Сквозь влажных сумерек печаль

О концерте Молодежного оркестра Густава Малера на Зальцбургском фестивале 2021

Молодёжный оркестр Густава Малера, созданный в Вене в 1986 г. по инициативе Клаудио Аббадо, является сегодня одним из желанных гостей по всему миру. Этот интернациональный симфонический коллектив — первое содружество юных музыкантов (изначально верхняя возрастная планка для кандидатов была 26 лет) из Западной и Восточной Европы. О высочайшем уровне профессионализма оркестра говорить сегодня уже излишне: юным мастерам подвластно всё, достаточно взглянуть на репертуар и список всемирно известных дирижёров, работавших с коллективом. Это настоящая карьерная взлётная полоса для одарённых молодых ребят. Именно этот оркестр 19 июля открыл Летний Зальцбургский фестиваль 2021 г., в кратчайшие сроки подготовив сложнейший «Военный реквием» Бриттена, и неудивительно, что второй фестивальный концерт этого коллектива 24 августа 2021 также стал ярким событием фестивальной программы.

Музыканты представили симфоническую поэму Р. Вагнера «Зигфрид-идиллия», вагнеровские же Песни на стихи Матильды Везендонк в исполнении баритона Матиаса Гёрне и 7 симфонию Бетховена. За дирижёрским пультом был в этот вечер маэстро Манфред Хонек.

Симфоническая поэма «Зигфрид-идиллия» была написана в 1870 г. по случаю дня рождения жены композитора Козимы Вагнер (оригинальное название произведения «Tribschener Idyll mit Fidi-Vogelgesang und Orange-Sonnenaufgang, als Symphonischer Geburtstagsgruss. Seiner Cosima dargebracht von Ihrem Richard» — «Трибшенская идиллия с птичьей песней Фиди* и оранжевым восходом, как симфоническое приветствие ко дню рождения. Подаренная его Козиме от её Рихарда»).

Козима Вагнер, как известно, так прониклась приношением, что после утреннего исполнения 25 декабря 1870 восемь лет его никому не показывала, считая подарком глубоко личным. В опубликованной позже версии мы видим, что эта утренняя серенада действительно предполагала почти интимный на фоне остальных вагнеровских симфонических сочинений** набор инструментов: флейты, гобоя, 2 кларнетов, фагота, 2 валторн, трубы (всего 13 тактов) и струнного квинтета, — итого 13 инструментов. Легко догадаться, что передать идиллическую вязь этой хрупкой, лирической партитуры большим оркестром довольно сложно, но за счёт динамической редукции маэстро Манфред Хонек решает эту задачу.

«Зигфрид-идиллия» звучала в затаившем дыхание зале Скальной школы верховой езды едва различимой на слух инструментальной паутиной. Эта переливающаяся звуковыми искрами тишина была настоящим чудом исполнительского мастерства. Во время этой интерпретации, управлявшей дыханием почти тысячи людей, собравшихся в большом зале, страшно было пошевелиться.

Не меньшей красотой было отмечено исполнение цикла из пяти песен на стихи Матильды Везендонк, странные отношения Р. Вагнера с которой стали эмоциональной пружиной создания «Тристана и Изольды»***.

Баритон Маттиас Гёрне умеет петь красивым звуком. Причём, настолько красивым, что уже не важно, что именно певец поёт. И даже траурная песня «В теплице» («Im Treibhaus»), любимая многими именно в силу своей душераздирающей обречённости, напоминающей о вступлении III акта «Тристана», звучит в исполнении певца исполненными тропической неги путевыми заметками о «проступающей нездешним светом росе тяжёлой на листе, оставленном перед рассветом запиской в лунном декольте».

Прямой противоположностью стало эмоционально яркое и дерзкое исполнение 7 симфонии Бетховена.

Маэстро Хонек укрупнил динамические контрасты и сгладил некоторые межгрупповые «акустические швы», создав эффект неожиданного перехода литавр в звучание духовых, будто одни вырастали из других и потом снова растворялись в общем звуковом потоке. В результате звук получился одновременно и скрупулёзно выделанным, местами напоминавшим картинное любование виртуозностью бетховенского музыкального текста, и стремительно хлёстким, размашистым, почти небрежным. Эта иллюзия, возникшая в IV части симфонии, буквально взорвала полуживой в дождливую погоду фестивальный зал громоподобными овациями.

Эталонно исполнить каждую ноту, создав иллюзию экстремально свободной импровизации, — работа настоящих мастеров. Маэстро Манфред Хонек и блистательный коллектив Молодёжного оркестра Густава Малера в этот вечер решили фантастическую задачу, создав совершенно новый «живой» звуковой облик бетховенской симфонии.

Примечания:

*«Фиди» — диминутив от «Зигфрид» (ср. «Сиси» от «Елизавета») — имя сына Вагнера, родившегося 6 июня 1869.

** Тут речь идёт больше об увертюрах, так как «Зигфрид-Идиллия» — единственное «отдельно стоящее» программное симфоническое произведение композитора.

*** Две песни из цикла обозначены как «штудии» к «Тристану и Изольде» («Im Treibhaus» и «Träume») и были написаны для фортепиано и женского голоса (самим Вагнером была оркестрована только песня «Сны» — „Träume“). Первая же оркестровая аранжировка цикла была предложена маэстро Феликсом Моттлем — первым исполнителем «Тристана и Изольды» в Байройте (напомню, что во время своего 100 представления «Тристана» маэстро Моттль пережил инсульт прямо за дирижёрским пультом и спустя неделю умер). В 1976 г. Гансом Вернером Хенце было предложено переложение Песен для камерного оркестра, которое и прозвучало в этот вечер.

Фото: SF / Marco Borrelli

реклама

вам может быть интересно

Чем богаты, тем и рады Классическая музыка