Евангелие от Гофмансталя

Петер Симонишек сыграл своего последнего Имярека в Зальцбурге

Екатерина Беляева, 03.09.2009 в 21:14

Пьесу Гуго фон Гофмансталя «Имярек» (немецкое название «Jedermann», то есть «каждый человек») сегодня мало кто в силах дочитать до конца. Она, или, вернее, ее архаичный текст, безнадежно устарела. Тема, которая затрагивается в пьесе, актуальность имеет и по сей день, но выражена она слишком высокопарно.

Сюжет примерно такой. Богу становится не по себе, когда он узнает, что люди не очень-то почитают его. Он решает послать к людям Смерть, чтобы она прошлась со своей косой по земле, кое-кого припугнула и тем самым вернула вещам их привычный ход. Один богатый человек совсем потерял совесть — рядом соседи умирают с голоду, а он собирается посвятить свое время тому, чтобы разбить прекрасный сад и ухаживать за ним. Должник приходит к богачу, чтобы просить отсрочки платежей, но он отказывает. И вот появляется мать этого богатого грешника, чтобы устроить для своего сына роскошной праздник. Все идет хорошо — вино рекой льется, красивые женщины окружают престарелого миллионера, вкусная еда, музыканты для него играют, и певцы поют.

Только вот незадача — в ушах Имярека звучит колокольный звон. Когда он заявляет об этих звуках в ушах, присутствующие находят это признаком высокой температуры. Обеспокоенный богач оборачивается, а за спиной его стоит незнакомый мужчина — это Смерть. Она просит его быть готовым к путешествию. Имярек в смятении — ему нужен кто-то, кто бы сопровождал его в этом последнем пути, но все, кого он много лет обижал, теперь отказываются ему служить. Перед лицом Смерти человек одинок. Далее, словно из табакерки, появляется Черт, и вот он-то готов предложить свои эскорт-услуги. По дороге богач встречает женщину, которая разделит с ним тяготы путешествия, если он вернется к Богу. Он соглашается и вскоре благополучно умирает в окружении любящих людей и с благословением священника. Очень поучительная история.

Этой пьесой Гофмансталь занимался много лет подряд, пока не явил ее свету в 1911 году. Она пролежала в неприкосновенности до 1920 года — ждала достойных интерпретаторов — гениального режиссера Макса Райнхардта и выдающегося актера на роль Имярека — Александра Моисси. Так получилось, что именно с того момента, как в Зальцбурге показали пьесу, моцартовский фестиваль, который был основан много раньше, получил статус ежегодного и обрел примерно такой вид, какой он имеет сегодня. И «Имярек» — первый и желанный ребенок драматической программы Зальцбургского фестиваля — буквально прирос к городу. Не в последнюю очередь благодаря Райнхардту, который безумно почитал этот текст и не хотел выпускать любимую игрушку из рук — его постановки продержались до 1937 года.

Люди, то есть зрители, также не теряли ни на миг интереса к тексту Гофмансталя. Понять их можно. Зальцбург только с виду кажется тихим буржуазным городком. В реальности он пережил много коллизий. Католиков сносили протестанты, а потом католики жестко обходились с евангелистами. Говорить о религии в Зальцбурге очень трудно — никто не может толком сказать, к какой вере он принадлежит, а для города, который был бы классической деревней с коровами и лошадьми, если бы тут не угораздило родиться великого композитора, важно все-таки верить во что-то одно надежно-конкретное. Так что «Имярек» выполняет роль своеобразного Евангелия от Гофмансталя. Для жителя Зальцбурга недопустимо не знать текста, не говорить о нем — сочтут язычником, не ходить на спектакль — сочтут некультурным, редко ходить — прослывешь жадным. Ходят не на все инсценировки — те, что были освистаны, быстренько снимаются и заменяются новыми.

