«Органные сезоны во “Дворце на Яузе”» – это дневные субботние и воскресные концерты. Они начинаются в 16.00 и проходят в уютной, почти домашней обстановке фойе второго этажа. Пространство этого «зрительного зала» весьма необычно: по типу центрального нефа античной базилики оно ограничено с четырех сторон мощными столбами-колоннами, явно взывающими к стилю тяжеловесного и капитального «сталинского ампира». Сочетание монументальной парадности интерьера и камерности его масштабов как раз и создают ту неповторимую доверительно-возвышенную атмосферу восприятия музыки, возвращаться в которую хочется снова и снова. Остается только сказать, что места для публики в этом необычном для слуха и восприятия музыкальном пространстве располагаются по трем сторонам квадрата названных колонн, а также на верхнем опоясывающем балкончике а-ля loggione.
«Классика» итальянского балета и неоклассика Баланчина
Спектакли балетной труппы «Ла Скала» — существенно менее брендовая, чем оперная, но, всё равно весьма важная составляющая миланского театрального сезона. С искусством достаточно обновившейся в последние годы балетной труппы «Ла Скала» мы могли познакомиться сравнительно недавно, не покидая пределов родного Отечества: как известно, вторые по счету московские гастроли балета «Ла Скала» состоялись в декабре прошлого года на Основной на сцене Большого театра.
Очередной концерт Иркутского губернаторского симфонического оркестра под управлением Илмара Лапиньша прошел в содружестве с солистом-пианистом Константином Сероватовым: музыканты представили публике зрелые опусы В. А. Моцарта и последний фортепианный концерт С. С. Прокофьева.
Открывшая концерт увертюра к опере «Дон Жуан» В. А. Моцарта от первых «командорских» до последних торжественно-официозных тактов в интерпретации И. Лапиньша создаёт ощущение фаталистичности и давящей глубины.
10 апреля 2012 года Московский музыкальный театр «Геликон-опера» под руководством Дмитрия Бертмана отпраздновал свое 22-летие.
Известный своей креативностью коллектив, в соответствии с традицией, отметил день рождения гала-представлением, которое каждый год создается специально для праздничных торжеств и больше никогда не идет. На этот раз тема постановки была обозначена как «Басовый ключ» (дирижер – Владимир Понькин, режиссер – Илья Ильин).
Предлагаем нашим читателям спорную, неоднозначную рецензию нашего постоянного автора. Разделять или нет основную идею этой филиппики Александра Курмачёва — персональное дело каждого: редакция предпочитает хранить молчание.
Лично мне эта опера Прокофьева всегда доставляла массу зрительских неудобств: как слушатель я могу вынести многое, но вот как зритель, считающий оперный жанр высочайшей театральной формой, художественно-технологической вершиной того, что вообще можно вообразить на сценических подмостках, я всегда воспринимал «Любовь к трём апельсинам» как художественное недоразумение.
Феномен триумфа одной отдельно взятой немецкой оперы в Италии
В «прологе» моей «личной истории» была «засмотренная и заслушанная до дыр» – единственная в моей видеотеке запись «Женщины без тени» в постановке Баварской государственной оперы с дирижером Вольфгангом Заваллишем, сделанная на гастролях этого театра в Японии (Нагоя, 1992). Но понятно, что подобного рода музыку (как и музыку «многокилометровых опусов» Вагнера) надо непременно слушать вживую и «смотреть» в оперном театре… Со мной это впервые произошло в Москве в феврале 2010 года, благодаря гастрольному – по линии «Золотой маски» – показу на Новой сцене Большого театра мариинской постановки 2009 года: маэстро Валерий Гергиев, стоявший тогда за дирижерским пультом, просто не оставил иного выбора, как влюбиться в «Женщину без тени» окончательно – влюбиться всерьез и надолго.
Самая венская и самая женская опера Р. Штрауса, «Кавалер розы» — произведение настолько же несерьёзное по форме, насколько глубокое по содержанию: десятки пародийных реминисценций, цитат и коллизий, составляющих литературно-музыкальную ткань этого шедевра, в излюбленной Р. Штраусом игривой манере карнавального балагана, вступая в эмоциональную оппозицию тем смыслам, которые сами же и выражают, серьёзно препятствуют восприятию магистральной идеи этого произведения слушателями, далёкими от культурного контекста, в котором создавалась эта опера.
На первый взгляд, «бутафорский» конфликт формы и содержания, который Р. Штраус впоследствии использовал как основной художественный приём и в знаменитом «Каприччио» (а местами следы этого дисбаланса легко обнаруживаются и в «Саломее», и в «Женщине без тени»), кажется нарочитым, но его китчевая составляющая — лишь иллюзия
5 апреля в Большом театре России, на его исторической сцене состоялся торжественный гала-концерт, посвященный юбилею народной артистки СССР Маквалы Касрашвили. Напомним, что 13 марта знаменитой солистке Большого исполнилось 70 лет, из которых она уже 46 выходит на сцену главного оперного театра России. Юбилейный гала — в большинстве случаев не повод для рецензий: даже если что-то критика и не удовлетворяет, в праздничной атмосфере лучше уж не подливать своей ложки дёгтя. Но мы и не будем – лишь хотим, присоединяясь к многочисленным поздравлениям, летящим весь этот месяц к певице со всех концов России и мира, рассказать нашим читателям об этом праздничном мероприятии.
