Скрипка и мистические глубины

Сезон консерваторских концертов в Рахманиновском зале завершился примечательным вечером: скрипичные сонаты в исполнении Валерия Вороны (скрипка) и Вениамина Коробова (фортепиано). Два известных музыканта объединились в камерном дуэте и выбрали для совместного дебюта удачную программу. С одной стороны — мало звучащие опусы XX века, сонаты Пауля Хиндемита и Сергея Прокофьева, с другой — популярнейшая Соната Сезара Франка, фигурирующая чуть ли не в каждом втором концерте. Словом, есть чем завлечь и избалованных знатоков, и широкую публику. Три сонаты хорошо выстроились и в плане драматургии вечера: короткая двухчастная Соната in Es Хиндемита послужила своеобразным прологом перед монументальной фа-минорной Первой сонатой Прокофьева. А прозвучавшая во втором отделении Соната ля мажор Франка стала лирическим центром программы, перенеся слушателей в мир романтических грез.

В Москве Валерий Ворона чаще концертирует в роли художественного руководителя и дирижера Молодежного камерного оркестра — успешного проекта Фонда «Русское исполнительское искусство». С этим же коллективом выступает и как солист, но в сложнейшем скрипичном камерном репертуаре довелось его слышать впервые.

Как показалось, Валерия Ворону интересуют прежде всего психологические нюансы, скрытые в музыке. Этим были объединены три, на первый взгляд несхожие по стилистике сочинения. Но Ворона нашел общие точки соприкосновения: и во второй части Сонаты Хиндемита, и во многих эпизодах Первой сонаты Прокофьева, и, разумеется, в Фантазии-Речитативе из Сонаты Франка скрипка погружала публику в мистические глубины, уходя на предельное пиано. Умение наслаждаться тишиной, искать краски в тихой звучности — качество, достаточно редко встречающееся у нынешнего поколения скрипачей, предпочитающих «потрясать» аудиторию однообразной кантиленой и бессмысленной виртуозностью. В интерпретациях Валерия Вороны концептуальность и ее техническое воплощение были гармонично сбалансированы и поставлены на службу образу, на раскрытие подлинного замысла композитора.

Особенно оригинальной показалась трактовка прокофьевской сонаты: в ней часто подчеркивают эпичность, ищут национальные мотивы. Однако Ворона исполнил ее в ином ключе, подчеркнув прихотливую гибкость образных смен, символистскую недосказанность, предельно усилил тембровые контрасты. Этот артист великолепно чувствует и передает все интонационное богатство мелодики Прокофьева, насыщенность эмоциональной шкалы, умело выстраивает кульминационные зоны. Так, к примеру, большое впечатление оставило завершение второй части на мощном крещендо.

Хочется отметить и то, как слушала и реагировала публика на выступление Валерия Вороны и Вениамина Коробова. Музыканты мгновенно установили контакт с аудиторией, причем скрипачу не понадобилось прибегать для этого к внешним ухищрениям (как это опять же нередко случается у иных маэстро). Все было сказано и передано через музыку, через звучание скрипки и рояля. И наградой стали не только аплодисменты, но и искреннее выражение эмоций, которые слушатели поспешили высказать полюбившимся артистам прямо со сцены.

Евгения Кривицкая

реклама

вам может быть интересно

Фортепианные баталии Классическая музыка
Во власти страсти Классическая музыка

рекомендуем

смотрите также

Реклама