Нынешняя постановка Кристиана Штюкля идет с 2002 года с неизменным успехом (не каждый год, правда, с перерывами). В роли Имярека — известный австрийский актер Петер Симонишек. Исполнители ролей Черта и Смерти меняются примерно раз в два-три года. Хорошим Чертом был в свое время Свен-Эрик Бехтольф, но в этом году он занят в «Преступлении и наказании», которое идет здесь в Зальцбурге на фестивале. Премьера «Преступления» прошла в прошлом году, но в нынешнем артистов поменяли. Более того, Свен-Эрик сам давно стал режиссером — в этом сезоне он вместе с Францем Вельзер-Местом триумфально завершил постановку вагнеровского «Кольца» в Венской государственной Опере (газета «Культура» писала о его «Зигфриде» из этого «Кольца»), а через три года и вовсе сменит Томаса Оберендера на посту руководителя драматической программы Зальцбургского фестиваля. Новый Черт (дебют Петера Йордана) очень симпатичный — он играет в такого по-свойски простого чертика, который то лапками посеменит, то шерсть почешет, то нищих пискляво начнет передразнивать. Это ужасно смешно, потому что в реальности актер играет почти голым, но на нем лежат добрые сантиметры грима, намеренно неравномерно нанесенные по телу.

Исполнять Смерть (еще один дебют этого лета — артист из Бремена Бен Бекер) тоже непросто, потому что Штюкль превратил Смерть в трансвестита со всеми особенностями такого образа: обнажены отдельные части тела, слои краски на лице и на волосах, ужимки, ухмылки и прочее. Кроме хорошей физической подготовки, у Бекера отменный голос: его Смерть так громко разговаривает с Имяреком, что стены трясутся. На самом деле нет ничего странного или смешного в том, что Смерть играет мужчина — немецкая смерть (der Tod) мужского рода. В старых постановках Смерть выглядела довольно занудным типом, и только Штюклю пришло в голову не пугать зрителей Смертью, а смешить. Черт и Смерть в его спектакле вызывают гомерический хохот, притом что они не анекдоты травят, а строгий текст Гофмансталя произносят. Все отдано на откуп артистам — любая импровизация с их стороны приветствуется.

А вот Имяреку режиссер прописал пафос — над главным героем нельзя смеяться. Петер Симонишек (сам по себе, видимо, очень склонный играть комедию) должен изображать важного господина, полного собственного достоинства. Если бы в спектакле Штюкля играл Олег Табаков, то он непременно бы превратил Имярека в Тартюфа, а зал помирал бы со смеху от одного его взгляда, а Симонишек другой — он в состоянии удержать зрителей в узде серьезности почти два часа, хотя харизма у этих людей — русского и австрияка, на мой взгляд, примерно одного формата. Симонишека весь город знает в лицо, у него нет возможности пройти по площади Райнхардта, где теснятся все фестивальные театры, незамеченным. Пожилые дамы останавливают его и жмут руку, вечно какие-то девчонки вокруг него крутятся. Люди явно расстроены, что он уходит с поста Имярека — со следующего года Симонишека сменит другой актер. У Симонишека, который, кроме Имярека, сыграл в Зальцбурге десятки больших ролей, огромные планы, связанные со съемками в кино. А постановка Штюкля, которую считают по мощи равной постановкам Райнхардта, останется еще на неопределенное количество лет — ее менять не будут. Даже если руководители феста захотят это сделать, они должны будут проводить серьезную подготовительную работу, чтобы отвлечь консервативных зальцбуржцев от их любимого удовольствия — ходить на «Jedermann» Штюкля.

В этом году повезло с погодой, и почти всех «Имяреков» сыграли на Соборной площади (в случае дождя играют в Фестшпильхаусе). Это означает, что вместо импровизированного театрального задника, зрители лицезреют великолепный фасад зальцбургского кафедрального собора. Мраморный апостол Петр и другие святые стоят на постаменте с золотыми ключами — они все становятся участниками спектакля.

Постановку Штюкля я в этом году видела впервые и согласна с теми, кто идет ее смотреть в который уже раз. Режиссер придумал очень умную форму — нечто среднее между средневековой мистерией, вертепным театром, античной драмой с музыкой и хором и уличным цирком с пожирателями огня, жонглерами и забавными трансвеститами в золотых латах. Ни один персонаж не зажат рамками режиссерской мысли. Наверное, во время репетиции актеры показывают свои этюды, и, если они хороши, режиссер, а он неизменно приезжает из Мюнхена в Зальцбург на все возобновления спектакля, включает авторские находки в общую канву. Эта свобода для артистов гарантирует постановке долгую жизнь, что замечательно. Только одно смущает — билеты на «Имярека» нужно покупать очень заранее. Лучше делать это зимой через Интернет.

реклама

вам может быть интересно

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама

Тип

статьи

Раздел

культура

Театры и фестивали

Зальцбургский фестиваль

Персоналии

Гуго фон Гофмансталь

просмотры: 752