Алексей Скавронский: полёт духа и объяснение в любви

На юбилейном концерте известного пианиста и профессора РАМ имени Гнесиных Алексея Скавронского царила музыка. Маэстро вышел на сцену в ослепительно-белом костюме, словно наперекор нынешней серенькой промозглой погоде, и своей эмоциональной игрой буквально согрел зал. Для своего личного праздника он выбрал самых близких и любимых композиторов: Шопена и Скрябина.

Пианист нашел для обоих авторов особые краски, звук и интонацию, интересные, нешаблонные трактовки, отражающие оригинальный взгляд Скавронского на эту музыку. Его интерпретация Шопена, скорее, листовского плана: очень масштабная, мужественная. Что касается туше, то под пальцами музыканта рояль говорит — Скавронский поразительно умеет расцветить каждую линию многослойной шопеновской фактуры. Парадный и в то же время окрашенный ностальгическим чувством Полонез до-диез минор, пряная красочная Баркарола, патетичный Этюд ор. 25 до-диез минор, который подкупил неожиданно доверительными нотками, интимной скорбью.

Контраст Шопену составили скрябинские произведения: два Этюда ор. 8 и Две поэмы ор. 32. Полетное и необычайно мягкое звучание рояля (в противовес достаточно интенсивному туше в Шопене) исключительно точно соответствовало утонченному характеру этой музыки. Даже порывистость Поэмы № 2 ор. 32 не переходила у Скавронского в дионисийское буйство: это был полет духа, устремленного в небесные сферы.

Завершил первое отделение «Мефисто-вальс» Листа. Популярное сочинение, где пианисты прежде всего находят повод блеснуть виртуозностью, Скавронский наполнил разнообразными звуковыми образами: мы словно оказались свидетелями сценки в трактире, где Мефистофель наигрывает на скрипке и издевается над «родом людским». И вновь (как и в Шопене) на ум приходили ассоциации с оркестровым звучанием, так богата и выразительна интонационная палитра этого замечательного артиста. Кроме того, хотелось бы отметить потрясающую пианистическую форму юбиляра: его техническое мастерство находится на такой высокой ступени, что воспринимается как нечто само собой разумеющееся. Все поставлено на службу содержанию, и лишь в каком-то особенно сложном месте подсознательно отмечаешь, как изящно и непринужденно его играет пианист.

Суммируя достижения 50 лет творческой деятельности — такова вторая дата А.Скавронского, — все поздравлявшие юбиляра отмечали три его ипостаси: концертную, педагогическую и просветительскую. Что касается первой, то цифра 4 тысячи концертов, данных пианистом, впечатляет. Просветительская и общественно-музыкальная деятельность юбиляра тоже весьма многогранна. От циклов «Беседы у рояля», где пианист выступал и как комментатор собственных программ, до нынешней плодотворной деятельности на ниве конкурсов. Плоды педагогической работы были представлены в третьей части юбилейного концерта, названной студентами Алексея Григорьевича «Музыкальным приношением любимому учителю». Сам маэстро с улыбкой говорит, что «преподает всего 15 лет, так что как учитель он еще очень юн». На самом деле приход в педагогику в зрелом возрасте имеет свои неоспоримые плюсы: накоплен богатейший исполнительский опыт и в то же время приходит осознание того, что главная задача данной профессии — помочь обрести ученику собственное «я».

Именно яркая индивидуальность и была прежде всего продемонстрирована питомцами «школы Скавронского». Пластичный пианизм и романтическая взволнованность отличали Скерцо до-диез минор, прозвучавшее в исполнении Михаила Берестенева. «Вечер» и Порыв" Шумана у Глеба Добарского порадовали изысканностью динамических и тембровых оттенков. Очень сосредоточенно и благородно прозвучало «Размышление» Чайковского у Татьяны Музавиной. Живая и обаятельная Гаяне Гаспарян запомнилась совершенно контрастными прочтениями Прелюдий Скрябина ор. 74 и двух Сонат Скарлатти: не так-то легко мгновенно перейти от мистических волхвований позднего Скрябина к лучезарным скарлаттиевским опусам, требующим искусной штриховой выделки. Гаспарян это блестяще удалось. Завершала концерт пианистка из Китая У Сяо Си, чутко претворившая в своих интерпретациях «Игра воды» Равеля и Вальса ля-бемоль мажор Шопена лучшие исполнительские приемы Скавронского.

А потом все студенты со сцены спели Учителю поздравление, объяснившись ему в любви. И это, наверное, стало самым ценным и дорогим подарком волнующего вечера.

Евгения Кривицкая

реклама

вам может быть интересно

Второй сезон как по нотам… Классическая музыка
Памяти Учителя Классическая музыка