, и имел огромное количество концертов по всему миру. Сейчас мировая критика уже констатирует, что в дирижировании Максим, так же, как в исполнительстве, показывает выдающиеся результаты.

— Маэстро Симонов был его единственным педагогом?

— Если говорить о том, кто его учил, то да. Но, как вы понимаете, большой талант предполагает в себе способность учиться у всех и впитывать всё лучшее. Всем известно, что Максим долгое время сотрудничал и продолжает сотрудничать с великолепным пианистом и дирижером Даниэлем Баренбоймом и, уверен, что многое от него почерпнул, да и не только от него. Но профессиональную дирижерскую оснастку, дирижерскую школу он, конечно же, получил у Юрия Ивановича Симонова — его единственного официального педагога.

— А другие предметы ему нужно было сдавать?

— Освобождений от сдачи экзаменов по каким-либо предметам не бывает, если только они не были зачтены в другом учебном заведении нашего профиля. Музыкально-теоретические — сольфеджио, гармонию — он давно как скрипач прекрасно освоил.

Венгеров полностью выполнил учебный план и сдал все положенные экзамены. В качестве научной работы он представил госкомиссии очень интересный реферат на тему, которая еще никем не исследована: об особенностях одновременного дирижирования и сольного исполнения. Ведь Максим блестяще это делает на своих концертах, дирижирует, играя на скрипке.

— Он учился на платной основе?

— Нет, хотя это был более простой и доступный путь, но мы специально запрашивали в Министерстве бюджетное место, которое иногда выделяют иностранцам. В 1989 году, как все знают, Максим 15-летним юношей выехал вместе со своим педагогом Захаром Броном из Новосибирска в Любек. Германия сама пошла навстречу и предоставила им место жительства. Сейчас Максим Венгеров — это человек мира, он живет не только в Германии, но и во Франции, и в Израиле, и в Швейцарии.

— А когда Вы выдадите Венгерову диплом?

— Мы хотим сделать так, чтобы это стало неординарным событием, достойным его имени. Мы договорились с оркестром «Русская филармония» о совместном концерте. У них это будет закрытие сезона, у нас публичный дипломный экзамен Максима Венгерова в Доме музыки 19 июня. Может быть, там и вручим ему диплом. Мы с Максимом сейчас встречались в Японии и обсуждали детали мероприятия. У него там собственный ежегодный фестиваль, а мы ездили с Московским молодежным камерным оркестром в Японию на Фестиваль российской культуры.

— Не могли бы Вы сказать несколько слов о своем оркестре?

— Молодежный оркестр возник по инициативе студентов нашего ВУЗа и стипендиатов Фонда «Русское исполнительское искусство». Он состоит из студентов ведущих вузов Москвы, но костяк наш, ипполитовский. Оркестру уже 10 лет, он работает на общественных началах. С самого начала новый коллектив поддержал В. Спиваков, пригласив на свой фестиваль «Созвездие юных». Оркестр уже стал заметной концертной единицей, приобрел широкую известность в стране и за рубежом. С нами с удовольствием играют звезды первой величины и крупнейшие дирижеры, среди них В. Третьяков, Ю. Башмет, С. Сондецкис, В. Понькин, Б. Анжерер, Н. Петров, М. Максакова, В. Афанасьев, Б. Фрумкин, С. Кравченко, Санни Ли, Д. Шварцберг, Б. Маккензи, П. Вальери и многие другие. М. Венгеров с нами тоже выступал и как дирижер, и как скрипач.

— Какие-то связи с Ипполитовским институтом, помимо учебных, у Максима возникли?

— Он много делает для института для его популяризации в мире, часто материально помогает талантливым студентам и нашему Международному конкурсу им. Ипполитова-Иванова. Благодаря ему, у нас установились очень плотные контакты с Академией высшего исполнительского мастерства имени Менухина в Швейцарии, которую Венгеров возглавляет как художественный руководитель. Лучшие студенты Академии получили возможность учиться у нас в институте и в аспирантуре, а наши профессора обмениваться опытом с их коллегами в Швейцарии, давать на взаимной основе мастер-классы и т.д. Сам Венгеров у нас неоднократно проводил мастер-классы. И давал в институте концерты, чтобы наши студенты могли его услышать.

— Играл концерты в институте бесплатно?

— Конечно. Максим человек щедрой души и большого общественного темперамента. Я догадываюсь, что стоит за вашим вопросом и, надо сказать, не первый раз его слышу. Максим Венгеров действительно дорогой артист. Но цена его устанавливается не им самим. Любой артист связан со своими продюсерами определенными обязательствами, цена их гонораров в музыкальном мире определена соответственно существующей рыночной конъюнктуре, и никакой продюсер ее снижать не будет. Думаю, не надо объяснять, что если мы хотим слушать большого музыканта, то за это надо платить. Но когда он играет бесплатно, то этого почему-то не замечают. Между тем, любой коммерческий визит Венгерова в Россию, как правило, сопровождается бесплатными, причем, афишными концертами и мастер-классами для студентов — и в Московской консерватории, и в ЦМШ, и в Школе Г. Вишневской. Так будет и на концерте в Доме музыки 19-го июня.

В институте он всегда играет бесплатно, дает мастер-классы и помогает студентам, когда им надо поехать на международные конкурсы. Год назад М. Венгеров и наш Фонд «Русское исполнительское искусство», который я возглавляю, стали инициаторами крупной общественной инициативы — учреждения международной премии в области музыкальной педагогики имени Иполитова-Иванова. Презентация ее с большим успехом прошла в БЗК в 2013 году. Эта благотворительная акция получила широкий резонанс во всем мире и принимает уже по существу формат общественного движения в защиту музыкальной педагогики. М. Венгеров безвозмездно принимал участие в церемонии и как скрипач и как дирижер, и привлек к мероприятию внимание крупнейших музыкантов мира.

