«Возрожденный голос». Мэри Гарден

• Кира Вэйн. «Возрожденный голос»

Одним из наиболее памятных встреч с «Великими» для меня была неожиданная встречи с Мэри Гарден. В 1951 году я пела сопрановые партии в Итальянском Квартете, с огромным успехом ездившем с гастролями по Великобритании (наш ведущий тенор был Джино Маттера, снявшийся в фильме «Травиата» 1950 года). Когда мы выступали в Абердине, я как раз собиралась выйти на сцену и спеть арию из «Эрнани», когда кто-то подбежал ко мне и сказал, что в зале присутствует Мэри Гарден.

Колени у меня подкосились, и я чуть не задохнулась, вспомнив легенду, которую оставила за собой Гарден в Соединенных Штатах. «Неприступная… ненавидит всех остальных сопрано… склочная и сверхкритичная…»

Я прошептала нашему управляющему, чтобы он изменил порядок выходов, потому что я, должно быть, не смогу выйти, пока не соберусь с духом. Но, не успела я и слова сказать, как меня просто выпихнули на сцену.

Когда я начала петь, как всегда, глядя в бельэтаж, я заметила силуэт Гарден в самом первом ряду. Она сидела очень прямо, крепко держа в руках лорнет. Я пела, как в бреду, а когда потом пришла к себе в гримерную, Мэри Гарден уже ждала меня там. Она бросилась ко мне с распростертыми объятиями, обняла меня и сказала:

— Моя дорогая, вы принадлежите к моему поколению. Я не знала, что из нас кто-то еще остался. У вас есть то, что надо, чтобы быть оперной примадонной — в отличие от ужасной такой-то и такой-то (упомянув одну из выдающихся «великих»), которая здесь недавно пела. Она не имеет права выходить на сцену.

Она начала спрашивать меня о моей карьере и была изумлена трудностями, с которыми я столкнулась. Она обещала помочь мне, как только сможет. И я знаю, что она пыталась, писала обо мне многим людям в Великобритании и Италии. Но время было против нее. Значительные люди ушли в отставку или умерли, или же им просто было все равно. Однако она подарила мне душевное тепло, гостеприимство и новую уверенность в себе.

В следующий раз в Абердине я выступала в роли Тоски — великой роли Мэри Гарден. В театр принесли записку от нее. Она просила билет и сообщала, что никогда не думала, что ей действительно захочется посмотреть на какую-нибудь Тоску — обычно она никогда не признавала других певиц в этой роли. Ей дали ложу в театре, и выглядела она великолепно. После представления она пришла за сцену поздравить меня и подарить мне свое собственное «тоскино» кольцо — последнее, что у нее оставалось от реквизита к «Тоске».

Мне грустно, что я не могу вспомнить больше никаких наших бесед, и я жалею, что не задавала больше вопросов о ее карьере и о ней самой лично. Но я думаю, что дело здесь не только в моей неуверенности и огромном благоговении перед столь великой певицей. Была в ней какая-то замкнутость, холодность, которую я не решалась пытаться растопить. Кроме того, я постоянно была в разъездах, так что тесно общаться было нелегко.

Но я никогда не прощу судьбе то, что она в конце концов сделала с Мэри Гарден. Великая певица умерла одна в сумасшедшем доме. Туда же, если бы не милость Господня, отправились бы мы все.

← оглавление | продолжение →