• Политический театр Пискатора
Пискатор, Эрвин (нем. Erwin Piscator; 17 декабря 1893, Грайфенштайн (Гессен) — 30 марта 1966, Штарнберг) — немецкий режиссёр.
В 1914 был практикантом в Мюнхенском придворном театре. Слушал лекции в университете по истории искусств, философии и германистике. В 1919 вступил в Коммунистическую партию Германии. В 1919 открыл в Кёнигсберге театр «Трибунал», где ставил пьесы А. Стриндберга, Ф. Ведекинда, К. Штернхейма. В 1920–21 вместе с молодыми актёрами и любителями из рабочих организовал в Берлине «Пролетарский театр». Совместно с участниками труппы написал и поставил пьесу «День России», призывавшую к активной поддержке Советской России. Представления давались в залах рабочих собраний полулегально.
В 1923–24 (совместно с драматургом Г. И. Рефишем) руководил Центральным театром, где поставил «Мещане» (1923); «Настанет время» Роллана (1923), «Власть тьмы» (1924). По заданию Коммунистической партии Германии написал и поставил политические обозрения «Ревю Ротер Руммель» (1924) и «Несмотря ни на что» (1925). В 1924–1927 — режиссёр театра «Фольксбюне» (Берлин).
В своих творческих исканиях Пискатор опирался на революционное крыло зрительской организации «Фольксбюне». Здесь он поставил «На дне» (1927) и пьесы прогрессивных немецких драматургов: «Парус над горизонтом» Леонхардта (1925), «Кто плачет о Юкенаке» Рефиша (1925), «Буря над Готландом» Белька (1927; в этот спектакль были вмонтированы кинокадры из истории борьбы пролетариата в разных странах). Стремясь дать современное сценическое истолкование классики, Пискатор поставил в 1926 в «Штатстеатре» спектакль «Разбойники» в современных костюмах, с изменениями в тексте.
В 1927 Пискатор открыл в Берлине свой первый театр — Театр Пискатора. Здесь (в помещении «Лессинг-театра») он ставил антиимпериалистические и антивоенные пьесы: «Распутин» (1927, по мотивам пьесы А. Н. Толстого «Заговор императрицы»), «Гоп-ля, мы живём!» Толлера (1927), «Швейк» (1928, по роману Гашека). Из-за преследования властей и отдалённости от рабочих районов Пискатор в 1928 закрыл театр. В 1929 театр под руководством Пискатора открылся вторично в этом же помещении. Была поставлена пьеса прогрессивного немецкого драматурга В. Меринга «Берлинский купец» (1929). В третий раз Пискатор открыл театр в 1930 в рабочем районе Берлина (в помещении «Вальнертеатр»), который работал до 1932. Здесь были поставлены «Тай-Янг пробуждается» Вольфа (1931), «Луна слева» Билль-Белоцерковского (1930), «Инга» Глебова (1931). При театре существовала студия.
В 30-е гг. Пискатор был членом исполнительного комитета Интернационального рабочего театрального союза. В 1929 написал книгу «Политический театр», в которой рассказал о своей деятельности в области политического революционного театра. Книга переводилась на многие языки (в т. ч. на украинский и русский) и заслужила высокую оценку советской критики.
Режиссёрская деятельность Пискатора имела большое значение для развития революционного театра и антифашистской драматургии в 20-30-х гг. 20 в. Под его руководствлм начали свой творческий путь многие деятели театральных агитпропколлективов — «Юнге фольксбюне», «Театра молодых актёров». Пискатор сотрудничал с драматургами Б. Брехтом, Ф. Вольфом, Э. Толлером и др.
Одним из первых в Германии выдвинул и осуществил идею политического театра — театра революционного, призванного стать орудием в политической борьбе пролетариата. Стремление охватить в спектакле широкий круг социально-исторических явлений, показать размах рабочего движения, активизировать мысль зрителя определили новые режиссёрские приёмы. Пискатор вводил в спектакль проекции статистических таблиц, лозунгов, фотомонтаж, кинохронику, развёртывал действие одновременно на нескольких площадках, используя новые сценические конструкции — движущиеся дорожки, сегментную сцену и т. д. Он организовывал дискуссии по социальным проблемам в зрительном зале, включая их в ткань спектакля.
После установления гитлеровской диктатуры Пискатор эмигрировал из Германии. До 1935 жил в СССР, затем в США, участвовал в работе прогрессивных рабочих и студенческих театров. В 1947 возвратился в Германию, ставил спектакли в Мангеймском театре — «Разбойники» (1947); «Обыватель и поджигатели» Фриша (1959) и в ряде др. театров Западной Германии. В Мюнхенском театре «Каммершпиле» поставил инсценировку «Беседы беженцев» Брехта (1962), в «Шиллер-театре» (Зап. Берлин) — инсценировку романа «Война и мир» Толстого (1952). С 1962 Пискатор — художественный руководитель театра «Фрейе фольксбюне» (Зап. Берлин).
Сочинения: Das politische Theater, В., 1929.
