Висконти, Лукино (итал. Luchino Visconti di Modrone; 2 XI 1906, Милан — 17 III 1976, Рим) — итальянский режиссёр. Один из крупнейших мастеров мирового киноискусства, выдающийся режиссёр драматического и музыкального театра.
Ставил главным образом оперы итальянских композиторов, стремился к раскрытию первоначального авторского замысла, стараясь очистить произведения от исполнительских штампов. Сотрудничал с дирижёрами Г. Караяном, Л. Бернстайном и исполнителями М. Каллас, Дж. Ди Стефано, Т. Гобби, Д. Фишером-Дискау и др.
Среди постановок Висконти выделяются оперы «Весталка» Спонтини (1954), «Травиата» (1955); «Анна Болейн» Доницетти, «Ифигения в Тавриде» Глюка (обе в 1957; все — в театре «Ла Скала», Милан), «Дон Карлос» (1958), «Кавалер розы» Р. Штрауса (1966; обе — в театре «Ковент-Гарден», Лондон), «Манон Леско» Пуччини (1973, «Театро нуово», Сполето).
В его фильмах большая роль принадлежит музыке, которая зачастую становится одним из важнейших элементов драматургии (например, «Прелюдия, хорал и фуга» Франка в «Туманных звёздах Большой Медведицы», Adagietto из 5-й симфонии Малера в «Смерти в Венеции»).
Сочинения: Il mio teatro (сост. С. d’Amico de Carvalno, R. Renzi), v. 1–2, Bologna, 1980.
Источник: Музыкальная энциклопедия, 1973—1982 гг.
Фильмы: «Земля дрожит» (1948), «Рокко и его братья» (1960), «Гибель богов» (1969), «Смерть в Венеции» (1971), «Семейный портрет в интерьере» (1975) и др. Спектакли: «Трамвай „Желание“» (1949), «Три сестры» (1952), «Вишнёвый сад» (1965) и др.
Лукино Висконти ди Модроне родился 2 ноября 1906 года в Милане. Его отец, герцог Джузеппе Висконти ди Модроне, любил искусство и заслужил признание как театральный меценат. Мать, Карла Эрба, происходила из богатого семейства, добившегося господства в фармацевтической промышленности Милана. Семеро детей Висконти занимались иностранными языками, спортом, музыкой. Отец воспитывал их в строгих и твёрдых правилах.
Лукино учился игре на виолончели, а также композиции. Его любимым писателем был Шекспир. Ещё одним увлечением стал театр «Ла Скала». В 1936 году Висконти по рекомендации Коко Шанель устроился ассистентом (по другим сведениям — бутафором) в группу Жана Ренуара, снимавшего фильм «Загородная прогулка». Работа у Ренуара. Это было начало режиссёрского пути Лукино. Тогда же началось его сближение с коммунистами.
Свой первый фильм «Одержимость» («Наваждение») по роману Джеймса Кейна «Почтальон звонит дважды» Висконти снял в 1942 году. Это история любовной страсти, преступления и возмездия.
Вскоре Висконти оказался в рядах антифашистского Сопротивления. Он укрывал в своём доме людей, преследуемых фашистами, помогал солдатам союзнических армий бежать из немецкого плена. В Риме Лукино был арестован гестапо и чудом избежал казни. В 1945 году он вместе с другими кинематографистами выпустил документальный фильм в память об антифашистском Сопротивлении — «Дни славы».
Ещё до окончания войны Висконти развил бурную деятельность как режиссёр театра: с января 1945 по февраль 1947 года он поставил на различных сценах Италии одиннадцать драматических спектаклей. В 1946 году он сформировал собственную труппу с постоянной резиденцией в римском театре «Элизео». Его «Элизео» просуществовал двенадцать лет, став первым итальянским режиссёрским театром, выдержавшим испытание временем. Наряду с Джорджо Стрелером, Висконти стал основоположником режиссёрского театра в Италии.
