Подарки для Терпсихоры

Юкка-Пекка Сарасте выступил с Национальным филармоническим оркестром России

06.04.2006 в 13:10

Очередной концерт Национального филармонического оркестра России провел известный финский дирижер Юкка-Пекка Сарасте. Он представляет то же музыкальное поколение, что и Эса-Пекка Салонен — самый, наверное, знаменитый сегодня финский дирижер. Более того, оба в свое время работали бок о бок в ансамбле современной музыки «Avanti!». Два маэстро близки по пониманию музыки, по склонности решать свои концерты в едином художественном ключе. Разве что Сарасте, в отличие от Салонена, не увлекается композицией и не включает в программы концертов собственные произведения.

Впрочем, идея абонементного цикла «Музыка „Русских сезонов“ Сергея Дягилева», в рамках которого состоялся приезд Сарасте в Москву, не предполагает инородных включений. Однако даже в заданных рамках дирижеру удалось составить оригинальную по своей внутренней логике программу. Из пестрой музыки дягилевских «Русских сезонов» Сарасте выбрал сочинения двух композиторов — Игоря Стравинского и Рихарда Штрауса. Для русской аудитории эти фигуры вряд ли принадлежат к единому логическому ряду. Наверное, это тот случай, когда со стороны виднее. Экспрессионистские музыкальные драмы, которым Штраус отдал дань в начале XX века, в истории театра зарифмованы с ранними балетными партитурами Стравинского, особенно «Весной священной».

Однако ни Штраус, ни Стравинский не были представлены в программе концерта своими каноническими произведениями. «Фейерверк», «Песнь соловья» и «Аполлон Мусагет» рисуют другого Стравинского — сначала ученика и последователя Римского-Корсакова, а затем одного из провозвестников неоклассицизма. Открывавшая концерт симфоническая фантазия «Фейерверк» была в свое время послана Стравинским Римскому-Корсакову, однако уже не застала адресата в живых. В ней ученик словно отчитывается перед учителем в овладении мастерством. От «Фейерверка» уже рукой подать до красочной звукописи «Жар-птицы», однако встык с ним в первом отделении концерта прозвучал созданный через двадцать лет «Аполлон Мусагет». Это произведение настолько прочно связано в сознании с хореографией Баланчина, что в обстановке концерта многое открываешь будто заново. Сохранив дансантность, дирижер вывел музыку балета далеко за рамки аккомпанемента танцующим. И стало понятно, что композитора вполне можно считать соавтором баланчинской балетной революции — аполлонически сдержанная хореография рождается под влиянием новой музыкальной ритмики. Терпсихора, одна из трех муз, сопровождающая в балете Мусагета, получила от композитора отличный подарок.

Наверное, только в концертном звучании можно по-настоящему оценить и ту формальную задачу, которую поставил перед собой композитор. Ограниченный заказчиком в размере оркестра, Стравинский использовал в «Аполлоне» только смычковые инструменты. «Какая это радость — окунуться в многотембровое благозвучие струн и насытить им мельчайшие частицы полифонической ткани», — в написанной через несколько лет после завершения партитуры «Хронике моей жизни» композитор вспоминает о проделанной работе с явным удовольствием. Струнные Национального филармонического справились со своей задачей на «отлично», мастерски передав прописанные автором нюансы тембров.

Второе отделение началось с симфонической поэмы «Песнь соловья». Если «Фейерверк» стал балетом лишь спустя годы, то «Песнь соловья» создавалась с расчетом на сценическую реализацию. Однако в данном случае балетной революции не случилось. Перерабатывая по заказу Дягилева музыку своей оперы «Соловей», Стравинский создал произведение красочное, но внутренне статичное. Публика имела возможность убедиться, что помимо отлично укомплектованного состава НФОР обладает и первоклассными солистами во всех группах, благо «Песнь соловья» и прозвучавшая следом симфоническая поэма Рихарда Штрауса «Веселые проказы Тиля Уленшпигеля» содержат сольные партии буквально для каждого из инструментов симфонического оркестра.

«Тиль Уленшпигель» стал последней постановкой Вацлава Нижинского. Музыка, написанная еще в 1895 году, буквально перенасыщена программными элементами. Живое, бурлескное произведение завершается почти как «Петрушка» Стравинского: вздернутый на виселице главный герой посылает свой прощальный привет из глубин оркестра.

Финский дирижер завершил свой концерт одним из самых известных произведений своей родины. На бис прозвучал «Грустный вальс» Сибелиуса. Ведь даже самому прогрессивному и современному музыканту не чужда романтическая меланхолия.

Дмитрий Абаулин

После выдающегося концерта классической музыки, доставившего истинное наслаждение меломану, приятно поздравить артиста букетом цветов! Закажите доставку цветов в Москве курьером на дом или непосредственно к концертному залу. Интернет-магазин My-present.ru работает круглосуточно.

реклама

вам может быть интересно

Три юбилея и один Гергиев Классическая музыка

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама