|

Феликс Мендельсон-Бартольди

Felix Mendelssohn Bartholdy

Дата рождения
03.02.1809
Дата смерти
04.11.1847
Профессия
Страна
Германия
Феликс Мендельсон-Бартольди / Felix Mendelssohn Bartholdy

Это Моцарт девятнадцатого столетия, самый светлый музыкальный талант, который яснее всех постигает противоречия эпохи и лучше всех примиряет их.
Р. Шуман

Ф. Мендельсон-Бартольди — немецкий композитор шумановского поколения, дирижер, педагог, пианист, музыкальный просветитель. Его многообразная деятельность была подчинена самым благородным и серьезным целям — она способствовала подъему музыкальной жизни Германии, укреплению ее национальных традиций, воспитанию просвещенной публики и образованных профессионалов.

Мендельсон родился в семье с давними культурными традициями. Дед будущего композитора — известный философ; отец — глава банкирского дома, человек просвещенный, тонкий ценитель искусств — дал своему сыну прекрасное образование. В 1811 г. семья переехала в Берлин, где Мендельсон берет уроки у самых авторитетных педагогов — Л. Бергера (фортепиано), К. Цельтера (композиция). В доме Мендельсонов бывали Г. Гейне, Ф. Гегель, Т. А. Гофман, братья Гумбольдты, К. М. Вебер. Игру двенадцатилетнего пианиста слушал И. В. Гете. Встречи с великим поэтом в Веймаре остались самыми прекрасными воспоминаниями юных лет.

Общение с серьезными художниками, разнообразные музыкальные впечатления, посещение лекций в Берлинском университете, высокопросвещенная среда, в которой рос Мендельсон, — все способствовало быстрому профессиональному и духовному становлению. С 9 лет Мендельсон выступает на концертной эстраде, в начале 20-х гг. появляются первые его сочинения. Уже в юности началась просветительская деятельность Мендельсона. Исполнение под его управлением «Страстей по Матфею» И. С. Баха (1829) стало историческим событием в музыкальной жизни Германии, послужило толчком к возрождению творчества Баха. В 1833-36 гг. Мендельсон занимает пост музик-директора в Дюссельдорфе. Желание поднять уровень исполнения, пополнить репертуар классическими произведениями (оратории Г. Ф. Генделя и И. Гайдна, оперы В. А. Моцарта, Л. Керубини) натолкнулось на равнодушие городских властей, косность немецкого бюргерства.

Деятельность Мендельсона в Лейпциге (с 1836 г.) на посту дирижера оркестра Гевандхауз способствовала новому расцвету музыкальной жизни города, уже в XVIII в. прославленного своими культурными традициями. Мендельсон стремился привлечь внимание слушателей к величайшим произведениям искусства прошлого (оратории Баха, Генделя, Гайдна, Торжественная месса и Девятая симфония Бетховена). Просветительские цели преследовал и цикл исторических концертов — своеобразная панорама развития музыки от Баха до современных Мендельсону композиторов. В Лейпциге Мендельсон дает концерты фортепианной музыки, исполняет органные произведения Баха в церкви Св. Фомы, где 100 лет назад служил «великий кантор». В 1843 г. по инициативе Мендельсона в Лейпциге открылась первая в Германии консерватория, по образцу которой были созданы консерватории в других немецких городах. В лейпцигские годы творчество Мендельсона достигло наивысшего расцвета, зрелости, мастерства (Скрипичный концерт, «Шотландская» симфония, музыка к «Сну в летнюю ночь» В. Шекспира, последние тетради «Песен без слов», оратория «Илия» и др.). Постоянное напряжение, интенсивность исполнительской и педагогической деятельности исподволь подтачивали силы композитора. Тяжелое переутомление, потери близких людей (внезапная смерть сестры Фанни) приблизили кончину. Мендельсон умер в возрасте 38 лет.

