Артём Макаров: «Публику надо неустанно воспитывать»

На фото – Артём Макаров

Для людей суеверных число 13 традиционно считается несчастливым, однако автору этих строк оно принесло удачу. С 10 по 15 декабря 2023 года в Большом театре Беларуси прошел XIII Минский международный Рождественский оперный форум, и оказаться в гуще событий фирменного проекта главного музыкального театра дружественной нам страны довелось впервые. А из всей нумерологии — в контексте приобретенных за дни Форума впечатлений — наиболее созвучно моменту то, что на основании христианской традиции утверждает: число 13 — это десятка и Троица, а вместе подобное сочетание символизирует Вселенную, в данном случае — необъятную Вселенную искусства оперы.

Обзору театральных событий Рождественского оперного форума уходящего года будет посвящена отдельная публикация, а в качестве разбега предлагаем интервью с главным дирижером Большого театра Беларуси Артёмом Макаровым, назначенным на этот пост с начала нынешнего сезона. К работе в этом статусе маэстро приступил по завершении контракта с Башкирским театром оперы и балета, где также был главным дирижером. При этом с сезона 2023/2024 Артём Макаров вступил также в должность главного дирижера Московского Детского музыкального театра имени Н.И. Сац.

Факт подобного кадрового консенсуса между столичными театрами двух стран уже сам по себе, можно сказать, уникален, и, не в силах пройти мимо него, в последний день Форума мы беседуем с Артёмом Макаровым в его рабочем кабинете. Разговор состоялся после утренней репетиции вечернего гала-концерта звезд оперной сцены, который стал поистине грандиозным заключительным аккордом всего смотра, и первый вопрос в стенах Большого театра Беларуси — в стенах инициатора и учредителя Рождественского оперного форума — возникает, естественно, сам собой…

— Маэстро, для вас нынешний XIII Минский международный Рождественский оперный форум после вступления в должность главного дирижера Большого театра Беларуси стал первым, в который вы погрузились с головой, а премьера «Иоланты» Чайковского на открытии стала первой вашей постановкой в этих стенах, сделанной с нуля. Как вам сама идея этого Форума, и что можно сказать о работе над этой, на мой взгляд, знаковой для театра премьерой?

— На самом деле, в один из приездов прошлых лет в Минск, я имел возможность находиться на этом Форуме в качестве гостя. Тогда в рамках Форума еще проводился и Международный конкурс вокалистов, но с повестки дня он как-то уже давно и незаметно исчез. Много лет назад солисты Башкирского оперного театра принимали участие в этом Конкурсе, и я приезжал для их поддержки, для знакомства с Минском, Форумом и театром. Мог ли я тогда подумать, что через декаду лет стану в этом театре главным дирижером!

Я очень надеюсь, что Минский конкурс в рамках Рождественского оперного форума рано или поздно вернется, ведь сама его идея была прекрасным дополнением к основной программе, палитра которой год от года расцвечивалась всё новыми и новыми красками оперных спектаклей — как минских, так и привозных. При наличии Конкурса значимость и притягательность Форума существенно возрастала. Сам конкурс был очень серьезным, его знали, о нём говорили, и он, несомненно, был объектом устремления в Минск для многих певцов. Так что на будущее Форума и Конкурса я смотрю с уверенным оптимизмом!

Нынешний Форум для меня как для главного дирижера Большого театра Беларуси действительно первый, но его гостевая программа — «Искатели жемчуга» Бизе в постановке Большого театра Узбекистана имени Навои и «Любовь к трем апельсинам» Прокофьева в постановке Самарского театра оперы и балета имени Шостаковича — была скомпонована еще до меня. По музыкально-постановочной эстетике эти спектакли — совершенно разные. Никогда не звучавшие здесь «Искатели жемчуга» — это безусловная дань академической оперной традиции, а «Апельсины», также никогда не звучавшие здесь, — увлекательнейший эксперимент в стиле модерн. Но это как раз интересно, ведь на своей гостеприимной сцене Форум и должен аккумулировать разные оперные идеи.

