«Музыка — душа моя»

Посвящение 215-летию Глинки и 220-летию Пушкина

Игорь Корябин, 19.03.2019 в 19:06

Свои авторские проекты в Камерном зале Московского международного Дома музыки солистка Большого театра России Александра Дурсенева организует уже не впервые, всегда выступая в них сама и каждый раз приглашая своих друзей – коллег по сцене. За последние годы в этом зале по инициативе певицы прошли монографические вечера, посвященные музыке Римского-Корсакова, Чайковского, Мусоргского, Сен-Санса и Чилеа, а в этом году состоялось масштабное, хотя и в камерном формате, приношение Михаилу Ивановичу Глинке (1804–1857), приуроченное к 215-летию со дня его рождения.

В интереснейшей тематической программе концерта, состоявшегося 25 февраля, был сделан акцент и на другой памятной годовщине – 220-летии со дня рождения Александра Сергеевича Пушкина (1799–1837), имя которого – «святое» для всех нас – с творчеством выдающегося русского композитора-классика связано поистине неразрывно. Обе эти даты будут отмечаться в июне, и программа вечера стала впечатляющим об этом напоминанием. В ее живом и метком названии – слова Глинки, сказанные им когда-то ребенком в порыве тех необъяснимых еще для него чувств, что рождала в нём музыка, которую он слышал. Они и стали квинтэссенцией его собственного композиторского творчества, в котором нашлось место и опере, и симфоническому жанру, и вокальной миниатюре (романсу).

В числе творческих приоритетов Александры Дурсеневой, обладательницы фактурно-глубокого, чувственного меццо-сопрано, музыка Глинки была всегда. В 1993 году, став лауреатом Международного конкурса вокалистов имени Глинки, певица получила приз за лучшее исполнение его произведения. В 1994 году она стала солисткой Большого театра России, спев на его сцене в обеих операх Глинки в партиях персонажей-травести: в «Жизни за царя» артистка была незабываемым Ваней, а в «Руслане и Людмиле» – колоритно-ярким, экспрессивным Ратмиром. «Сила артиста – в перевоплощении», – и свое творческое кредо певица с успехом претворяет сегодня в жизнь на камерной сцене. Так что на обсуждаемом вечере Глинки звучали и арии из его опер, и романсы, и инструментальные опусы.

Для участия в концерте-приношении, программа которого и на сей раз была составлена и «срежиссирована» певицей, она пригласила секстет музыкантов Оркестра Большого театра России в составе Кирилла Филатова (скрипка), Романа Денисова (скрипка), Дмитрия Безинского (альт), Вячеслава Чухнова (виолончель), Кирилла Носенко (контрабас) и Марии Черниковой (фортепиано), а также солистов этого театра – сопрано Дарью Зыкову, тенора Всеволода Гривнова и баса Вячеслава Почапского. Информативный видеоряд, который сопровождал выступления участников, подготовила Жанна Яковлева, а ведущим вечера (неизменным ведущим всех проектов певицы) стал Александр Водопьянов.

Программу первого отделения концерта открыл инструментальный секстет: прозвучал «Краковяк» из «Жизни за царя», а тему этой оперы продолжили ария Вани, музыкально сочно и страстно исполненная Александрой Дурсеневой, и ария Сусанина, мастерски проведенная Вячеславом Почапским на мощной и чувственной героической кантилене. Эта ария в исполнении одного из корифеев Большого театра стала данью памяти его гораздо более молодому коллеге. Бас Большого театра России Максим Игоревич Михайлов (1962–2018), безвременно ушедший из жизни в ноябре прошлого года, был внуком Максима Дормидонтовича Михайлова, выдающегося баса, солиста Большого театра СССР с 1932-го по 1956 год. Иван Сусанин считался одной из коронных ролей Максима Дормидонтовича, а великолепным интерпретатором этой партии в Большом театре России впоследствии стал и его внук, блестяще продолживший певческую традицию своего деда.