Литература: Гвоздев А. А., Театр послевоенной Германии, Л.-М., 1933; Лацис А., Революционный театр Германии, М., 1935; Jhering Н., Yon Reinhardt bis Brecht, В., 1962; Кupke P., Piscator und sein politisches Theater, «Theater der Zeit», В., 1957, Studien № 5, Beilage zu Heft 11, Nov., S. 9 — 28.
И. Н.
Источник: Театральная энциклопедия, 1961—1967 гг.
Эрвин Пискатор — один из крупнейших немецких театральных режиссёров XX столетия, теоретик театра, коммунист.
Спектакли: «День России» (1920), «Разбойники» (1926), «Буря над Готтландом» (1927), «Распутин, Романовы, Война и Народ, который восстал против них» (1927), «Король Лир» (1940), «Война и мир» (1955) и др.
Эрвин Фридрих Максимиллиан Пискатор родился 17 декабря 1893 года в Ульме в протестантской семье. В детстве и юности он увлекался поэзией и театром. Пискатор стажировался в Мюнхенском придворном театре, брал уроки у трагика Эрнста Поссарта, слушал лекции в университете по истории искусств, философии и германистике.
В начале войны Эрвин попал на фронт. Фотопортреты Пискатора-солдата пригодились лет через десять, когда фашисты стали травить режиссёра, утверждая, что он еврей Самуил Фишер, взявший псевдоним («Пискатор» — по-латыни значит «рыбак»). А раз еврей — значит трус и тыловик. Тогда в ответ были опубликованы документы, из которых явствовало, что предок Эрвина — страсбургский профессор теологии Иоганнес Пискатор. Комплект же фотографий из фландрских траншей разрушил легенду о трусливом тыловике.
Творческая карьера Пискатора началась в конце 1919 года, когда Эрвин организовал в Кёнигсберге театр под названием «Трибунал». Театр вскоре был закрыт, так как власти сочли, что он нежелательным образом влияет на зрителей. Тогда Пискатор переселился в Берлин и вместе с друзьями организовал Пролетарский театр, дававший спектакли в клубах рабочих предместий.
Пискатор задаётся целью выпускать агитационные политические спектакли. Его известное обозрение «День России» (1920) состояло из трёх коротких пьес: «Калеки», «У ворот», «День России». Использовались плакаты, лозунги, броские карикатуры — всё это размещалось на деревянных либо картонных щитах. Действие комментировал специальный персонаж.
Пискатор показал, что «в театре могут так переплестись действительность и игра, что сотрётся грань между театром и митингом, принимающим всерьёз решения, обязательные для его участников», — писала «Роте фане» в апреле 1921 года.
Власти запретили театру играть, и Пискатор уговорил драматурга Рефиша совместно приобрести Центральный театр. Режиссёр вернулся к Толстому, Роллану, Гоголю, словом, к «о менш-драматургии» («О менш!» — «О человек!» — восклицание гуманистов).
По поручению Компартии Германии Пискатор поставил во время предвыборной кампании агитационно-театрализованное представление «Р.Р.Р». — «Ревюротерруммель» («Обозрение — красная толкучка»). В обозрении использовались: кино, акробатика, художники-моменталисты, речевики, статистические таблицы. Во время представления аудитория пела хором, голосовала, свистела, становясь своеобразным действующим лицом.
Позже по заданию КПГ Пискатор создал историко-хроникально-агитационное обозрение под названием «Вопреки всему». Оба обозрения исполнялись на знаменитой рейнхардтовской сцене-арене в Большом театре.
В 1924 году Пискатор получил право ставить в Фольксбюне (Народная сцена). Художественные принципы нового, политического театра проявились в таких работах, как «Знамёна» (1924) и «Бурный поток» (1926) Паке, «На дне» (1927) Горького, «Буря над Готтландом» (1927) Велька. Режиссёр использовал принципы документализма, вымышленные события объединялись с подлинными, действие на сценической площадке чередовалось или шло одновременно с показом кинофильмов на экране.
Главной в этих спектаклях становится тема революции и прославление её победы. В финале «Знамён» над сценой загоралась красная звезда, а «Буря над Готтландом» заканчивалась кинофильмом, в последних кадрах которого Ленин беседовал с кронштадтскими моряками (кстати, это послужило причиной увольнения режиссёра из Фольксбюне).
Действие пьесы «Разбойники» (1926) Шиллера режиссёр перенёс в XX век, а Карл Моор и его соратники представляли собой разные типы революционеров.
Блеск постановок этого периода привлёк внимание крупного предпринимателя, который арендовал для Пискатора театр на самой оживлённой магистрали города Ноллендорфплатц.
Режиссёр начал с пьесы Толлера «Гопля, мы живём!» (1927). На сценической площадке был сооружён фасад здания с площадками-ячейками. Эпизоды спектакля разыгрывались на разных этажах; иногда освещались сразу две ячейки, иногда несколько, иногда ячейки и экран, натянутый над сценой.