Из постановок нашего театра в программу Форума вошли «Севильский цирюльник» Россини (июньская премьера прошлого сезона) и «Иоланта» Чайковского (премьера этого сезона, приуроченная к открытию Форума и действительно ставшая в этом театре первой моей премьерой). «Иоланта» — название весьма популярное, здесь ее ставили не один раз, а последняя постановка этой оперы исчезла с афиши, кажется, в последние два сезона. И всё это время велись разговоры о том, что театру нужна новая постановка. «Иоланта» — опера одноактная, и ее петербургская премьера 1892 года состоялась в один вечер с балетом Чайковского «Щелкунчик». Сегодня такое соединение вряд ли возможно, и при разделении оперы на два действия мы стремились создать компактную красивую постановку. Что и говорить, ее романтическое музыкальное начало всегда так притягательно для публики!

Эта опера хорошо расходится на труппу, но понятно, что свой взгляд на соответствие исполнителей вокально-актерским задачам главных персонажей есть как у дирижера, так и у режиссера. Как по мне, то это соответствие, в целом, выдержано, но лично для меня на этот раз абсолютно полным попаданием в десятку стала партия Водемона в исполнении Александра Михнюка. И что для меня удивительно, он как-то вдруг раскрылся именно на заключительных репетициях, показав то, чего не было на спевках и отработках мизансцен. На премьере сложнейшую — совершенно неудобную для пения — арию своего персонажа он спел так легко и естественно, что мы даже решили включить ее в программу сегодняшнего гала-концерта, тем более что из-за болезни другой наш тенор Дмитрий Шабетя принять участие в нём, к сожалению, не сможет.

В партии Эбн-Хакиа, я считаю, удачно показали себя оба наших солиста — и Владимир Громов, певший премьеру, и Станислав Трифонов, которому выступить в этой постановке еще предстоит. Конечно, на премьере в партии Короля Рене блеснул и наш известный бас Андрей Валентий. Но, как ни странно, главная героиня Иоланта — тот самый загадочный персонаж, стопроцентное попадание в образ которого, всегда очень сложно и по голосу, и по задачам актерского мастерства. С одной стороны, перед нами — неискушенная девочка с лирическим голосом, но ведь тесситура этой партии требует и вокального драматизма, и развитости нижнего регистра, так что главное в партии Иоланты — отыскать оптимальное соответствие между возрастным пределом ее интерпретации и выразительным качеством голоса, между артистичностью и музыкальностью…

— И этот оптимум спевшая Иоланту на премьере Елена Золова вполне удачно находит. Возможно, вокальный драматизм в ее голосе в полной мере и не ощущается, но чувственные оттенки в прямом смысле внутреннего духовного мира главной героини певица весьма убедительно передает через градации, с позволения сказать, «лирической спинтовости» — тонкой и теплой, акварельно-чистой и глубокой…

— Всё так и есть, и у нас получилась заведомо сказочная история — постановка в стиле фэнтези, если говорить о ее сценографическом воплощении. Не только в силу того, что Минский форум проходит зимой в декабре в преддверии католического Рождества, но и вообще в силу того, что сказочного, теплого и светлого в наше прагматичное время в опере, на мой взгляд, всё же недостает, именно такая постановка «Иоланты» видится мне своевременной. Она как нельзя лучше вписывается в глубинный гуманистический аспект созидательной линии Рождественского форума, как раз и призванного нести музыкальный свет оперного искусства в сердца зрителей…

— Я так устал от надуманной — зачастую неоправданно гипертрофированной — режиссерской концептуальности, что на премьере, которая психологически тонкого концептуального таинства в режиссуре Анны Моторной отнюдь не была лишена, в равной мере получал и театрально-эстетическое, и музыкальное удовольствие. Тем более что «в унисон» с философским космосом оперы-сказки слух окутывало флёром изысканного по своей чувственности оркестрового аккомпанемента. Вы так нежно и трепетно подавали оркестр, что певцы за вами пошли, и это дорогóго стоило!

— Как главный дирижер театра и дирижер-постановщик этого спектакля такой оценке вверенного мне оркестра, естественно, не могу не радоваться, а что касается режиссерско-сценографического аспекта, то уверен, что в день премьеры вашу точку зрения разделили многие зрители, если не их большинство.

— А до нынешней премьеры в Минске «Иолантой» вы ранее дирижировали?

— Да. В Уфе, но это была не моя постановка: я подхватил ее как очередной дирижер. Это был абсолютно классический спектакль петербургского режиссера Иркина Габитова из Мариинского театра, но, в отличие от Минска, это была совсем другая история, и речь сейчас не о ней. Речь о том, что на нынешней премьере я словно открыл для себя эту оперу заново, ведь одно дело — подхватывать на лету что-то ранее сделанное, и совсем другое — вести постановку с самого начала. Для меня как для дирижера-постановщика в музыке этой оперы, несмотря на присутствие в ней довольно рельефной драматической составляющей, важен, прежде всего, ее лирический аспект.

Именно на лиризме я и выстраивал оркестровую линию спектакля, не без оснований полагая, что в нашей — такой романтической, утопающей в цветах — постановке, даже в ее однозначно драматических моментах, важна «лирическая камерность» несмотря на то, что плотную, массивную, особенно богатую в кульминациях фактуру оркестра Чайковского никто же не отменял! Скажем так, «камерную масштабность» и «лирическую камерность» нашего нового спектакля я попытался увязать воедино — и в этом абсолютно никакого противоречия для меня нет.

— Как известно, пути Господни неисповедимы, но, кажется, неисповедимы и пути творческие… Как вы всё-таки оказались в Минске?

— Да я и сам не знаю, как такие вещи обычно происходят, но, как говорится, мир тесен, оперный мир еще теснее, а русскоязычный оперный мир теснее вдвойне. Меня, как бы это сказать, просто нашли. Всё началось со звонка генерального директора Большого театра Беларуси Екатерины Николаевны Дуловой, которая предложила продирижировать рядом спектаклей текущего репертуара в качестве приглашенного дирижера. И с прошлого сезона (с сезона 2022/2023) по мере необходимости, еще находясь по июнь нынешнего года при должности главного дирижера в Уфе, я стал приезжать в Минск и в общем итоге провел здесь восемь спектаклей, так что мой первый сезон в этом театре выдался довольно активным.

Это были «Макбет» и «Аида» Верди, «Богема» и «Турандот» Пуччини, а также «Пиковая дама» Чайковского и «Самсон и Далила» Сен-Санса (при этом какие-то спектакли прошли дважды). В этой череде «Макбет» стал первым: им я продирижировал год назад в ноябре 2022 года. А к концу сезона 2022/2023, когда в Минске меня уже знали довольно хорошо и к моей работе в оперных спектаклях, конечно же, успели присмотреться, от дирекции Большого театра Беларуси как раз и поступило предложение о постоянной работе главным дирижером. Мой контракт с Уфой в то время заканчивался, и минское предложение я решил принять.

В прошлом сезоне к оперной труппе Большого театра Беларуси, к его хору и оркестру, конечно же, присматривался и я. Не скрою, меня сразу же поразил оркестр, его высокая профессиональная подкованность, музыкантская собранность, при которой не надо тратить время на многие сами собой разумеющиеся вещи, а заниматься лишь нюансами той или музыки, то есть тем, что называется творчеством. Меня сразу же поразил и хор, поскольку хоровой пласт «Макбета», с которого я здесь начинал, необычайно масштабен. Требуемого в моем понимании результата мы достигли фактически с одной репетиции. Безусловно, я присматривался также к солистам, и должен сказать, что на меня как на музыканта уровень оперной труппы произвел исключительно позитивное впечатление. С певцами-солистами мне работается прекрасно, и с начала сезона мой репертуар в этом театре пополнился новыми оперными названиями. В их числе — «Кармен» Бизе, «Травиата» Верди, «Тоска» Пуччини и «Евгений Онегин» Чайковского.

