Песня, ставшая судьбой

К юбилею Александры Пахмутовой

Время отщелкивает свой ритм неумолимо. Вот уж и Александре Николаевне Пахмутовой стукнуло... неважно, сколько именно, но немало. В консерватории она получила солидное академическое образование. Еще студенткой стала автором получивших известность произведений — «Русской сюиты», кантаты «Василий Теркин», концерта для трубы с оркестром. Однако чистого симфониста из нее не вышло. Ее судьбой, ее призванием оказался иной жанр — песня. Три минуты звучания, три-четыре куплета, запев-припев. Три минуты, за которые надо сказать столько, сколько писатель вмещает в повесть, а драматург — в акт пьесы...

Эта трансформация симфониста в «песенника» прошла как-то плавно, почти незаметно. В 1956 году Александра Николаевна закончила аспирантуру, а уже через два-три года становятся широко известными ее первые песни, в том числе «Тревожная молодость» на стихи Л.Ошанина — с мелодией необычайной остроты и свежести, песня, открывшая в советской музыке совершенно новую страницу.

Обычно песни определенного периода (скажем — десятилетия) чем-то родственны, близки мелодико-ритмическими оборотами, попевками, гармоническими связками. Существовал даже особый термин: «бытующая интонация». Живет этот интонационный набор не так уж и долго: через какое-то время стирается, «отрабатывается», превращается в ходовой штамп; свою роль он сыграл — и появляется необходимость в новом «строительном материале». Далеко не все композиторы, впрочем, способны генерировать этот новый, постоянно нарождающийся интонационный фонд. Пахмутова же оказалась именно активным «генератором»; готовыми песенными кирпичиками почти не пользовалась, ее мотивы были каждый раз новыми и свежими. Что не значило, что интонационных источников у нее не было. Нет, она тоже опиралась на определенные схемы. Прежде всего — на песенную традицию революционных лет, на такие мелодии, как, скажем, «Орленок» В.Белого или на частушки («Яблочко» и «Проводы»). Затем — на традицию, уже сформировавшуюся к исходу 50-х, но далеко не всеми в те годы расслышанную — мир молодежной гитарной песни, преимущественно туристской, походной и «костровой», идущей от когановской «Бригантины», от «Гренады» и популярного «Глобуса» (мелодия А.Галича на стихи М.Львовского). Пахмутова переняла романтический настрой этих незамысловатых мелодий, их теплоту и искренность.

Еще одним из ее интонационных источников стала русская городская песенная лирика, раздумья и «страданья» под баян или аккордеон. И наконец, она использовала ту новую, непринужденно-речевую интонацию, которая появилась у некоторых наиболее чутких исполнителей тех лет (в 1956 году М.Бернес писал: «Есть песни, которые поют, обращаясь к каждому слушателю, так, как будто между вами одними идет задушевная беседа, как будто вам нужно передать вашему другу что-то очень важное, заветное... Я всегда стараюсь перевоплощаться в человека, от имени которого песня поется»). Тематика пахмутовских песен конкретная, сегодняшняя, узнаваемая; это групповые портреты людей, чьи профессии связаны, как правило, с риском, трудностями, поиском, испытанием на излом, рассказы о конкретных событиях, данные в доверительно лирической, личной интонации, идущей как от самодеятельной молодежной песни, так и от трошинско-бернесовских монологов, баллад и речитативов.

И еще одна особенность — Пахмутова никогда не пользовалась слабыми текстами, поэтическая основа ее песен крепка и точна. «Тревожная молодость» впервые убедительно продемонстрировала силу этого нового музыкально-поэтического сплава. В мелодии песни — суровый маршевый шаг, «распетая фанфара» первых тактов, негромкий хор припева, два сильных интервальных хода (мелодические броски на октаву вверх). Все это вносило в музыку обобщенный образ дали, мятежно-романтическую атмосферу.

Первым исполнителем «Тревожной молодости» стал актер МХАТа Юрий Пузырев. А затем ее подхватила молодежь — геологи, студенты, туристы, строители...

...Найдя свой путь, Пахмутова начинает расширять и разрабатывать тему. В 1959 году появляется «Марш молодых строителей», вслед за ним — «Песня геолога». А затем наступили романтические 60-е. И вместе с ними — сибирская тема, цикл «Таежные звезды». Это было дальнейшее и все более глубокое исследование темы романтических странствий, поиска и борьбы, заданных «Тревожной молодостью». Но материал был уже, что называется, из первых рук: новый цикл писался по личным впечатлениям. Вместе с поэтами С.Гребенниковым и Н.Добронравовым Пахмутова побывала на строительстве Братской ГЭС и других энергетических гигантов Сибири. Внешне это был как бы ответ на социальный заказ — дать песню молодым строителям. Но писала Пахмутова по велению сердца: она была восхищена энергией и жизнелюбием молодых сибиряков. В 1962-63 годах появляется ожерелье ее великолепных мелодий: «Главное, ребята, сердцем не стареть!», «Девчонки танцуют на палубе», «ЛЭП-500», «Марчук играет на гитаре...» Эта тема навсегда становится для композитора своей, личной.

Земные странствия находят продолжение в звездных и космических (циклы «Обнимая небо» и «Созвездие Гагарина»). Одной из лучших баллад в этих циклах становится «Нежность» — внутренний монолог человека, остро переживающего расставание. Обращается Пахмутова и к своей излюбленной теме странствий, дальних расстояний, согретых теплом человеческих сердец, находя как бы еще один, новый взгляд на них. В 1972 году появляется ее новая песня «Надежда». Ее пели многие артисты, в том числе и любимые, но подлинным ее открытием стало прочтение «Надежды» польской певицей Анной Герман. Она исполняла эту задумчивую мелодию с какой-то особой горечью, с «трещинкой в сердце», придавая ей глубину и как бы второй план.

Эту песню считали своей все — летчики, геологи, космонавты... Люди любой профессии, связанной с поездками, полетами, длительным отрывом от дома. Слова «Здесь, на неизведанном пути, ждут замысловатые сюжеты» сделала «Надежду» даже чем-то вроде «гимна журналистов». В который уже раз адресат оказался бесконечно широким.

А в 70-х годах в песенном творчестве Пахмутовой зазвучали и новые образы, и новые темы — детские, военные («Горячий снег», «Малая земля»). Появляются и первые работы для ВИА и рок-групп. Ряд песен был написан для ансамблей «Надежда», для «Песняров» («Белоруссия», «Беловежская пуща»). Широкую популярность приобретает героическая баллада «Как молоды мы были», сделавшая имя певцу Александру Градскому. Наконец, к Московской Олимпиаде 1980 года был написан такой лирический шедевр, как «До свиданья, Москва!» А для программы «Новогодний аттракцион» композитор подготовила две песни. Для элегантного «мушкетера» Михаила Боярского — «Будем вместе», а для пластичного Валерия Леонтьева — «Сердце человека» (второе название — «Дискотека»).

Мы не знаем, над чем работает Пахмутова сегодня. Над лирической песней, над танцевальным шлягером, над очередным номером космического цикла. Одно лишь очевидно: это будет, как и прежде, что-то яркое. Пустоцветов фирма Пахмутовой не выпускала в свет никогда.

Аркадий Петров

Тип
Раздел
Персоналии

реклама

вам может быть интересно

Радость по-мацуевски Классическая музыка

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»


смотрите также

Реклама