Как Москва слезам не верит, так и Лондон не завоевать так просто. Из трех русских театров, посетивших Лондон сравнительно недавно — «Современник» в феврале и Мариинский балет в июле-августе прошлого года, а также балет Бориса Эйфмана, только что завершивший свои гастроли, снискать лавры удалось разве только русскому классическому балету, то есть — Мариинке. Но и то не все спектакли были оценены критикой и зрителями равноценно.
«Анне Карениной» не повезло ни в мариинской версии (музыка Родиона Щедрина хореография Алексея Ратманского, сценография Михаила Мелбая), ни в эйфмановской (хореография Бориса Эйфмана, музыка Чайковского).
С тех пор как Владимир Кехман стал руководить Михайловским театром в Петербурге, многое изменилось в этом оперном доме. Одно из видимых изменений — это активность театра по самым различным направлениям, которая возросла многократно. Резко усилился пиар, Михайловский теперь рекламирует себя весьма агрессивно и повсеместно, что в эпоху упадка интереса к классическому искусству вовсе и незазорно. Усилились международные и внутрироссийские контакты театра — к работе в нем активно привлекаются постановщики и артисты со всех концов мира, что также нельзя не приветствовать. Наконец, увеличилась и гастрольная активность коллектива. В особенности это коснулось Москвы — за последние годы труппу Михайловского театра здесь видели неоднократно.
Голландская классическая певица Анриетте Схенк выступает 11 апреля в известном московском клубе и театре «Мастерская» с программой из зонгов Курта Вайля.
Музыка знаменитого немецкого автора так называемых антиопер нечасто исполняется на московских сценах. Тем более стоит его послушать в аутентичной атмосфере блистательного немецкого кабаре 20-х — 30-х. Именно такая атмосфера воссоздается в музыкально-театральной постановке Und ich liebe dich so!, рассказывающей о непростых взаимоотношениях композитора с его музой и (по совместительству женой), прославленной певицей Лотте Ленья. В роли Курта Вайля — голландский писатель и журналист Мишель Криларс.
Рецепт вечной молодости? Возможно, он все-таки существует.
Максим Федотов продирижировал в Капелле Тройным концертом и Четвертой симфонией. Композитору было 33-34 года, когда он создал Тройной концерт для скрипки, виолончели и фортепиано, но музыка звучала так, будто Бетховен был тогда гораздо моложе. Будто было ему лет двадцать с небольшим, возраст, когда все двери кажутся открытыми, – так свободно и раскованно текла мелодия. Если бы можно было сравнить это исполнение Ильи Иоффа, Алексея Массарского, Игоря Урьяша и оркестра Капеллы с выложенными в Сети записями мастеров второй половины прошлого столетия!
В Большом зале Московской консерватории в рамках III фестиваля Мстислава Ростроповича в исполнении Лондонского филармонического оркестра под управлением его главного дирижера Владимира Юровского прозвучала музыка С.С.Прокофьева к спектаклю Таирова «Египетские ночи» и «авторизованная» версия оратории «Иван Грозный», составленная другом Прокофьева Левоном Атовмьяном и впервые исполненная в таком виде в России.
Несмотря на то, что гениальная музыка Прокофьева к спектаклю Александра Таирова не исполнялась в Москве с 1934 года, а представленная в сегодняшней программе версия оратории «Иван Грозный» вообще должна была прозвучать впервые, особого слушательского ажиотажа это событие не вызвало
«Война и мир» С. С. Прокофьева относится к тому классу произведений для музыкального театра, которые чаще всего определяют такими эпитетами как «глыба», «титан», «эпопея» и пр. Это всё совершенно справедливо и тому есть объективные причины. Первая — это литературная основа этой оперы: одноимённый роман Л. Н. Толстого ещё в большей степени заслуживает таких же эпитетов. Вторая — продолжительность самой оперы, огромное количество музыкального материала, написанное для неё композитором: Прокофьев и его супруга и либреттист Мира Мендельсон взялись за практически невыполнимую задачу — положить на музыку весь толстовский роман-эпопею. Конечно, многочисленные философские отступления великого русского писателя, его описания природы и характеров персонажей при самом горячем желании положить на музыку невозможно. Но и лирику, и драматизм, и героику авторы попытались втиснуть в условности оперного жанра.
Как следует из подзаголовка настоящего обзора, для Государственной академической симфонической капеллы России п/р Валерия Полянского нынешний концертный сезон – юбилейный вдвойне. Любопытно, что на этот раз в программе фирменного оперно-филармонического абонемента Госкапеллы на сцене Концертного зала имени Чайковского безраздельно царит музыка Верди. И если истинных меломанов, всегда жаждущих в концертных исполнениях внимать наиболее «вкусному» и как можно менее заезженному репертуару, удивить такими заявленными на сезон названиями, как и «Реквием», давно уже проблематично, то «Сила судьбы» продолжает оставаться партитурой, которой не только широкая публика, но и сама «каста» истинных меломанов явно пока еще вдоволь не наслушалась.