Мендельсона привлекали различные жанры и формы, исполнительские средства. С равным мастерством писал он для симфонического оркестра и фортепиано, хора и органа, камерного ансамбля и голоса, обнаруживая подлинную универсальность дарования, высочайший профессионализм. В самом начале творческого пути, в возрасте 17 лет Мендельсон создает увертюру «Сон в летнюю ночь» — произведение, поразившее современников органичностью замысла и воплощения, зрелостью композиторской техники и свежестью, богатством фантазии. «Расцвет юности чувствуется здесь, как, может быть, ни в каком другом произведении композитора, — законченный мастер в счастливую минуту совершил свой первый взлет». В одночастной программной увертюре, возникшей под впечатлением комедии Шекспира, определились грани музыкально-поэтического мира композитора. Это светлая фантастика с оттенком скерцозности, полета, причудливой игры (фантастические танцы эльфов); лирические образы, сочетающие романтическую увлеченность, взволнованность и ясность, благородство выражения; образы народно-жанровые и картинные, эпические. Созданный Мендельсоном жанр концертной программной увертюры получил развитие в симфонической музыке XIX в. (Г. Берлиоз, Ф. Лист, М. Глинка, П. Чайковский). В начале 40-х гг. Мендельсон вернулся к шекспировской комедии и написал музыку к спектаклю. Лучшие номера составили оркестровую сюиту, прочно утвердившуюся, в концертном репертуаре (Увертюра, Скерцо, Интермеццо, Ноктюрн, Свадебный марш).

Содержание многих произведений Мендельсона связано с непосредственными жизненными впечатлениями от путешествий в Италию (солнечная, пронизанная южным светом и теплом «Итальянская симфония» — 1833), а также в северные страны — Англию и Шотландию (образы морской стихии, северного эпоса в увертюрах «Фингалова пещера» («Гебриды»), «Морская тишь и счастливое плавание» (обе 1832), в «Шотландской» симфонии (1830-42).

Основу фортепианного творчества Мендельсона составили «Песни без слов» (48 пьес, 1830-45) — замечательные образцы лирической миниатюры, нового жанра романтической фортепианной музыки. В противовес распространившемуся в то время эффектному бравурному пианизму Мендельсон создает пьесы в камерном стиле, выявляя прежде всего кантиленные, певучие возможности инструмента. Привлекала композитора и стихия концертной игры — виртуозный блеск, праздничность, приподнятость отвечали его артистической природе (2 концерта для фортепиано с оркестром, Блестящее каприччио, Блестящее рондо и др.). Знаменитый Скрипичный концерт ми минор (1844) вошел в классический фонд жанра наряду с концертами П. Чайковского, И. Брамса, А. Глазунова, Я. Сибелиуса. Оратории «Павел», «Илия», кантата «Первая Вальпургиева ночь» (по Гёте) внесли значительный вклад в историю кантатно-ораториальных жанров. Развитие исконных традиций немецкой музыки продолжили прелюдии и фуги Мендельсона для органа.

Многие хоровые произведения композитор предназначал для любительских хоровых обществ Берлина, Дюссельдорфа и Лейпцига; а камерные сочинения (песни, вокальные и инструментальные ансамбли) — для любительского, домашнего музицирования, во все времена чрезвычайно популярного в Германии. Создание такой музыки, обращенной к просвещенным любителям, а не только к профессионалам, способствовало осуществлению главной творческой цели Мендельсона — воспитанию вкусов публики, активному приобщению ее к серьезному, высокохудожественному наследию.

И. Охалова


Феликс Мендельсон-Бартольди / Felix Mendelssohn Bartholdy

Место и положение Мендельсона в истории немецкой музыки верно определено П. И. Чайковским. Мендельсон, по его словам, «всегда останется образцом безукоризненной чистоты стиля, и за ним будет признана резко очерченная музыкальная индивидуальность, бледнеющая перед сиянием таких гениев, как Бетховен,— но высоко выдвигающаяся из толпы многочисленных музыкантов-ремесленников немецкой школы».

Мендельсон принадлежит к числу художников, у кого замысел и воплощение достигли той степени единства и целостности, которых не всегда удавалось добиться некоторым его современникам более яркого и масштабного дарования.

