Вячеслав Иванович Сук

Сук Вячеслав Иванович (16 XI 1861, Кладно, близ Праги — 12 I 1933, Москва) — советский дирижёр. Народный артист Республики (1925).

В 1879 окончил Пражскую консерваторию по классу скрипки у А. Бенневица; по композиции занимался у Й. Крейчи и З. Фибиха. Работал скрипачом в чешском оркестре Ю. Лаубе, с которым гастролировал в Варшаве и городах Украины. С 1880 жил в России. Был скрипачом-концертмейстером частной оперы И. Я. Сетова в Киеве (1880–82) и скрипачом оркестра Большого театра в Москве (1882–85). В 1885–1904 дирижёр частных оперных трупп ряда городов (Харьков, Вильнюс, Минск, Киев, Одесса, Казань, Саратов). В 1896 дирижировал спектаклями итальянского оперного товарищества в Москве. В 1898 впервые в Харькове поставил оперу «Садко». В 1904–06 работал в частном театре В. И. Кононова (Петербург). В 1906 оперой «Аида» Сук дебютировал в Большом театре (Москва), где работал до конца жизни.

Воспитанный на традициях русской исполнительской школы, Сук уже в своих первых постановках в этом театре («Аида», «Садко», 1906) проявил себя как зрелый художник, требовательный к отделке деталей и одновременно умеющий охватить целое. Волевой темперамент, мастерство и глубокое знание законов музыкальной драматургии делали его выдающимся руководителем оперного коллектива. Последующие работы Сука («Руслан и Людмила», 1907; «Сказание о невидимом граде Китеже и деве Февронии», 1908; «Золотой петушок», 1909) утвердили за ним славу одного из крупнейших русских дирижёров.

На протяжении своей деятельности Сук осуществил на сцене Большого театра постановки многих значительных оперных произведений русских и западно-европейских композиторов. Дирижировал операми: «Каменный гость» Даргомыжского (1906), «Пиковая дама» (1907), «Лоэнгрин» (1908), «Майская ночь» (1909), «Снегурочка» (1911), «Кармен» (1922) и др. Его талант высоко ценили П. И. Чайковский и Н. А. Римский-Корсаков.

После Oктябрьской революции 1917 Сук отдал свои силы строительству советской музыкальной культуры. Наряду с работой в Большом театре Сук в 1924–25 руководил музыкальной частью Оперной студии им. К. С. Станиславского, с 1927 был главным дирижёром Оперного театра им. Станиславского, где в 1928 участвовал в постановке оперы «Майская ночь».

Сук был также выдающимся симфоническим дирижёром. Особенно мастерски он исполнял произведения П. И. Чайковского. В 1886–89 дирижировал концертами РМО в Таганроге, в 1905–14 — летними концертами в Сестрорецке, в 1915–17 — симфоническими концертами в Москве на Сокольническом кругу. В 1919 при участии Сука был организован цикл симфонических выступлений оркестра Большого театра (21 концерт). В 1926–29 дирижёр Московской филармонии. Дирижировал также симфоническими концертами оркестра Московской консерватории (впервые в 1906). В 1924–25 был профессором оркестрового класса Московской консерватории.

Как композитор Сук работал в разных жанрах. Его камерные сочинения выходили отдельными изданиями в Лейпциге, Праге и Москве.

Сочинения:

опера Лесной царь (по поэме «Май» К. Г. Махи, 1900, Оперный т-р Коммерческого клуба, Харьков); для оркестра — поэма Ян Гус, Драматическая увертюра, Славянские танцы, Торжественный марш, серенада (для струн. орк.), серенада (для малого оркестра), чешские песни (для струнного оркестра); камерные ансамбли — 2 квартета, фортепианный квинтет; фортепианные пьесы, романсы и др.

Литература: Ремезов И., В. И. Сук. Материалы к биографии, М.-Л., 1933; его же, В. И. Сук, М.-Л., 1951; Uherеk Z., Kladensky rodak v. Suk, narodni umelec RSFSR, Praga, 1963.

M. Ф. Леонова
Источник: Музыкальная энциклопедия, 1973—1982 гг.

Русский чех

Летопись дружбы музыкантов двух братских славянских стран — Советского Союза и Чехословакии — уходит в далекое прошлое; ей посвящены фундаментальные исторические труды, среди которых выделяются два сборника, вышедших под редакцией выдающегося советского музыковеда И. Бэлзы. Они так и называются: «Из истории русско-чешских музыкальных связей». Такое внимание к этой теме не случайно. Действительно, яркими событиями музыкальной истории двух народов стали постановки в Чехии (впервые в Европе) ряда произведений русских классиков и современных авторов — от Глинки и Чайковского до Прокофьева и Щедрина. Русская публика с особой теплотой принимала чешских музыкантов — от Сметаны и Дворжака до композиторов наших дней, постоянно гостящих в СССР. И конечно, славные страницы вписали в историю русской культуры многочисленные чешские музыканты, на протяжении более чем двух столетий работавшие в России, во многом способствовавшие расцвету нашего искусства.

В созвездии имен чешских дирижеров, посвятивших свой талант и знания братской России, наряду с именем Эдуарда Францевича Направника, полвека возглавлявшего Мариинский театр в Петербурге, ярко сияет и имя Вячеслава Ивановича Сука, долгие годы стоявшего во главе московского Большого театра. Сюда, в старейший театр России, Сук пришел отнюдь не начинающим дирижером, но опытным мастером, за плечами которого была к тому времени уже и отличная школа, и четверть века практической работы — сначала оркестровым музыкантом, затем дирижером.

