Алексей Степанюк: «В музыке Чайковского есть тревога»

Алексей Степанюк

Международный фестиваль «Белые ночи» в этот раз решено открывать премьерой оперы Петра Чайковского «Пиковая дама» в постановке Алексея Степанюка. Она пройдёт в Мариинском театре 27, 28 и 29 мая. Самая таинственная опера Чайковского в трактовке тяготеющего к мистериальности режиссёра, умеющего «отнимать аромат у живого цветка», — постановка может быть сенсационной. А пока постановщик размышляет о Чайковском, схожести Германа и… Кармен и своём таинственном городе.

«Мы вступили в неспокойное время, как бы мы ни храбрились»

— Алексей Олегович, перед премьерой всегда интересно узнать: о чём режиссёр ставит спектакль? Наверняка вы согласитесь с тем, что того же «Евгения Онегина» можно поставить о любви Татьяны, а можно о невозможности счастья или загубленной дружбе Ленского и Онегина. О чём будет ваша «Пиковая дама»?

— Мне хотелось бы очистить оперу от надоевших клише, возможно, моих же. Сделать спектакль о моём городе, где перемешиваются бред и явь. «Пиковая дама» — очень петербургская опера. В музыке Чайковского есть тревога, и она созвучна тревоге сегодняшнего дня, сейчас в нашей жизни все зыбко, непонятно, мы вступили в неспокойное время, как бы мы ни храбрились. После того как Чайковский написал «Пиковую даму», прошло совсем немного времени, и в России полилась кровь, и это предчувствие трагедии есть в его музыке. Хотя композитор не думал о грядущей революции и не мог знать что-то подобное «Красному колесу» Солженицына. Но он, как всякий художник, не мог не ощущать зыбкую реальность, затаённую сумрачность, нависшую над Санкт-Петербургом. Наш город, возникший на болоте и на костях, странен, загадочен, страшен, мистичен. У него красивые фасады, но сумрачные закоулки, где живут привидения и сущности.

— Но премьера всё-таки пройдёт в последние дни весны…

— «Май жестокий с белыми ночами», — так писал о нашей весне Александр Блок. Нигде, наверное, так не мечтают о весне, как в Петербурге. Но белые ночи могут приходить со скорбью, зимние сердца людей могут чувствовать поэзию разрушения. Фантастическое и реальное, фатум — всё это есть в музыке Чайковского. Лиза, Герман, Графиня встретились однажды погожим днём в Летнем саду и поняли, что судьбы их фатально переплетены.

«Идея Германа — это идея диктатуры»

— Эта «Пиковая дама» уже не первая в вашей биографии?

— Шестая или седьмая, не помню. Но эта постановка в Петербурге, на сцене Мариинского театра, здесь столько разного рода именно петербургских ассоциаций…

— В одном из интервью вы сказали, что видите схожесть Германа и Кармен, — в чём она?

— Сейчас так я бы, наверное, уже не сказал. Хотя… Их объединяет то, что они оба идут по лезвию. Главное в Германе то, что он прошёл через любовь, через тоску. Его сверхценная идея — править миром, а это идея диктатуры.

— «Мы все глядим в Наполеоны»?

— Именно так! Желание власти над миром застилает ему глаза, рассудок его помутнён, и это нехорошо. Герман не ощущает реальности, спектакль мой и об этом. Люди в игорном доме — это люди, которые похищены.

— Вы идёте точно от музыки Чайковского?

— Да. Чайковский писал эту оперу и о себе — что скрывать? О любви, которая оборачивается к нему лицом, искажённым маской смерти. В жизни композитора, в его смерти было много загадок, мы до сих пор доподлинно не знаем, как он умер, лучше не будем об этом говорить. Он жил в доме на углу Гороховой и Малой Морской напротив дома Натальи Петровны Голицыной, пиковой дамы. Жуткое место. Неподалёку потом было здание ВЧК, где расстреливали людей. Обо всём этом тоже надо помнить.

— Кто автор сценографии в будущем спектакле?

— Я работаю с художником Александром Орловым, и мы пытаемся сделать спектакль-фантосмагорию: сумерки, блики, «темноводная Нева», как писала Анна Ахматова.

— Кто будет дирижировать на премьере?

— Все три премьерных спектакля за пультом будет Валерий Гергиев. Премьера по стечению обстоятельств пройдёт в День города. Нашего странного города.

Странные белые ночи с их желтоватым мучительным светом, неизбежно обнажающим уголки нашего подсознания. Сны, обманы и видения Петербурга. Маячащие где-то вдалеке «жолтые» окна, как написал бы Блок. Метания героев «Петербурга» Андрея Белого. Об этом режиссёр ничего не сказал, но, зная работы Алексея Степанюка, можно быть уверенным, что внимательному и чуткому зрителю будут предложены и аллюзии, и длинный-длинный ассоциативный ряд. Жестокие белые ночи мая — пожалуй, идеальное обрамление для премьеры «Пиковой дамы».

Татьяна Мамаева

реклама

вам может быть интересно