Творческий путь Мендельсона не знает внезапных срывов и дерзких новшеств, кризисных состояний и крутых подъемов. Это не значит, что он протекал бездумно и безоблачно. Его первая индивидуальная «заявка» на мастера и самостоятельного творца — увертюра «Сон в летнюю ночь» — жемчужина симфонической музыки, плод большого и целеустремленного труда, подготовленный годами профессиональной выучки.

Серьезность с детства приобретенных специальных знаний, разностороннее интеллектуальное развитие помогли Мендельсону на заре творческой жизни точно очертить круг очаровавших его образов, которые надолго, если не навсегда, завладели его фантазией. В мире пленительной сказки он как бы обрел самого себя. Рисуя волшебную игру иллюзорных образов, Мендельсон метафорически выражал свое поэтическое видение реального мира. Жизненный опыт, познание веками накопленных культурных ценностей насыщали интеллект, вносили в процесс художественного совершенствования «поправки», заметно углубляя содержание музыки, дополняя ее новыми мотивами и оттенками.

Однако гармоническая цельность музыкального дарования Мендельсона сочеталась с узостью творческого диапазона. Мендельсон далек от страстной порывистости Шумана, возбужденной экзальтации Берлиоза, трагедийности и национально-патриотической героики Шопена. Сильным эмоциям, духу протеста, настойчивым поискам новых форм он противопоставлял спокойствие мысли и теплоту человеческого чувства, строгую упорядоченность форм.

Вместе с тем образное мышление Мендельсона, содержание его музыки, равно как и жанры, в которых он творит, не выходят из русла искусства романтизма.

«Сон в летнюю ночь» или «Гебриды» не менее романтичны, чем произведения Шумана или Шопена, Шуберта или Берлиоза. Это типично для многоликого музыкального романтизма, в котором скрещивались различные течения, на первый взгляд кажущиеся полярными.

Мендельсон примыкает к крылу немецкого романтизма, ведущего свое начало от Вебера. Характерная для Вебера сказочность и фантастика, одушевленный мир природы, поэзия далеких легенд и сказаний, обновленная и расширенная, переливается в музыке Мендельсона заново найденными красочными тонами.

Из обширного круга романтической тематики, затронутой Мендельсоном, наиболее художественно завершенное воплощение получили темы, связанные с областью фантастики. В фантастике Мендельсона нет ничего мрачного, демонического. Это светлые образы природы, рожденные народной фантазией и во множестве рассыпанные в сказках, мифах, или же навеянные эпическими и историческими преданиями, где тесно сплелись реальность и фантазия, действительность и поэтический вымысел.

От народных истоков образности — незатемненность колорита, с которым так естественно гармонируют легкость и изящество, мягкая лирика и полетность «фантастической» музыки Мендельсона.

Не менее близка и естественна для этого художника романтическая тема природы. Сравнительно редко прибегая к внешней описательности, Мендельсон тончайшими выразительными приемами передает определенное «настроение» пейзажа, вызывает его живое эмоциональное ощущение.

Мендельсон, выдающийся мастер лирического пейзажа, оставил в таких произведениях, как «Гебриды», «Сон в летнюю ночь», «Шотландская» симфония, великолепные страницы живописно-картинной музыки. Но и образы природы, фантастики (часто они сплетены неразрывно), проникнуты мягким лиризмом. Лиризм — существеннейшее свойство дарования Мендельсона — окрашивает все его творчество.

Несмотря на приверженность к искусству прошлого, Мендельсон — сын своего века. Лирический аспект мира, лирическая стихия предопределила направление его художественных поисков. С этой общей тенденцией романтической музыки совпадает постоянная увлеченность Мендельсона инструментальной миниатюрой. В противоположность искусству классицизма и Бетховена, культивировавшего сложные монументальные формы, соразмерные философской обобщенности жизненных процессов, в искусстве романтиков первый план отводится песне, небольшой инструментальной миниатюре. Для запечатления самых тонких и преходящих оттенков чувства малые формы оказались наиболее органичными.

