|

Ориентированные на авангард

Московская консерватория

Молодежных композиторских конкурсов в России почти нет. Исключение — Международный конкурс имени П.И.Юргенсона, что прошел в Москве в третий раз. Призы конкурса пока невелики: первая премия — тысяча долларов (она была поделена между двумя конкурсантами), премия для лучшего композитора из региона — пятьсот долларов. Другие награды почти условны. Например, издательский дом «Композитор» обещает напечатать партитуры победителей, а приз издательства «Классика-ХХI» — несколько аккуратных томиков: недавно опубликованные «Дневники» Сергея Прокофьева. Но для молодых авторов дело не столько в деньгах, сколько в возможности услышать себя в живом звучании.

Инициаторами конкурса стали Московская консерватория, Центр современной музыки Владимира Тарнопольского, Союз композиторов России, Благотворительный фонд Юргенсона и Российское авторское общество. В жюри — созвездие достойных имен: композиторы Сергей Слонимский, Александр Вустин, Фарадж Караев, Роман Леденев, Владимир Тарнопольский (председатель), Борис Гецелев, Рашид Калимуллин, дирижеры Игорь Дронов и Марк Пекарский. На конкурс было прислано около ста партитур из 26 стран (начиная от Австрии, Аргентины и Японии и до стран СНГ) и десяти российских городов. Конкурс проводился по трем номинациям: произведения для ансамбля солистов от 6 до 16 человек, для струнного квартета и для ансамбля ударных инструментов или маримбы соло.

На последний тур прошли десять человек — шесть иностранцев и четверо россиян. Первые премии в номинациях «Произведения для струнного квартета» и «Произведения для ударных инструментов» присуждены не были. Финальный концерт прошел в Рахманиновском зале консерватории. Сочинения конкурсантов играли Ансамбль новой музыки Игоря Дронова, «Консонанс-квартет» и Ансамбль ударных инструментов Марка Пекарского. Вокальные номера исполняли певицы Светлана Савенко и Екатерина Кичигина.

Все конкурсанты показали композиторское мастерство, владение формой, интерес к современным музыкальным стилям, знание выразительных возможностей и технологий используемых инструментов. Порой были очевидны подражания, хотя и без прямых заимствований. Ориентирами для многих участников стали такие столпы авангарда, как Берио, Лигети, Штокгаузен, Лютославский, Куртаг, Булез, Лахенман. Интересно, что не было ни одного минималистского опуса. Доминировала сонористика — монтаж тембровых комплексов, звуки без определенной высоты, шумы, свисты, гулы, всхлипывания, кластеры струнных. Часто применялись приемы «инструментального театра», когда, к примеру, исполнители на духовых беззвучно дули в свои инструменты.

Лучшим произведением конкурса (первая премия) были признаны семь мадригалов на тексты американского поэта и художника Эдварда Каммингса, написанные 27-летним рижанином Андрисом Дзенитисом и превосходно спетые Екатериной Кичигиной в сопровождении группы солистов (кларнет/бас-кларнет, труба, тромбон, ударные, альт и виолончель). Настроение пьес было задано тембром голоса солистки и выбором инструментов, звучание — «темное», мягкое, «фантазийное». Эти печальные мистические хоралы, некоторые из которых по длительности не превышали минуты, несколько раз рассекались мощными акцентами колоколов, «страшными» шагами бас-кларнета, ироническим стаккато струнных, звоном тарелки, сухим щелканьем деревянной «коробочки».

Ольга Бочихина (Россия, город Киров) была названа лучшим композитором российской провинции. Она также получила вторую половину первой премии за сочинение «Тактильные инструменты» на стихи Генриха Сапгира для голоса и инструментального ансамбля.

Марина Хорькова (3-я премия за пьесу «440 Hz» в номинации для ударных) среди других инструментов использовала бутылки, наполненные до определенного уровня водой. Исполнители дули в них, извлекая нежные, «воздушные» звучания. Целый квинтет «бутылофонов».

Мохаммад Ансари (Иран, 2-я премия за композицию «Stress without control» для маримбы соло, исполнил Дмитрий Щёлкин) сотворил изысканные узоры-арабески, «восточные орнаменты», волны-глиссандо — сверху вниз и в обратном направлении. В середине пьесы солист вдруг вскидывает руки вверх, палочки причудливо скрещены. Что это — магический жест? Иероглифы? К жестикуляции добавляются гортанные выкрики: «Йа! Йа! Ха! Хо!» Но вот палочки отброшены, солист ладонями отбивает по клавишам маримбы замысловатые ритмические рисунки и, склонившись к клавиатуре, что-то даже нашептывает своему инструменту.

Сангвон Ли (Южная Корея, 3-я премия за композицию «Take One» в номинации «Произведения для струнного квартета») представил миниатюру, целиком основанную на сонорных эффектах: флажолетах, глиссандирующих «подъездах» к звуку, игре sul ponticello, «рикошетах». Мозаика из точек, тире, отточий, восклицательных и вопросительных знаков. Автор комментирует: «Структура сочинения — фрагменты хроматического звукоряда — как ожерелье, состоящее из различных драгоценных камней...»

Кинтаро Нода (Япония), самый «старый» из конкурсантов (ему 29 лет), получил 2-ю премию за произведение «Freedom without hope». Подобно своему южнокорейскому коллеге Нода как бы «дематериализовал» звучание струнных инструментов. Первые эпизоды прозрачны и почти беззвучны. Четыре или пять piano. Флажолетный «воздух», в котором еле различимо поскрипывание смычков. Цветной видеокадр «в цифре» — летний полдень с мутноватым солнечным диском, зудящее марево стрекоз и комаров, ленивый плеск ручья.

Ольга Алюшина (Россия) — 2-я премия за композицию «Through» («Сквозь») в номинации «Произведения для ансамбля солистов». Название произведения указывает на направленность звукового потока в его развитии. Материя, распавшаяся на мельчайшие частички, расползается в пространстве, то взрываясь, то собираясь в целое, то рассыпаясь на молекулы — и совсем испаряясь в конце сочинения.

Что в итоге? Пришло новое поколение композиторов. Разные, но определенно талантливые.

Аркадий Петров

реклама