— По информации генерального директора Большого театра Беларуси, которая была оглашена на обсуждении с представителями прессы постановок, показанных в рамках нынешнего Форума, в этом сезоне на май намечена премьера оперы Чилеа «Адриенна Лекуврер». Похоже, вслед за постановкой Мариинского театра 2017 года и недавней ноябрьской премьерой Большого театра России на русско-белорусском оперном пространстве намечается едва ли не парад постановок этого итальянского раритета…

— Действительно, планы по выпуску оперных премьер до конца нынешнего сезона таковы. Эта опера также никогда здесь не звучала, и в труппе Большого театра Беларуси сегодня есть необходимые исполнители на все главные партии: предварительно на каждую из них мы наметили по два состава, довольно хорошо вписывающихся в музыкальную стилистику этого произведения. Примечательно, что на этот раз сама идея обращения к «Адриенне Лекуврер» во многом была инициирована солистами театра, и на ближайшие премьерные планы их интерес к этой опере, несомненно, повлиял. Солисты полны желания петь эту музыку, но ведь и мне как дирижеру-постановщику прикоснуться к ней также невероятно интересно! Сама по себе опера великолепна, однако на премьере очень многое будет зависеть и от ее режиссерско-сценографического наполнения, ведь в данном аспекте минская публика традиционно привержена классическим постановкам.

— В связи с этим возникает вопрос о «Самсоне и Далиле» Сен-Санса. Опера для нас редкая, музыка прелестная — как говорится, только дай! Но, к моему удивлению, выясняется, что к популярным и любимым названиям минской публики эта опера, увы, не относится. Что вы можете сказать на этот счет?

— «Самсоном и Далилой» в мае прошлого года я продирижировал впервые в жизни, и это как раз та опера, что давно являлась моей профессиональной дирижерской мечтой. Для российской оперной сцены это название — заведомо малорепертуарное, поэтому я так рад, что моя мечта сбылась в Минске! Я выучил партитуру и ввелся в постановку с огромным удовольствием, а встретиться с этой музыкой на этой же сцене мне вновь предстоит вскоре после Форума (упоминание относится к спектаклю 19 декабря — И.К.). К слову, всё в том же мае я впервые продирижировал и оперой Пуччини «Турандот». Спектакли шли тогда в афише подряд, и с того момента я не собираюсь расставаться ни с одним, ни с другим!

Что же касается сути вашего вопроса, то я абсолютно уверен: публику надо неустанно воспитывать! Если делать это методично и планомерно, то результат будет! И хотя мы сейчас в Минске, я знаю это абсолютно точно, основываясь на своем опыте в Уфе. Столица Башкирии, естественно, меньше, чем Минск, и ее туристическая инфраструктура менее масштабна, но мы всё же потихоньку стали включать в афишу такие непривычные для широкой публики названия, как «Геракл» («Геркулес) Генделя, «Аттила» Верди и «Дон Кихот» Массне.

Постановочная эстетика здесь также сыграла свою немалую роль, и к неизведанному широкая публика, в отличие от меломанов, отнеслась поначалу с настороженностью. Но прошло время — и эти спектакли стали посещаемыми! Публика в них поверила, и они стали часто появляться в афише. При этом если вы спросите среднестатистического зрителя, знает ли он, что у Массне есть опера «Дон Кихот», то он, конечно, ответит «нет»! Я думаю, что и здесь, в случае с «Самсоном и Далилой», надо действовать точно так же. Подобные названия должны появляться в афише регулярно — и только тогда они найдут свою публику.

— Мне довелось видеть все три названные постановки: «Аттилу» — на премьере в Уфе, две другие — на гастролях в Москве. В «Дон Кихоте» Массне, безусловно, есть своя музыкальная изюминка, но если бы мне сказали, что эта опера малопосещаема, я бы отнесся к этому с известной долей понимания. Но ведь «Самсон и Далила» — грандиознейшее и при этом изысканнейшее музыкальное полотно! Вот ведь загадка!.. Но скажите, а сколько лет вы проработали в Уфе?

– В Башкирском театре оперы и балета я проработал 27 лет, и лишь последние 12 лет — в должности главного дирижера.

