|

На балет билетов нет

Гастроли в Петербурге балетной труппы Приморской сцены Мариинского театра

Балетная труппа Приморской сцены Мариинского театра, несмотря на пандемию, прилетела в Петербург на гастроли и привезла три замечательных спектакля — раритетную «Тысячу и одну ночь», «Корсара» и «Спящую красавицу». Приморцы выступали как на исторической сцене Мариинского театра, так и Новой сцене, называемой «Мариинский-2». Каждый из спектаклей был показан несколько раз, то есть, продемонстрировать своё мастерство смогли все ведущие солисты Приморской труппы. А показать, безусловно, было что.

Прежде всего, роскошный и яркий балет «Тысяча и одна ночь» в хореографии главного балетмейстера Приморской сцены, в прошлом — премьера Кировского (сейчас — Мариинского) театра Эльдара Алиева на музыку выдающегося азербайджанского композитора Фикрета Амирова (1922-1984). Этот спектакль в августе 2020 года открывал Международный дальневосточный фестиваль «Мариинский. Владивосток» и имел грандиозный успех. Ничуть не меньший успех он снискал и в Петербурге.

«Тысяча и одна ночь» — большой двухактный неоклассический балет, в основу его либретто положен памятник средневековой арабской литературы — собрание сказок «1001 ночь», объединенных историей о царе Шахрияре и красавице Шехерезаде. Впервые этот балет был поставлен в Азербайджанском театре оперы и балета в 1979 году. Партитура, на которую композитора вдохновили поездки в Ирак, Иран, Турцию, Сирию, Марокко, Египет и знакомство с местными традициями, воссоздает колорит музыкальной культуры Ближнего Востока. Богатство арабской ритмики передано при помощи целого арсенала ударных: в балете звучат бонго, тамтам, ксилофон, вибрафон, барабаны, колокольчики, литавры, тарелки. В состав оркестра включен и традиционный азербайджанский струнный инструмент тар. «Я хочу, чтобы азербайджанская музыка звучала во всем мире»,— говорил композитор, и в своих сочинениях смело вплетал в классические европейские формы восточные мелодии, подражал звучанию народного оркестра, которое хорошо помнил с детства.

Эльдар Алиев настоял на обязательном приглашении в состав оркестра музыканта (Рамин Азимов), играющего на таре. Его лирическое соло, словно голос рассказчика, занимает центральное место в партитуре и придает музыкальному повествованию чувственный национальный колорит. По мнению хореографа, музыка «Тысяча и одной ночи» — одно из самых ярких произведений, созданных для современного балетного театра.

Первым спектаклем «Тысяча и одна ночь», открывавшим гастроли, дирижировал Эйюб Кулиев (Азербайджан). Оркестр Мариинского театра, руководимый азербайджанским маэстро, демонстрировал чистоту звука и высокую исполнительскую культуру. Музыка, исполнявшаяся оркестром под управлением Кулиева, несла сильный поток творческой энергии композитора, но при этом мелодия словно ложилась под ноги исполнителям, заставляя ощутить единство созвучий и движений.

В музыке Фикрета Амирова, помимо колорита, привлекательны и мелодичность, поэтичность, многообразие музыкальных тем и, самое главное, как считает Эльдар Алиев, от этой музыки невозможно устать, она помогает артистам раскрыться и максимально точно передать характеры, чувства и эмоции своих персонажей.

Ну, а такая музыка рождает соответствующую ей хореографию. А хореография спектакля очень сложна для всех его участников, особенно для исполнителей ведущих и сольных партий, а их в балете целых тринадцать! Эльдар Алиев, уроженец Баку, неоднократно ставил этот балет в разных театрах Америки и Европы, однако для труппы Приморской сцены создал новую редакцию. Основа пластического языка персонажей — неоклассика, а для точной передачи стилистики Востока с исполнителями работал специалист по восточным танцам. Дуэты ведущих солистов насыщены сложнейшими верховыми поддержками (например, солист держит балерину, подняв её над головой на одной руке, а она, вытянувшись в струнку почти горизонтально, упирается своей рукой ему в плечо), вариациями и многими элементами, требующими виртуозного исполнения. В массовых сценах занята вся труппа, которая насчитывает около 90 человек.