Начинал Висконти как вождь театрального натурализма. По словам самого Висконти, в его прославленных спектаклях 1940-х годов «…у зрителей возникло ощущение чего-то совершенно нового, небывалого. Непривычная реалистичность постановки и исполнения буквально сразила их: так бывает в школе, когда всё стирается с доски и пишется заново. Никто не представлял себе, что можно играть настолько правдиво».
Задумав новый фильм, в 1947 году Лукино Висконти отправился на Сицилию, в старинный рыбацкий посёлок Ачи Трецца, где когда-то происходили события, пересказанные в романе Верги «Семья Малаволья». Его ассистентами стали Франческо Рози и Франко Дзефирелли.
Сценария не было — фильм создавался по сюжету романа. Вместо профессиональных актёров в картине снимались жители местечка: рыбаки, девушки, батраки, каменщики, торговцы рыбой. Говорили они на сицилийском диалекте. Итальянский язык в Сицилии — не язык бедняков. Висконти добивался того, чтобы экранная жизнь его сицилийских героев представляла естественное продолжение их реальной жизни.
Съёмки продолжались полгода. Исчерпав бюджет, Висконти продал часть семейных картин и драгоценностей и довёл работу до конца…
В августе 1948 года фильм «Земля дрожит» был представлен зрителям на Венецианском кинофестивале. Картина поразила всех необычайным сочетанием правдивости и высокого поэтического достоинства. Искусство неореализма достигло в ней одной из своих вершин.
В 1950-х годах Лукино Висконти успешно сочетал работу в театре и кино. Сценарий трагикомедии «Самая красивая» (1951) ему помогали писать Франческо Рози и новый соавтор — Сузо Чекки д'Амико, которая станет одним из самых близких друзей и верных соратников режиссёра. В «Самой красивой» убедительно сыграла актриса Анна Маньяни, создавшая образ чистосердечной, наивной женщины.
Снимая кино, Висконти черпал вдохновение в театре. Поставив «Весталку» Спонтини в «Ла Скала», он создаёт «костюмный» фильм «Чувство» (1954). Это история безумной любовной страсти с жестоким финалом из жизни аристократов.
После этого он осуществил ряд успешных оперных постановок в «Ла Скала» с участием Марии Каллас. «Травиата» (1955) Верди стала крупнейшим событием в музыкальной жизни. Висконти ещё не раз будет обращаться к творчеству великого итальянского композитора. Среди любимых опер режиссёра — «Дон Карлос» и «Макбет».
В драматическом театре висконтиевский натурализм со временем приобрёл физиологический оттенок. Болезненной страстью были проникнуты спектакли по миллеровской пьесе «Вид с моста» (1958) и «Фрекен Юлия» (1957) Стриндберга, а также запрещённая цензурой за безнравственность «Ариальда» по пьесе Тестори (1961). Исполнительница главной роли Рина Морелли замечательно «передала горечь, ярость, истерические кризисы старой девы, преследуемой воспоминаниями об умершем женихе, а Паоло Стоппа — вульгарность и грубость её нового избранника».
Однажды в беседе с журналистами Висконти обмолвился о замысле фильма «из жизни молодых боксёров». Героями его новой работы стали крестьяне, выходцы из нищей Лукании, отправившиеся искать лучшую жизнь. В роли всепрощающего Рокко Паронди снялся молодой Ален Делон. Картину «Рокко него братья» (1960) смотрела вся Италия!
Висконти обладал сложным характером. «Дух противоречия», «непреклонность», «постоянный вызов самому себе» — так обозначила Сузо Чекки д'Амико его черты.
Искусство работы с актёром он сравнивал с умением находить подземные воды. «Лукино фактически подменял актёров, подолгу объяснял реплики, задавал интонацию, сам декламировал и проигрывал эпизоды», — говорил в одном из интервью Микеланджело Антониони.