– Это большая творческая жизнь, и смена системы музыкальных координат, по-видимому, объективно назрела, ведь это не просто «охота к перемене мест», а так важное для дирижера расширение творческих горизонтов…

— Такое, думаю, бывает лишь раз в жизни, но одновременно с Минском предложение занять пост главного дирижера поступило также из Московского Детского музыкального театра имени Сац. Минск и Москва, понятно, возникли не вдруг: с обеими сторонами всё согласовывалось и обговаривалось на протяжении прошлого сезона, так что я смог всё хорошо обдумать. В концепции деятельности обоих театров есть объективные отличия, но их руководство к ситуации моего совместительства отнеслось положительно. Когда какие-то важные проекты готовятся в Минске, я нахожусь, здесь. Когда какие-то важные проекты готовятся в Москве, я, естественно, присутствую, там. Минск и Москву разделяет ночь в поезде либо час с небольшим в самолете. Так что с оперативным появлением в каждом из театров никаких проблем нет. Когда желание работать есть (а оно есть!), всё решаемо…

— А в работу Детского музыкального театра Сац вы уже включились?

— Безусловно, хотя основная сцена Театра Сац уже два с половиной года находится на реконструкции. Ее открытия мы ждали не далее как в этом сентябре, потом его перенесли на нынешний декабрь, а теперь нас клятвенно заверяют, что Основная сцена откроется в следующем году ближе к лету. Так что пока театр работает на выездных площадках, но часть репертуара идет на Малой сцене. В прошлом году, еще в статусе приглашенного дирижера, у меня была премьера балета Адана «Жизель». Прошла она на сцене РАМТ, но спектакль будет перенесен на Основную сцену Театра Сац после ее открытия.

В отсутствие Основной сцены я занят, как правило, в концертных программах. Третий год по инициативе художественного руководителя театра Георгия Георгиевича Исаакяна проходит специальный творческий проект «RE-Конструкция», в рамках которого в Фойе Большого зала Театра Сац на втором этаже, что рядом с оранжереей, исполняются редкие сочинения. У меня, к примеру, 25 ноября была интереснейшая программа русской музыки, в которую вошли сюита «Из средних веков» Александра Глазунова, «Фантазия на темы Рябинина» для фортепиано с оркестром Антона Аренского и кантата «Иоанн Дамаскин» Сергея Танеева. Оперой пока продирижировать не довелось, однако на открытии Основной сцены запланирована премьера «Руслана и Людмилы» Михаила Глинки, и эту постановку я ожидаю с большим нетерпением. А следующей моей премьерой должен стать балет Сергея Прокофьева «Ромео и Джульетта». Так что ждем открытия Основной сцены!

— Возвращаемся в Минск, где сегодня вечером 15 декабря гала-концертом звезд оперной сцены под названием «Viva Opera!» закрывается Рождественский оперный форум. Несколько слов об этом…

— Для Рождественского форума заключительный гала-концерт звезд оперной сцены стал уже традиционным. Я, конечно, больше люблю дирижировать оперными спектаклями, но оперные гала-концерты — это тоже важная часть нашей работы, и она всегда находит большой отклик со стороны слушателей. Это всегда эксклюзивное мероприятие, и билеты на него обычно раскупаются хорошо, ведь за один вечер можно услышать разных певцов, причем не только солистов Большого театра Беларуси, но и приглашенных исполнителей, солистов других театров. К тому же всегда есть возможность услышать фрагменты из тех опер, которые минская афиша в данный момент не предлагает.

Именно по такому принципу и выстроена сегодняшняя программа, хотя из-за болезни некоторых исполнителей даже после утренней репетиции ее пришлось несколько изменить. И здесь ничего не поделаешь: театр есть театр, а жизнь есть жизнь. Но как бы то ни было, я уверен, что слушателям эта программа будет интересна. Запланирован большой концерт в двух отделениях, и встрече с нашей публикой на закрытии XIII Минского международного Рождественского оперного форума мы, конечно же, очень рады!

Беседу вёл Игорь Корябин

На фото — Артём Макаров

реклама