Одна из главных партий — Нурида (Лилия Бережнова) — отличается глубоким драматизмом, сложной техникой и требует от балерины владения искусством перевоплощения, впрочем, этого требуют все партии балета. Нурида, жена царя Шахрияра (Сергей Уманец), танцуя, сначала выражала состояние одиночества, когда Шахрияр уехал на охоту, затем — нерешительность, боязливость, а закончила тем, что впала в распутство. Нурида вместе с рабами участвует в оргии — материализовавшемся пороке. Лилия Бережнова — очень яркая танцовщица, быстрая и легкая, с точными движениями, и в сцене безумного танца рабов она осталась и царицей, и прима-балериной.

Ещё одна главная героиня — Шехерезада (Анна Самострелова) — в первом дуэте нарочито медлительна, она знает, что на рассвете её казнят, и никуда не торопится, начиная рассказывать сказки царю Шахрияру. А в монологе демонстрирует восточную негу, соблазнительность и всё крепнущую уверенность в себе. Анна Самострелова прекрасно справилась со сложностью хореографии и сумела передать всю гамму чувств и состояний своего персонажа. Замечательная находка постановщиков (костюмы Петра Окунева, он же автор декораций): на протяжении спектакля, а точнее, по мере того, как Шахрияр увлекся сначала сказками, а потом и сказительницей, костюмы Шехерезады меняются несколько раз, показывая, что проходит большой промежуток времени (1001 ночь), с каждой сменой они становятся богаче и красочнее, и косвенно демонстрируют, как растет расположение Шахрияра к Шехерезаде.

Сергей Уманец — Шахрияр — подвижный, очень техничный артист, с уверенными, мощными прыжками и виртуозными вращениями. Он также проявил себя как прекрасный партнер в дуэтах — его поддержки надежны и красивы. Уманец скупо, но выразительно, как и положено царю, вел и драматическую линию своей партии. Разъяренный изменой жены с рабом, а потом потерянный и страдающий, он в хитросплетениях сказок Шезерезады вновь обретает жизнь.

В Приморской труппе — многочисленный мужской кордебалет, что большая редкость для балетных трупп, и Эльдар Алиев щедро наделяет его разнообразными и непременно сложными танцами. Яркий пример этого — танец лучников, в котором принимают участие 24 артиста, где перед публикой предстаёт четкий, выверенный строй лёгких, нервных, готовых сорваться с места арабских скакунов и всадников (скакуны — в воображении зрителей), готовых идти за своим повелителем.

Превосходна по своей театральности сцена восточного базара: он полон красок, шума, веселья, обмана. Здесь и торговцы фруктами и всякой всячиной, и вельможа, покупающий наложниц. Появляется Принцесса Будур (Анастасия Балуда), и все падают ниц. И только Аладдин (Гилерме Джунио) поднимает голову и смотрит на красавицу-принцессу. В сцене базара есть и динамика, и скорость, и юмор, и связующая плавность в танцах.

Красочные, многочисленные и настоящие (не условные) декорации Петра Окунева и невероятное разнообразие костюмов (более двухсот) делают пиршество танцев в «Тысяче и одной ночи» феерическим.

В балете «Тысяча и одна ночь» при том, что он очень насыщенный, выдержан удивительный баланс: всего в нём ровно столько, сколько предполагает музыка и безупречный вкус хореографа, поэтому смотрится спектакль на одном дыхании и завершается стоячей овацией.

Следующим гастрольным гостем стал «Корсар» Адольфа Адана, который был показан на исторической сцене Мариинки. Симфоническим оркестром Мариинского театра дирижировал Антон Торбеев. Эльдар Алиев сделал свою редакцию либретто Жюля Анри Вернуа де Сен-Жоржа и Жозефа Мазилье и создал новую хореографию с использованием фрагментов хореографии Мариуса Петипа. Ещё каких-то двадцать-тридцать лет назад балет прекрасно обходился без видео, но XXI век сказал своё слово: шторм и терпящий бедствие, но выживший корабль — шикарное кино-зрелище — предваряет танцевальную часть балета. И опять восточная тема: рыночная площадь в Адрианополе, где Сеид-паша (Сергей Зототарёв) выбирает девушек для своего гарема.

