«Валькирию» неудачно приземлили

На Osterfestspiele в Зальцбурге

02.04.2008 в 15:33

В Зальцбурге прошел первый из тамошних ежегодных музыкальных фестивалей — Osterfestspiele. В этом году один из престижнейших фестивалей мира проходил под знаком столетия своего основателя, Герберта фон Караяна. Это не мешало зрителям вволю свистеть и букать. За изменчивыми вкусами зальцбургской публики наблюдал специально для "Ъ" Алексей Мокроусов.

Весенний фестиваль в Зальцбурге был основан 41 год тому назад Гербертом фон Караяном. Дирижер, после очередного скандала с Венской оперой нашедший себе постоянное прибежище на родине Моцарта, на многие десятилетия стал важнейшим человеком в городе. Его харизматичная своенравность и неуступчивость определила музыкальную жизнь летнего Зальцбургского фестиваля, превратившегося в оплот консервативной оперной режиссуры. Весенний же фестиваль был придуман не в противовес летнему, а как отдельный проект Караяна вместе с оркестром Берлинской филармонии, призванный собрать на неделю всю европейскую элиту, как музыкальную, так и светскую.

Сейчас фестивалем пятый год руководит сэр Саймон Рэттл. Он составляет программу, определяет исполнителей и готовит специальные сюжеты. В этом году, например, придуманная еще в середине 90-х Клаудио Аббадо серия концертов под названием "Контрапункты" была посвящена диалогу немецкого романтизма с музыкой ХХ века. В одной программе встречались Мендельсон и Хенце, в другой — Шуберт, Шенберг и Брамс.

Основная же программа традиционно состояла из трех симфонических концертов и оперного спектакля. Помимо берлинских филармоников, публику не могли не привлечь имена дирижеров и солистов. Так, скрипичный концерт Бетховена играла Анн-Софи Муттер. В оратории же Гайдна "Сотворение мира" солировали Томас Квастхоф и Михаель Шаде, а также Женя Кюмайер. Восходящая оперная звезда родом из Зальцбурга, она поет Памину в "Волшебной флейте" по всему миру, от "Метрополитен" до венской оперы — но и Гайдн оказался ей близок.

Помимо Рэттла, за дирижерский пульт берлинского оркестра встал и Сейджи Озава. Вернувшись к выступлениям после долгого перерыва, вызванного болезнью, он демонстрирует юношескую энергетику и детскую непосредственность. Так, поискав на бисах Муттер, куда бы ему деться, он присел в итоге прямо на дирижерский подиум. Зал зааплодировал. Но это была лишь разминка перед овацией, которую дирижер вызвал своей интерпретацией Десятой симфонии Шостаковича, медитативной и героической одновременно. Овация тем более ценна, что звучал Шостакович в рамках концерта, посвященного Караяну. И хотя последний дважды записывал эту симфонию, в принципе ничего более далекого, чем Караян и Шостакович, представить себе невозможно. Такой вот сердитый получился подарок юбиляру, почти против шерстки — вполне в его духе.

Интересно, остался бы Караян, большой нелюбитель "продвинутой" оперной режиссуры, доволен "Валькирией" в постановке Стефана Брауншвейга? На поклонах в режиссера разве что помидорами не кидались. И чего так галерка взъелась? Обычный минималистический спектакль, где статика крупноформатных декораций лишь иногда нарушается видео. Может, публике показалось старомодно? Еще недавно под влиянием Караяна она жила представлениями о том, что главное в опере — звуки, остальное оставьте драмтеатру. Но руливший в Зальцбурге несколько лет великий Жерар Мортье развратил зрителя. Теперь тот хочет оригинальных концепций и свежих идей. "Валькирия" же поставлена хоть и с изяществом (определенно проявившимся к третьему акту), но настолько неспешно и конкретно, что иногда хотелось закрыть глаза и сделаться караяновцем.

Голоса вполне позволяли заслушаться — и Роберт Гэмбилл (Зигмунд), и сэр Уилард Уайт (Вотан), и Михаил Петренко (Хундинг). Но главное, удачны оказались женские партии, особенно Фрика в исполнении Лили Паасикиви. Для фестиваля, идущего в разгар оперного сезона (пять репетиций плюс два прогона на все про все) и ограниченного в выборе певцов, это почти идеальная картина.

Правда, в рэттловской интерпретации Вагнера местами было не узнать. Духовые словно задумывались о месте, которое им обычно отводят у Вагнера, и явно тосковали по традиции, Рэттлом решительно отвергнутой. Он уделил особое внимание струнным, сделав общее звучание суховатым, зато необычным. Многие при этом утверждают, что Рэттл вообще-то не оперный дирижер, но это дело вкуса. Свою роль играет, видимо, то, что "Кольцо нибелунга", которое Брауншвейг и Рэттл ставят уже второй год, делается вместе с фестивалем в Экс-ан-Провансе. Традиционным же партнером французов был, как правило, столичный венский "Театер ан дер Вин". "Переезд" Экса в Зальцбург не прошел даром: к французскому стилю в режиссуре местная публика еще не готова. У нее есть время одуматься и перевоспитаться — в ближайшие два года Зальцбург ждет неизбежная встреча с "Зигфридом" и "Гибелью богов".

"Коммерсантъ"

Тип

рецензии

Раздел

опера

Персоналии

Саймон Рэттл

Коллективы

Берлинский филармонический оркестр

Произведения

Валькирия

просмотры: 3890

реклама

вам может быть интересно

На фоне Вагнера Классическая музыка

рекомендуем

Театральное бюро путешествий «Бинокль»

смотрите также

Реклама

Тип

рецензии

Раздел

опера

Персоналии

Саймон Рэттл

Коллективы

Берлинский филармонический оркестр

Произведения

Валькирия

просмотры: 3890