Крепкая связь с демократическим бытовым искусством обеспечила «прочность» новому виду музыкального творчества, помогла выработать для него определенную традицию. Лирическая инструментальная миниатюра уже с начала XIX века заняла положение одного из ведущих жанров. Широко представленный в творчестве Вебера, Фильда, в особенности Шуберта, жанр инструментальной миниатюры выдержал длительное испытание временем, продолжая существовать и развиваться в новых условиях XX века. Мендельсон — прямой преемник Шуберта. К шубертовским экспромтам примыкают прелестные миниатюры — фортепианные «Песни без слов». Эти пьесы подкупают своей неподдельной искренностью, простотой и задушевностью, завершенностью форм, исключительным изяществом и мастерством.

Точную характеристику творчеству Мендельсона дает Антон Григорьевич Рубинштейн: «...в сравнении с другими великими сочинителями ему (Мендельсону. — В. Г.) не доставало глубины, серьезности, величия...», но «...все его создания — образец по совершенству форм, по технике и по благозвучию... Его «Песни без слов» сокровище по лирике и фортепианной прелести... Его «Концерт для скрипки» единствен по свежести, красоте и благородной виртуозности... Эти произведения (в число которых Рубинштейн включает «Сон в летнюю ночь» и «Фингалову пещеру». — В. Г.)... ставят его наравне с высшими представителями музыкального искусства...»

Мендельсон написал огромное количество сочинений в самых различных жанрах. Среди них немало произведений крупных форм: оратории, симфонии, концертные увертюры, сонаты, концерты (фортепианные и скрипичные), много инструментальной камерно-ансамблевой музыки: трио, квартеты, квинтеты, октет. Есть духовные и светские вокально-инструментальные сочинения, а также музыка к драматическим пьесам. Значительную дань отдал Мендельсон популярному жанру вокального ансамбля; им написано множество сольных пьес для отдельных инструментов (преимущественно для фортепиано) и для голоса.

Ценное и интересное содержится в каждой области творчества Мендельсона, в любом из перечисленных жанров. Все же самые типические, сильные черты композитора проявились в двух, казалось бы, не соприкасающихся сферах, — в лирике фортепианных миниатюр и в фантастике его оркестровых произведений.

В. Галацкая


Творчество Мендельсона — одно из наиболее значительных явлений в немецкой культуре 19-го столетия. Наряду с творчеством таких художников, как Гейне, Шуман, молодой Вагнер, оно отражало художественный подъем и социальные сдвиги, происшедшие в период между двумя революциями (1830 и 1848 годы).

Культурная жизнь Германии, с которой неразрывно связана вся деятельность Мендельсона, в 30–40-х годах характеризовалась значительным оживлением демократических сил. Оппозиция радикальных кругов, непримиримо настроенных против реакционного абсолютистского правительства, принимала все более открытые политические формы и проникала в различные сферы духовной жизни народа. Ярко проявились социально-обличительные тенденции в литературе (Гейне, Бёрне, Ленау, Гуцков, Иммерман), сложилась школа «политической поэзии» (Веерт, Гервег, Фрейлиграт), расцвела научная мысль, направленная на изучение национальной культуры (исследования по истории немецкого языка, мифологии и литературы, принадлежащие Гримму, Гервинусу, Гагену).

Организация первых немецких музыкальных празднеств, постановка национальных опер Вебера, Шпора, Маршнера, молодого Вагнера, распространение просветительской музыкальной публицистики, в которой велась борьба за прогрессивное искусство (газета Шумана в Лейпциге, А. Маркса — в Берлине), — все это, наряду со многими другими аналогичными фактами, говорило о росте национального самосознания. Мендельсон жил и творил в той атмосфере протеста и интеллектуального брожения, которая наложила характерный отпечаток на культуру Германии 30–40-х годов.

В борьбе против узости бюргерского круга интересов, против упадка идейной роли искусства передовые художники того времени избирали различные пути. Мендельсон видел свое назначение в возрождении высоких идеалов музыкальной классики.

Равнодушный к политическим формам борьбы, сознательно пренебрегавший, в отличие от многих своих современников, оружием музыкальной публицистики, Мендельсон тем не менее был выдающимся художником-просветителем.