А на площади танцует многочисленный мужской кордебалет (редкость, как я уже отметила выше) и очень радует не только своим мастерством, но и самим фактом своего существования. В партии корсара Конрада (Канат Надырбек) впечатляющие прыжки перемежаются виртуозными вращениями и мягкими элементами классического танца. Эльдар Алиев создает чрезвычайно интересную хореографию. В частности, мужские танцы, какими бы быстрыми они ни были, и какими «силовыми» элементами не были бы насыщены, всегда остаются очень элегантными, а в мужских характерах неизменно присутствует доблесть.

Но и женские танцы — как Медоры (Ирина Сапожникова), так и Гюльнары (Лилия Бережнова) очень затейливы и изящны, а солистки как нельзя лучше подходят для образов своих героинь. Прекрасен женский кордебалет в одном из самых знаменитых образцов классической хореографии — картине «Оживлённый сад», от которого глаз не отвести. Хореография Эльдара Алиева не лишена юмора (например, комично ведет себя в гареме Саид-паша), а юмор в балете — привилегия не каждого хореографа. В «Корсаре» сохранены все шедевры прошлых редакций в хореографии Петипа: трио одалисок, па д’эскляв, главное па-де-де спектакля, известного как па- де-де Медоры и Раба, вариации Медоры, характерный танец Форбан. Всё остальное идёт в хореографии Алиева.

Изумительно красивые декорации Семена Пастуха и костюмы Галины Соловьёвой в совокупности с танцами сделали постановку живописной и сочной. Публика отдавала должное постановщикам и исполнителям, многократно аплодируя по ходу спектакля.

Завершила гастроли приморцев «Спящая красавица», балет-феерия на либретто Ивана Всеволожского и Мариуса Петипа по сказкам Шарля Перро. Хореография Мариуса Петипа в редакции Константина Сергеева (1952) и Эльдара Алиева (2017). Дирижёр Антон Торбеев. Изысканные сказочные декорации и костюмы создал Вячеслав Окунев.

Спектакль по широко известной сказке принимал Мариинский-2 (Новая сцена). Если в спектакле гости со всего королевства съехались во дворец короля на празднование рождения принцессы Авроры (Ирина Сапожникова), то публика, стосковавшаяся по очень редко идущему в Мариинском театре балету, несмотря на пандемийные сложности, съехалась на гастрольный спектакль в максимально возможном в условиях ограничений количестве. За ковидный год люди устали от стрессов и запретов и пришли посмотреть на красоту. А красоты в «Спящей красавице» очень много: и музыка Петра Ильича Чайковского, и декорации (интерьеры королевского дворца как-никак!), и костюмы Принца (Канат Надырбек), Принцессы Авроры (Ирина Сапожникова), многочисленных фей (Фея сирени — Катерина Флория, злая фея Карабос — Юрий Зиннуров и другие), и короля (Василий Неплюев) и королевы (Алиса Содолева) и, конечно, танцы.

Эльдар Алиев создал сюиты добрых фей и сюиты феи Карабос для кордебалета (в прологе) – изысканно элегантные и очень сказочные; в 1-м акте — вальс, но, к сожалению, в период пандемии привлечь в этот номер детей оказалось невозможным. Во 2-м акте — очень выразительная сцена Карабос со свитой и битва Принца Дезире с Карабос. Остальные номера шли в компоновке Алиева (надо сказать, что очень удачной), но хореография Петипа-Сергеева сохранена. В 3-м акте хореография Алиева включала полонез, развернутый дуэт Золушки (Дарья Тихонова) и Принца Фортюне (Алексей Голубов) и мазурку кордебалета. Общая мазурка с персонажами сохранена в версии Петипа-Сергеева.

Конечно, хореография Мариуса Петипа прекрасна и вечна, как вечно искусство классического балета. Редакция «Спящей красавицы» Константина Сергеева — выразительна, элегантна и уже тоже стала классикой. Но время идет вперёд, балетная классика вбирает в себя новые имена, и одно из них — Эльдар Алиев. Он ставит настолько соответствующие мелодии движения действующих лиц, что я ловлю себя на мысли: «Откуда он это знает? Как он понял, что здесь должно быть именно так?». Алиев своей хореографией делает музыку ещё более выразительной, живой, зримой, она словно обретает иное, обновлённое «тело». А зрители — яркие, надолго запоминающиеся впечатления.

Фото Наташи Разиной / Мариинский театр

реклама

вам может быть интересно

На фоне Вагнера Классическая музыка