Профессиональное образование он получил в Пражской консерватории, где учился в классе скрипки А. Бенневица (1873–1879), брал уроки композиции у 3. Фибиха и контрапункта у Й. Крейчи. Окончив консерваторию, способный и подающий надежды скрипач отправился в Варшаву, где некоторое время работал в оркестре, но вскоре переехал в Киев, став там концертмейстером оперного оркестра. С той далекой поры жизнь и деятельность его оказалась навсегда связана с Россией.

За два с половиной десятилетия он буквально исколесил всю европейскую часть страны: работал в Москве, в оркестре Большого театра, затем в Харькове, Петербурге, Таганроге, Вильно, Минске, — уже не только как скрипач, но и как дирижер оперных трупп и симфонических концертов. С 1897 года чешский музыкант стоял во главе оперной антрепризы Церетелли, с которой побывал в Киеве, Одессе, Харькове, Казани, Саратове, Петербурге. И лишь «после этого скитальческая жизнь (которая, впрочем, доставляла молодому артисту немало радости и творческого удовлетворения) закончилась, и он занял высокий пост главного дирижера Большого театра.

К этому времени авторитет Сука как художника был исключительно высок. Его дирижерский талант по достоинству ценили Чайковский, Римский-Корсаков и другие русские композиторы, публика встречала его восторженно. К тому же и в России, ставшей его второй родиной, и в Чехии Сука знали как одаренного композитора, автора оперы «Лесной царь», поставленной в Харькове (1900) и Праге (1903), симфонической поэмы «Ян Гус», многочисленных оркестровых и камерных сочинений, фортепианных пьес и романсов. Словом, во главе Большого театра встал музыкант, находившийся в расцвете своего таланта. И всей последующей интенсивной деятельностью он доказал, что достоин столь высокой чести.

Сук дебютировал в новом амплуа в «Аиде», затем поставил одну за другой оперы «Садко», «Руслан и Людмила», «Евгений Онегин», «Сказание о невидимом граде Китеже», «Золотой петушок», стал вести оперы «Каменный гость», «Пиковая дама», «Майская ночь», «Снегурочка». Так сразу же он заявил о себе как настоящий рыцарь русской музыки, ее страстный пропагандист и тонкий интерпретатор. Но наряду с этим он с блеском вел и многие оперы зарубежных авторов.

Обладая неиссякаемой энергией и преданностью музыке, он не ограничивался только своей основной работой, но постоянно выступал и на концертной эстраде. Десять лет Сук вел летние симфонические сезоны в Сестрорецке (под Петербургом), познакомив слушателей с десятками самых разнообразных сочинений. Еще более широким стал диапазон его деятельности после революции, К оперным спектаклям Большого театра и симфоническим концертам его оркестра, ставшими регулярными, со временем добавились выступления с другими коллективами столицы, а с 1924 года — постоянная работа в Оперной студии имени К. С. Станиславского, где Сук в 1927 году также стал главным дирижером. По свидетельству многих современников, мало кто из музыкантов того времени столь глубоко постиг новаторские режиссерские принципы Станиславского и столь органично претворял их в сотрудничестве с великим режиссером.

И все же главным оставался для него Большой театр. Яркими вехами деятельности Сука в годы Советской власти стали постановки «Бориса Годунова» и «Хованщины», «Пиковой дамы» и «Дубровского», «Снегурочки» и «Китежа»; он осуществил также музыкальное руководство сценическим воплощением «Кармен», «Аиды», «Лоэнгрина», «Валькирии», «Саломеи». И всякий раз его работа, тщательная и вдохновенная, становилась образцом прочтения шедевров музыкального искусства.

Младший коллега дирижера Б. Э. Хайкин, несколько лет работавший под его руководством, вспоминал: «Это был выдающийся оперный дирижер, может быть, лучший из тех, кого мне доводилось слышать. Репетиции Сука, а тем более его спектакли, всегда были горячими и взволнованными. У него был изумительный слух. Ни одна неточная нота не могла ускользнуть от его внимания. К певцам Сук был очень требователен на репетициях и очень внимателен на спектаклях. Певцы, даже самые знаменитые, считали за честь петь с Суком. Не говоря о том, как оркестр великолепно вспыхивал в тех эпизодах, когда сцена умолкала, он и в аккомпанирующем оркестре находил красивейшие, яркие краски, которые вместе с пением составляли идеальную гармонию.

Особо следует сказать о Суке как о безупречном мастере исполнения тетралогии Вагнера „Кольцо нибелунга“. Партитура Вагнера, рассчитанная на особо благоприятную акустику Байрейтского театра, благодаря которой оркестр звучал смягченно, при исполнении в обычном театре требовала существенной корректировки нюансов. А в этом Сук был непревзойденный мастер. Все оркестровые партии корректировались им лично. Вечерами дома, да и в антрактах, его чаще всего можно было застать сосредоточенно рассматривающим какую-либо партию; он сличал ее с партитурой и вносил свои поправки.

Когда Сук входил в оркестр, все мгновенно замирало. Сук был требователен, настойчив, нередко нетерпелив, но разговаривал всегда исключительно вежливо, деликатно. Для репетиций Вячеслава Ивановича была характерна интенсивность: он всех держал в непрерывном творческом напряжении. Для того, чтобы „высекать волшебный огонь“, ему не нужно было никаких приготовлений. Так было на спектаклях, так было и на репетициях».

«Русский чех» стоял за пультом первого театра СССР до последних дней своей жизни. Его вклад в развитие советского искусства был высоко оценен страной: Суку одному из первых было присвоено звание заслуженного артиста, а затем, в 1925 году, и народного артиста республики. Когда он ушел из жизни, журнал «Советская музыка» писал: «Ему больше, чем кому бы то ни было другому, оркестр Большого театра обязан своей славой лучшего оркестрового коллектива страны».

Л. Григорьев, Я. Платек
Источник: «В мире музыки», 1986 г.