Пронзительно скорбным музыкальным реквиемом Максиму Игоревичу Михайлову на этом концерте стал реквием-трио из финала «Жизни за царя», который в едином духовном содружестве провели Александра Дурсенева, Дарья Зыкова и Всеволод Гривнов. В первом отделении Вячеслав Почапский и Всеволод Гривнов также исполнили романсы на слова Нестора Кукольника: первый – «Сомнение» («Уймитесь, волнения страсти!»), второй – «Болеро» («О дева чудная моя», № 3) и романс «Жаворонок» (№ 10) из вокального цикла «Прощание с Петербургом». Пять психологически разноплановых романсов в финале первого отделения представила Александра Дурсенева. Из «Прощания с Петербургом» на слова Кукольника в их числе – еще два романса: «Баркарола» («Уснули голубые», № 8) и «К Молли» («Не требуй песен от певца», № 11). Последними тремя стали «Скажи, зачем явилась ты…» на слова Сергея Голицына, «Как сладко с тобою мне быть» на слова Петра Рындина и задорная мазурка «К ней» на слова Сергея Голицына (из Адама Мицкевича).

Второе отделение вечера открыл фортепианный «Ноктюрн» Глинки, восхитительно-прелестно исполненный Любовью Дурсеневой (дочерью певицы). Затем театр вокальных миниатюр Глинки продолжился на волне поэзии Пушкина. В связи с этим весьма уместно обратиться к словам известного русского критика Владимира Стасова: «Глинка в русской музыке имеет такое же значение, как Пушкин в русской поэзии. Оба – родоначальники нового русского творчества, оба глубоко национальные, оба создали новый русский язык – в поэзии и музыке». И как музыкально-страстный разбег на пушкинской дистанции два романса («В крови горит огонь желаний» и «Я помню чудное мгновенье») прозвучали в исполнении Всеволода Гривнова, а два – «Я здесь, Инезилья» и «Признание» («Я вас люблю, хоть я бешусь») – в исполнении Александры Дурсеневой.

Так мы и добрались до оперы Глинки «Руслан и Людмила», основой либретто которой, как известно, послужила одноименная поэма Пушкина, и в центральном разделе второго «акта» программы в переложении для инструментального секстета услышали «Марш Черномора», а затем – сцену Наины и Фарлафа, знаменитое рондо Фарлафа, выходную каватину Людмилы и большую «концертную» арию Ратмира («И жар, и зной»). В оперной мини-сюите Александра Дурсенева предстала Наиной и Ратмиром, Вячеслав Почапский – Фарлафом, а Дарья Зыкова – Людмилой. И эта яркая подборка не только с новой силой напомнила о красотах «русского бельканто», но и о том, что в последней постановке этой оперы в Большом театре (2011) – в той сáмой чудовищной «вампуке», которой в театре, слава богу, давно уже нет – партия Ратмира, порученная андрогинному звучанию современных контратеноров и напрочь выпавшая из стиля музыки Глинки, была, что называется, просто убита на корню!

При всём уважении к контратенорам как к певческому классу в репертуаре барокко, эта опера Глинки – вовсе не их вокальный огород! Полноценного звучания в ней меццо-сопрано en travesti (а тем более – с густым контральтовым отливом!) – того, чем так подкупает в этой партии Александра Дурсенева – в тембрах сегодняшних контратеноров попросту нет… А между тем, пушкинская дистанция концерта подошла к финишу, и финальную точку в его программе поставила пара романсов Глинки, с Пушкиным не связанных. В двухголосном варианте прозвучала элегия «Разуверение» («Не искушай меня без нужды») на слова Евгения Баратынского, а затем – обработка народной песни «Коса» («Я пойду, пойду косить на зеленый луг») на слова Александра Корсака. В первом случае Александре Дурсеневой вторым голосом помогал тенор Всеволод Гривнов, а во втором – пианистка Любовь Дурсенева, составившая с певицей эмоционально яркий семейный дуэт!

Фото Александры Дурсеневой – с официального сайта певицы

Тип

рецензии

Раздел

опера

Театры и фестивали

Московский международный Дом музыки

просмотры: 819

реклама

вам может быть интересно

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама

Тип

рецензии

Раздел

опера

Театры и фестивали

Московский международный Дом музыки

просмотры: 819