Пискатор разработал новый сценический жанр, который потом стали называть документальной драмой. Самым характерным примером здесь может служить спектакль 1927 года «Распутин, Романовы, Война и Народ, который восстал против них» по пьесе «Заговор императрицы» А. Толстого и П. Щёголева.
Здесь была применена так называемая «сегментная сцена». Некоторые эпизоды шли на сцене, другие были показаны на экране. Заканчивался спектакль хроникой, посвящённой выступлению Ленина на Втором съезде Советов.
Вильгельм Гогенцоллерн, представленный в спектакле в неприглядном виде, начал процесс против театра. Газеты пестрели карикатурами по поводу поединка между богатейшим человеком Германии и режиссёром-коммунистом.
Постановление суда гласило: «Ответчику под угрозой штрафа воспрещается в публичных представлениях выводить истца при постановке пьесы „Распутин“ А. Толстого и Щёголева». Кроме того, Пискатору было предложено уплатить бывшему императору за бесчестие пять тысяч марок.
В результате в спектакле вместо кайзера на сцену выходил один из авторов текста Лео Лания и зачитывал отрывки из постановления суда, вызывая смех в зале…
Вообще с текстами пьес Пискатор особо не церемонился. Он увеличивал количество действующих лиц и переставлял, переворачивал тексты.
Пискатор постоянно применял в своих работах технические новшества. В спектакле по роману Ярослава Гашека «Похождения бравого солдата Швейка» (1928) параллельно рампе двигались в противоположных направлениях две ленты конвейера, а персонажи перемещались по этим лентам навстречу основному движению. При этом конвейеры страшно грохотали и почти заглушали текст. Успеха «Швейк» не имел.
Конвейер применялся и в постановке пьесы Вальтера Меринга «Берлинский купец» (1929). В финале на сцену «выезжали» поломанные и никому не нужные предметы, и берлинские мусорщики, распевая песню, выметали с площадки железную солдатскую каску, обрывки старого имперского флага и т. д.
Однако публика всё реже посещала спектакли Пискатора. Чтобы заработать, Пискатор завёл ещё второй театр. Но это не спасло — оба театра обанкротились.
В 1931 году Пискатор переехал в Москву. Руководство «Межрабпомфильма» предложило ему экранизировать рассказ А. Зегерс «Восстание рыбаков из села св. Барбара». Задумывался фильм с грандиозными массовыми сценами. Режиссёр с энтузиазмом взялся за дело, несколько недель провёл в Мурманске, изучая технику рыбной ловли. Были проведены съёмки в Одессе.
Фильм «Восстание рыбаков» вызвал разноречивые отклики. Вне всякого сомнения осталась добросовестность Пискатора, однако следующие проекты пришлось отложить.
Пискатор был назначен на должность председателя МОРТ — Международного объединения рабочих самодеятельных театров. Он разрабатывал план создания в Советском Союзе антифашистского культурного центра в городе Энгельсе. Ядром мыслился театр, вокруг которого должны группироваться литературные силы, главным образом драматурги и критики.
Близился срок открытия сезона. Но тут совсем неожиданно (было это в 1935 году) Пискатор заявил, что должен поехать за границу по делам международных контактов, на две-три недели.
Однако он не вернулся. Фридрих Вольф с юмором рассказывал, что в Париже Эрвин женился на богатой женщине, известной танцовщице с университетским дипломом. Супруги жили в шикарнейшем особняке аристократического квартала города.
Правда, период праздности и «барства» длился недолго. Немцы захватили Францию. Пискатору пришлось бежать.
В 1939 году он перебрался в США, где организовал театральную мастерскую. Среди его американских постановок были такие значительные работы, как «Король Лир» (1940) Шекспира и «Эмилия Галлоти» (1943) Лессинга.
И только в 1947 году Пискатор вернулся в Западную Германию, где стал, по его словам, режиссёром-коммивояжёром. Он гастролировал по городам Швейцарии, Голландии, Италии, Швеции. Семь спектаклей в сезон для человека, которому за шестьдесят, — выдержать было нелегко.
Правление Союза демократической театральной организации выбрало его директором-интендантом Фрайе Фольксбюне (Свободная народная сцена) в Западном Берлине. Здесь им были поставлены спектакли «Робеспьер» (1963) Ромена Роллана, «Венецианский купец» (1963) Шекспира, документальные драмы по пьесам Петера Вайса, Рольфа Хоххута и Хайнера Кидпхардта.
Пискатор и в последних спектаклях не отказывался от своих принципов. Общество взбудоражил его спектакль «Наместник» по пьесе Хоххута. Одни говорили о клевете, об оскорблении папы римского, другие поддержали Пискатора и Хоххута, обвинявших папу, и не только его одного, в преступной терпимости к массовым убийствам в период Второй мировой войны.
Это был последний и громкий спектакль знаменитого режиссёра. Эрвин Пискатор умер 30 марта 1966 года.
И. А. Мусский
Источник: 100 великих режиссёров, 2008 г.
