Сюжет, достойный кисти Айвазовского

Александру Михайлову — 60

Александр Михайлов

Мальчишка жил в далеком Забайкалье, на станции Степь. В поисках «воли» частенько сбегал к цыганам, однажды два месяца провел в таборе. А потом случайно открыл журнал «Огонек» с репродукцией картины Айвазовского. И, по собственному признанию, «ошалел» от величия незнакомой стихии. Окончив семилетку, уговорил мать переехать во Владивосток. В мореходное училище не приняли по возрасту, пришлось идти в ремесленное. Но работать на заводе слесарем не захотел. Саша Михайлов нашел капитана судна «Ярославль» и, бухнувшись на колени, упросил взять в команду. В шторм привязывал себя канатом к борту и хохотал, избиваемый волнами, захлебываясь ощущением Великой Стихии.

И снова случайность. Александр попал на дипломный спектакль Дальневосточного института искусств. Играли чеховского «Иванова». И подхватил театральный вирус, от которого уже не смог избавиться никогда. По счастью, в это время институт объявил дополнительный набор. Несостоявшийся «морской волк» 21 года от роду стал студентом. Ночами приходилось работать грузчиком в порту. В 1969 году Михайлова приняли в труппу Владивостокского драматического театра имени Горького с дебютной ролью Раскольникова.

Через год он оказался в Саратовском театре драмы, где продержался 10 лет, взяв многие репертуарные высоты — Мышкин в «Идиоте», Вершинин в «Трех сестрах». И уже тогда притягивал публику не только внешней фактурой, но внутренней исповедальностью, доверительностью. Из Саратова впервые шагнул на киноэкран — «Это сильнее меня», «Приезжая», «Белый снег России».

На съемках познакомился с Всеволодом Якутом, ведущим актером московского Театра имени Ермоловой, и тот предложил Михайлову попробовать счастья в столице — показаться главному режиссеру театра Владимиру Андрееву. Совету последовал и в 1980 году стал актером столичным. Ему 35. Играет в пьесах Чехова и Островского, Шоу и Бунина, везде ища живое, человеческое, современное. Его лучшей ролью в Ермоловском театре останется Астров в «Дяде Ване», которого он позднее сыграет и на сцене Малого театра.

Между тем, кино сделало его всенародным любимцем, особенно после выхода таких картин, как «Мужики», «Любовь и голуби», «Змеелов», «Одиноким предоставляется общежитие». Но в 90-х киноактивность Михайлова заметно снизилась. Изменились время и статус экранного героя, который артиста перестал устраивать: «Роли суперменов мне не интересны. Не люблю культ силы и мускулов». Хотя несколько лет назад он дебютировал как кинорежиссер, сняв грустную и сентиментальную картину «Только не уходи...».

В 1985 году вслед за Андреевым, которого позвали в Малый театр, Михайлов вступил на старейшие подмостки. Он остается здесь и сегодня, хотя играет непозволительно мало ролей. Их всего три — Иоанн Грозный, Дорн и Астров. Роль Грозного — любимая. Темперамент Михайлова разыгрался здесь в полную силу. Ходили слухи, что на репетициях актеры опасались быть до смерти забитыми грозным самодержцем. Но коробило артиста слово «смерть» в названии спектакля — «Смерть Иоанна Грозного». Пошел к руководству театра с просьбой название изменить. Его не поняли, сочтя, что артиста посетила «звездная болезнь». А потом случилась беда — после шестого спектакля Михайлова чудом успели доставить в реанимацию. Полгода он пролежал в Институте Склифосовского, перенес две операции, потерял 18 килограммов. Название спектакля изменили...

На встречах со зрителями, которые Михайлов очень любит, он часто поет русские романсы, казачьи песни, вещи православные. Он человек верующий. Объездил с концертами всю российскую глубинку, выступает в тюрьмах. Михайлов считает, что нужно строить храмы, тем самым остановив гражданскую войну, которая, по его мнению, давно идет внутри нас, русских. «Россию нужно поднимать с колен» — это тоже его слова.

Ирина Алпатова

Тип
Раздел

реклама

вам может быть интересно