— Почему музыкальную педагогику надо защищать?

— Потому что она сама по себе, без поддержки общества и государства не выживает. А без музыкальной педагогики не может быть музыкальной культуры в целом, так же, как без великого исполнителя не может быть и великого композитора. Искусство музыканта очень уязвимо. Оно нематериально, эксклюзивно, единично и передается из уст в уста. Для его развития каждое поколение должно привнести что-то свое и вложиться в будущее. Именно благодаря такой, системной государственной политике на протяжении более 150 лет, со времен создания Петербургской и Московской консерваторий, у нас создана ведущая в мире исполнительская школа, которая стала целой эпохой в мировой культуре, символом величия России, одним из важнейших ее конкурентных преимуществ.

Россия, можно сказать, стала крупнейшим очагом по воспитанию талантов общемирового значения. Наша школа работает на весь мир — это огромный культурный, социальный экономический, и политический ресурс, который мы разучились использовать во благо России. Поэтому на нашем веку мы наблюдаем падение престижа профессии, и кривая развития пошла вниз. Мы надеемся, что наша премия поможет обратить внимание мирового сообщества на Россию как на особый, своеобразный заповедник, очень важный для развития мировой музыкальной культуры. И этот заповедник надо охранять всем миром!

— А сам Венгеров, по-вашему, станет когда-нибудь выдающимся педагогом?

— Открою Вам секрет: он таковым уже давно является. Просто о его мощной концертной, общественной и педагогической деятельности у нас почти ничего не пишут. Сейчас он почетный профессор многих академий и университетов! Он преподает в Академии Менухина, несколько раз в году приезжает туда и очень активно работает. В прошлом году в Центре оперного пения Галины Вишневской мастер-класс Венгерова записали и показали по телевидению. Это было очень интересно! Каждое его слово — большая ценность, а уж когда Венгеров на скрипке показывает — тут и слов не надо, он сыграл одну фразу — и это уже эталон. Он постоянно дает мастер-классы в разных странах, собирающие тысячи людей. Попасть к нему на мастер-класс или получить консультацию — заветная мечта всех молодых музыкантов. Максим глубокий, мыслящий человек, он много думает о проблемах музыкальной культуры в целом, о ее перспективах и болевых точках. В частности, он озабочен проблемами «пиратства», Ютуба, тиражированием непрофессиональных записей, публикаций и т.п., которые дискредитируют исполнителей.

— Тем более удивительно, что такой серьезный музыкант и зрелый человек, не посчитал для себя зазорным в 35 лет пойти учиться…

— Это правда. Этим летом Максиму исполнится 40 лет. Он уже много успел сделать для развития скрипичного искусства и музыкальной культуры. Это прекрасный, сильный, жизнелюбивый человек и выдающаяся личность, с огромной фантазией, музыкальной изобретательностью и обостренным чувством нового. Он обладатель двух Grammy и четырех Gramophone Award, является Послом доброй воли ЮНИСЕФ. Я думаю, что ближайшие лет 20-30 будет его эпоха как одного из лидеров мировой музыкальной культуры.

— Не могу не задать такой вопрос. Все знают, что у Венгерова была травма руки. Может быть, всё-таки это побудило его поменять специальность?

— Вы знаете, если бы только это, то он не вернулся бы к скрипке. И как мы видим, специальность он не поменял. Я думаю, что дирижирование было в его планах в любом случае, поскольку он к своим 35 годам освоил практически весь скрипичный репертуар. Может быть, кого-нибудь такая болезнь могла вывести из равновесия, но только не Максима — он использовал вынужденную паузу себе во благо и полностью сконцентрировался на дирижировании. Но он потом нашел врачей, сделал операцию и вернулся к скрипке — но уже на другом уровне.

— И этому способствует дирижирование?

— Разумеется! Когда вникаешь в необъятные широты и глубины симфонических партитур и оркестрового репертуара, то с этой новой высоты по-иному видишь особенности сольного исполнительства. Вернувшись к скрипке, Максим стал играть намного глубже, мудрее и с таким же феноменальным инструментальным качеством и лоском. Я бы сказал, что он погрузился в совершенно иные пласты, как музыкант-исполнитель и как дирижер. Недавно он сам признался, что именно сейчас, после пяти лет обучения в классе Юрия Симонова, он по-настоящему начинает себя чувствовать дирижером.

— Расскажите, пожалуйста, какая программа прозвучит 19 июня в Доме музыки?

— В первом отделении прозвучит Концерт для скрипки с оркестром № 5, Рондо Идаманты из оперы «Идоменей» Моцарта и ария Леоноры из оперы Доницетти «Фаворитка», солистка Мария Максакова, солист и дирижер Максим Венгеров. Во втором — знаменитая симфоническая сюита Римского-Корсакова «Шехеразада», где наравне с дирижированием Максим сыграет виртуозные скрипичные соло. Впервые такое исполнение «Шехеразады» продемонстрировал легендарный Эжен Изаи, и после него сто лет никто не мог повторить это достижение. В общем, по всем признакам, нас ждет событийный концерт.

Беседовала Алла Алешина

реклама

вам может быть интересно

Дом музыки открыл сезон Классическая музыка

Ссылки по теме