Эндрю Гудвин: «Самое сложное в России — выйти на улицу»

09.08.2007 в 11:33

Эндрю Гудвин

Имя Эндрю Гудвина стало широко известно в России за один сезон — сначала он стал одним из Ленских в «Евгении Онегине» Большого театра, который поставил Дмитрий Черняков, вскоре после этого исполнил партию Аввакума в мировой премьере оперы Родиона Щедрина «Боярыня Морозова», а весной прилетел в Пермь на фестиваль «Дягилевские сезоны», где участвовал в творческом вечере композитора Леонида Десятникова и в исполнении его же оперы «Бедная Лиза».

— Расскажите, пожалуйста, как гражданину Австралии удалось стать одним из самых востребованных российских теноров?

— Вы не шутите? Я до сих пор не могу к этому привыкнуть. Когда слышу, как принимает публика, для меня это каждый раз неожиданно и приятно. Сначала я совсем не собирался заниматься в России вокалом — даже не думал о том, что могу профессионально петь, хотя в детстве пел в церковном хоре. Но в детстве я и на скрипке играл, и на органе. А потом так все сложилось, что, когда мне было 18 лет, умер отец и я забросил музыку. Два года вообще не занимался, переключился на серфинг. И вдруг моя преподавательница фортепиано нашла меня и сказала: «Тебе нужно изменить свою жизнь, совсем, полностью. Я помогу». Благодаря этому я получил стипендию, купил билеты и приехал в Петербург в консерваторию — учиться на фортепиано. Но быстро понял, что моего уровня для того, чтобы окончить здесь консерваторию, не хватает. Тогда я задумался, чем могу еще заниматься, и решил поступать на вокальный факультет.

— То есть в консерваторию может поступить человек даже без подготовки?

— Как ни странно, в России, если ты платишь деньги, можно все. Но это не значит, что можно окончить консерваторию — можно учиться. Два года назад я окончил курс Льва Морозова.

— Он не отговаривал вас от приглашения Большого театра, ведь отношения между двумя культурными столицами довольно сложные?

— Я иностранец и, может быть, чего-то не понимаю, но мне кажется, это будто две враждующие страны, не хватает только проблем с визами. Когда я учился в Питере, очень мало знал, что происходит в Москве, только слухи... Но мой педагог очень гордился, что меня позвали в Москву, — он каждому в консерватории говорил: «Эндрю будет петь в Большом театре!»

— Когда вы получили приглашение на постановку «Онегина», у вас уже был профессиональный опыт выступлений в театре?

— Совсем-совсем маленький: я пел в театре консерватории, и прошлым летом у меня был профессиональный дебют в Сиднее — Фентон в «Фальстафе». Все прошло успешно, я подписал контракт с Австралийской Оперой, скоро снова поеду домой — петь Бельмонте в «Похищении из сераля».

— Имея на руках контракты, зачем вы снова поехали учиться в Лондон, в Королевскую музыкальную академию?

— Мои друзья тоже задавали этот вопрос: «Почему ты все еще студент, когда у нас уже стабильная работа, машины, семья и так далее?» Но когда пришли послушать меня, кажется, поняли и благословили. У меня теперь дома настоящий фэн-клуб. По-моему, они очень гордятся мной. А я совершенно не думаю, что уже многого достиг. Да, ощущения, когда я пел в Сиднейской Опере, были совершенно невероятные, до сих пор не могу поверить, что это со мной было на самом деле. Для меня главное — стать настоящим музыкантом, научиться петь музыку, а не только ноты. Поэтому мне еще надо учиться. Здорово, что появилась возможность заниматься в Лондоне, а в этом году я планирую совершенствоваться в Кардиффе. Все это дает возможность постепенно войти в профессиональный круг, потому что сразу же начать с крупных партий, с ведущих театров очень сложно.

— Нет желания вернуться в Австралию и оттуда строить свою карьеру?

— После того как пожил в Петербурге, в Лондоне, понимаешь, что в Австралии не будет такого стимула, какой есть здесь. Сейчас я там жить не хочу.

— А легко ли было адаптироваться к бытовым условиям в России?

— Конечно, очень, очень сложно. Самое сложное — выйти на улицу: такое ощущение, что здесь каждую минуту что-то может случиться. Дома я знаю, что не случится вообще ничего. И еще все эти бесконечные окошки с бабушками, которых нужно умолять о каждой бумажке! Необходимость каждый раз просить визу, ходить за ней — это очень утомительно. Но я все равно люблю Россию и даже привык к каким-то мелким бытовым проблемам.

— В Лондоне с ними сталкиваться не приходится?

— Слава богу, там мне не нужны визы! И там все на английском! Лондон — потрясающий город, там столько всего происходит одновременно! Отказаться от него и уехать очень трудно.

— У вас в Лондоне есть концерты?

— Да, в основном инструментальная музыка: «Мессия» Генделя и тому подобное.

— А серфингом в Англии заниматься удается?

— Не особо. Море там, конечно, есть, но далеко, так что это ждет до Австралии. Там, правда, будет работа и холодно — зима, за голос боюсь. Но, наверное, все равно какую-нибудь возможность найду.

— «Похищение из сераля» — это новая постановка?

— Нет, ее сделали два года назад, возьму кассету и буду учить. Конечно, интереснее работать с режиссером, когда все новое. У меня в этом мало опыта, но очень понравилось то, как мы репетировали с Черняковым. Было, конечно, сложно, но зато какой получился результат! По-моему, это волшебное ощущение, когда режиссер с тобой начинает пробовать то, что придумал. Я часто вспоминаю работу над «Онегиным». Черняков мне очень помог — он дал мне много времени на репетиции. Я постоянно смотрел, как работает Андрей Дунаев — просто следить, как настоящий артист, опытный репетирует, для меня было очень полезно.

— Важно, чтобы вас во время постановки окружали друзья, была комфортная атмосфера, или вы можете абстрагироваться от окружающих условий?

— Конечно, хорошие условия помогают, но я стараюсь абстрагироваться, потому что не всегда бывают райские отношения. Например, недавно в спектакле академии в Лондоне отношения с режиссером у меня не сложились, был очень тяжелый период, я просто закрылся, а это неправильно. Я получил хороший урок.

— Наверное, легче всего вам работать в Сиднее, где и стены помогают?

— Это смешно, но я чувствую себя не совсем дома, когда пою в Австралии. Мне удобнее петь здесь, потому что приходят друзья, которым я доверяю, а дома такого нет. Поэтому, как ни странно, чувствую себя увереннее здесь.

Беседу вела Светлана Петрова

реклама

вам может быть интересно

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама



Тип

интервью

Раздел

опера

просмотры: 426



Спецпроект:
В гостях у Belcanto.ru
Смотреть
Спецпроект:
Мир музыки Чайковского
Смотреть