Висконти предоставлял полную свободу Анне Маньяни, а на Марчелло Мастроянни кричал и ссорился с ним. Он в совершенном безмолвии проводил съёмочные дни с Дирком Богардом и по-доброму шутил на съёмках с Роми Шнайдер. С Паоло Стоппой и Риной Морелли у него было полное взаимопонимание и единомыслие, не только в работе, но и в жизни вообще.
Микеланджело Антониони говорил, что «фильмы Висконти отличаются силой и плавностью повествования: у него потрясающее умение развивать характер персонажа в процессе рассказа». Эти слова в полной мере можно отнести к картине режиссёра «Туманные звёзды Большой Медведицы» (1965), в которой Висконти обращается к современной теме: брат и сестра мстят за погибшего отца убийце, ставшему их отчимом, и матери, пособнице преступления.
В это же время он ставит в театре для труппы Морелли — Стоппа чеховский «Вишнёвый сад» (1965). Висконти заявил, что это будет спектакль о кризисе одного семейства, более того, между его последним фильмом «Туманные звёзды Большой Медведицы» и «Вишнёвым садом» есть много общего: их объединяет именно тема семейного кризиса. «Только сюжет моего фильма трагичен, — уточнял режиссёр, — а сюжет пьесы Чехова совсем напротив, хотя все в театре думают иначе. Даже Станиславский не понял в этом отношении Чехова… Я же буду придерживаться указаний, которые дал автор в письмах к первому постановщику… Для Чехова эта его последняя пьеса была не столько драмой, сколько комедией».
После «Вишнёвого сада» Лукино Висконти практически распрощался с театром.
В последний период жизни он всё чаще обращался к немецкой литературе, музыке, истории и даже совершил путешествие по Баварии и Австрии. О том, что Висконти прекрасно знал и понимал немецкую культуру, убедительно свидетельствуют созданные на протяжении пяти лет фильмы «Гибель богов» (1969), «Смерть в Венеции» (1971), «Людвиг» (1973). Критики назвали их «немецкой трилогией» Висконти.
Сначала он обратился к событиям, происходившим в Германии фазу после установления нацистского режима. Фильм был назван, как опера Вагнера: «Гибель богов». «Я делаю эту картину для поколений, которые не знают, что такое нацизм, — говорил режиссёр. — Молодые должны усвоить, что непротивление злу приводит к его абсолютизации. Нацистские оргии массовых убийств были чудовищны, и я хотел передать воистину апокалипсический ужас происходящего».
Второй фильм «Смерть в Венеции» был снят по известной новелле Томаса Манна в 1971 году и удостоен премии Каннского фестиваля.
Завершал «немецкую трилогию» фильм «Людвиг» — о короле Баварском, ставшем олицетворением тщетных попыток создать «царство Красоты». Висконти любил рассказывать истории поражений, описывать одинокие души, судьбы, разрушенные реальностью.
Висконти довёл съёмки до завершения, когда 27 июля 1972 года у него случился удар. Перед этим Лукино чувствовал себя так, как чувствует себя человек после нормального трудового дня, с учётом той нестерпимой жары, которая стояла в Риме, и того, что было выкурено исключительно много сигарет.
В результате инсульта его тело оказалось частично парализованным. Висконти был доставлен в Цюрих, но, не завершив курс лечения, он с согласия врачей покинул клинику, чтобы на вилле своей сестры заняться монтажом «Людвига».
Режиссёр мечтал превратить «немецкую трилогию» в тетралогию, экранизировав «Волшебную гору» Томаса Манна, и таким образом завершить кинематографическую карьеру.
Но сначала он поставил камерный фильм с немногими персонажами. Главные роли в нём исполнили Берт Ланкастер, Хельмут Бергер и Сильвана Мангано. Осенью 1974 года «Семейный портрет в интерьере» был завершён и в откликах на него зазвучали одни и те же слова: фильм-завещание. Его герой — интеллектуал, старый Профессор, который уходит в себя, предпочитая общению с людьми коллекционирование картин.
Висконти был вынужден оставить работу после того, как упал и сломал шейку бедра. Снова невозможность передвигаться, снова кресло-коляска. В его квартире постоянно находились родные и друзья, здесь же, рядом с ним, были любимые книги и музыкальные записи.
Сильнейшая простуда ускорила конец. Лукино Висконти ушёл из жизни 17 марта 1976 года. Он успел провести съёмки «Невинного» по роману д'Аннунцио. «Это был фильм Лукино Висконти» — такой надписью завершили картину его друзья. Великий режиссёр хотел, чтобы на его надгробии было начертано: «Он обожал Шекспира, Чехова и Верди».
И. А. Мусский
Источник: 100 великих режиссёров, 2008 г.
Оперный режиссер — профессия редкая, трудная и, как правило, неблагодарная. В самом деле: если режиссура в драматическом театре или кино требует от профессионала огромной эрудиции и целого комплекса качеств, знания истории и теории театра, драматургии, специфики актерского искусства и т. д. — то для режиссера, отважившегося воплощать на сцене музыкальные спектакли, необходимо еще и (причем ничуть не в меньшей степени) знание и понимание музыки. А такое сочетание — редкость. Вот почему и выдающихся оперных режиссеров за всю историю этого рода искусства наберется лишь очень немного.
Но наряду с этим для нашего времени характерно и другое примечательное явление: обращение к музыкальной сцене, к опере выдающихся мастеров драматического театра и кино. Этот ряд открывают такие корифеи, как К. С. Станиславский и Вл. И. Немирович-Данченко, а продолжали его и Вс. Мейерхольд, и Н. Охлопков, и П. Брук, и И. Бергман. Достаточно звучные имена художников, внесших весомый вклад в развитие искусства, в том числе и музыкального. В этом ряду стоит и имя Лукино Висконти — замечательного мастера итальянского кино, немало вдохновения посвятившего опере.
На это, однако, были и особые причины. Незадолго до смерти, отвечая на вопрос корреспондента, почему он с таким постоянством обращается к оперной режиссуре, Висконти говорил: «Не следует удивляться этому. Я ведь прежде всего музыкант. Целых десять лет учился игре на виолончели, осваивал гармонию, контрапункт в Миланской консерватории. Давал даже сольные концерты. И вот с тех моих первых шагов во мне навсегда осталось сознание, что опера — самая полная и совершенная форма спектакля. Сейчас я мечтаю о том, чтобы поставить „Луизу“ Шарпантье — одну из редких партитур, к которым прежде никогда не подступался».
Действительно, будущий режиссер с детских лет воспитывался в атмосфере музыки, дышал воздухом оперного театра. И дед, и отец его были служащими в «Ла Скала», который стал для него как бы вторым домом.
«Когда я был маленьким, меня брали на воскресные спектакли в „Ла Скала“, — вспоминал он. — Среди первых опер, которые я слушал, были „Миньон“ и „Джоконда“. Из ложи, нависшей прямо над сценой, я мог различить контрабасы и виолончели, видел лица дирижеров — Серафина, Тосканини, Паниццы. Иногда певцы оказывались совсем рядом со мной. Я был буквально влюблен в них. Позже, когда я вырос, многие из них стали моими друзьями, но в те дни мне было достаточно видеть и слышать их. Я трепетал, ожидая, когда поднимется занавес. Что там, за ним? Да, „Ла Скала“ был для меня хорошей школой, хорошими воротами в музыку».
Судьба сложилась так, что молодой виолончелист вынужден был оставить музыку и в 30-е годы посвятил себя работе в кино. После войны его имя становится известным, он по заслугам был признан одним из основоположников итальянского неореализма. Такие фильмы, как «Самая красивая», «Чувство», «Рокко и его братья», «Смерть в Венеции», «Людвиг», «Семейный портрет» считаются классикой современного кино. Но параллельно с работой над ними Висконти регулярно выступал и как оперный режиссер, завоевав и в этой области не меньшее признание и авторитет.
Побудительным импульсом для этой стороны деятельности художника стала, по его собственным словам, встреча с гениальной певицей Марией Каллас. Он услышал ее впервые в роли Кундри в вагнеровском «Парсифале». Восхищенный талантом певицы, режиссер вместе с тем обратил внимание на неестественность ее сценического поведения. На артистке, как он вспоминал, была огромнейшая шляпа, поля которой раскачивались в разные стороны, мешая ей видеть и двигаться. Висконти сказал себе: «Если я когда-нибудь буду работать с ней, ей не придется так мучиться, я позабочусь об этом».
В 1954 году такая возможность представилась: в «Ла Скала» режиссер, уже достаточно знаменитый, поставил свой первый оперный спектакль — «Весталку» Спонтини с Марией Каллас в главной роли. За ним последовали новые и новые постановки, в числе которых была и «Травиата» на той же сцене, ставшая началом всемирной славы Каллас.
Сама певица писала позднее: «Лукино Висконти означает новый важный этап в моей артистической жизни. Никогда не забуду третьего действия „Травиаты“, поставленной им. Я выходила на сцену подобно рождественской елке, наряженная как героиня Марселя Пруста. Без слащавости, без пошлой сентиментальности. Когда Альфред бросал мне в лицо деньги, я не пригибалась, не убегала: оставалась на сцене с распростертыми руками, как бы говоря публике: „Перед вами бесстыдница“. Именно Висконти научил меня играть на сцене, и я храню к нему глубокую любовь и благодарность. На моем рояле только две фотографии — Лукино и сопрано Элизабет Шварцкопф, которая из любви к искусству учила всех нас. С Висконти мы работали в атмосфере истинного творческого содружества. Но, как я говорила много раз, важнее всего другое: он первый дал мне доказатальство, что мои предшествующие искания были верными. Ругая меня за различные жесты, казавшиеся публике красивыми, но противоречившие моей природе, он заставил меня многое передумать, утвердить основной принцип: максимальная исполнительская и вокальная выразительность с минимальным использованием движений».
Эти слова дают определенное представление о режиссерских принципах Висконти — постановщика оперных спектаклей. Главным в его работе была верность жизненной правде и правде искусства, стремление к максимальной выразительности. «Мой принцип — служить музыке,- говорил он, давая интервью в Москве корреспонденту журнала „Музыкальная жизнь“. — Это главное и единственное, чем должен руководствоваться режиссер». Этот принцип он с наибольшей полнотой воплотил в таких замечательных спектаклях, как «Сомнамбула», «Анна Болейн» и «Ифигения в Тавриде» на миланской сцене, «Свадьба Фигаро» в Риме, «Фальстаф» и «Симон Бокканегра» в Вене, «Дон Карлос», «Трубадур», «Кавалер роз», «Травиата» в Лондоне, «Макбет», «Саломея», «Манон Леско» на фестивале в Сполето.
Оперными постановками, конечно, не ограничивалось соприкосновение выдающегося режиссера с музыкой. Она постоянно присутствовала — и играла важнейшую роль — также в его фильмах. Здесь наиболее частыми сотрудниками мастера выступали его друзья — известные итальянские композиторы Нино Рота и Франко Маннино. Но примечательно, что и тут он особенно охотно и с неизменным тактом использовал классическую музыку — например, фрагменты из Седьмой симфонии Брукнера («Чувство»), «Любовного напитка» Доницетти («Самая красивая»), из творений Вагнера и Малера. Ибо и тут, в своей главной сфере — кино, Лукино Висконти оставался прежде всего музыкантом в высоком смысле этого слова.
Л. Григорьев, Я. Платек
Источник: «В мире музыки», 1986 г.