Вся его многогранная деятельность композитора, дирижера, пианиста, организатора, педагога была проникнута просветительскими идеями. В демократическом искусстве Бетховена, Генделя, Баха, Глюка он видел высшее выражение духовной культуры и с неисчерпаемой энергией боролся за то, чтобы утвердить их принципы в современной музыкальной жизни Германии.

Прогрессивные устремления Мендельсона определили характер его собственного творчества. На фоне модной легковесной музыки буржуазных салонов, популярной эстрады и развлекательного театра произведения Мендельсона привлекали своей серьезностью, целомудрием, «безукоризненной чистотой стиля» (Чайковский).

Замечательная особенность музыки Мендельсона заключалась в ее широкой доступности. В этом отношении композитор занимал исключительное положение среди современников. Искусство Мендельсона отвечало художественным вкусам широкой демократической среды (в особенности немецкой). Его темы, образы и жанры были тесно связаны с современной немецкой культурой. В произведениях Мендельсона широко отразились образы национального поэтического фольклора, новейшей отечественной поэзии и литературы. Он прочно опирался на музыкальные жанры, издавна бытовавшие в немецкой демократической среде.

Со старинными национальными традициями, уходящими не только к Бетховену, Моцарту, Гайдну, но еще дальше, в глубь ис­тории — к Баху, Генделю (и даже Шютцу), органически связаны крупные хоровые произведения Мендельсона. Современное широко популярное движение «лидертафеля» отразилось не только на многочисленных хорах Мендельсона, но и на многих инструментальных сочинениях, в частности на знаменитых «Песнях без слав». Его неизменно привлекали бытовые формы немецкой городской музыки — романс, камерный ансамбль, различные виды домашнего фортепианного музицирования. Характерный стиль современных бытовых жанров проник даже в произведения композитора, написанные в монументально-классицистской манере.

Наконец, огромный интерес Мендельсон проявлял к народной песне. Во многих сочинениях, особенно в романсах, он стремился приблизиться к интонациям немецкого фольклора.

Приверженность Мендельсона к классицистским традициям навлекла на него со стороны радикально настроенной композиторской молодежи упреки в консерватизме. А между тем Мендельсон был бесконечно далек от тех многочисленных эпигонов, которые под видом верности классике засоряли музыку бездарными перепевами произведений минувшей эпохи.

Мендельсон не подражал классикам, он старался возродить их жизнеспособные и передовые принципы. Лирик по преимуществу, Мендельсон создал в своих произведениях типично романтические образы. Здесь и «музыкальные моменты», отражающие состояние внутреннего мира художника, и тонкие, одухотворенные картины природы и быта. При этом в музыке Мендельсона нет никаких следов мистики, туманности, столь характерных для реакционных направлений немецкого романтизма. В искусстве Мендельсона все ясно, трезво, жизненно.

«Всюду ступаешь по твердой почве, по цветущей немецкой земле»,— говорил о музыке Мендельсона Шуман. В ее грациозном, прозрачном облике есть и нечто моцартовское.

Музыкальный стиль Мендельсона безусловно индивидуален. Ясная мелодичность, связанная с бытовым песенным стилем, жанрово-танцевальные элементы, тяготение к мотивной разработке, наконец, уравновешенные, отшлифованные формы сближают музыку Мендельсона с искусством немецких классиков. Но классицистский строй мышления соединяется в его творчестве с романтическими чертами. Его гармонический язык и инструментовку характеризует повышенный интерес к красочности. Мендельсону особенно близки типичные для немецких романтиков камерные жанры. Он мыслит звучаниями нового фортепиано, нового оркестра.

При всей серьезности, благородстве, демократичности своей му­зыки, Мендельсон все же не достиг творческой глубины и мощи, свойственных его великим предшественникам. Мещанская среда, против которой он боролся, наложила заметный отпечаток на его собственное творчество. Оно большей частью лишено страстности, подлинной героики, в нем нет философских и психологических глубин, ощутим недостаток драматической конфликтности. Образ современного героя, с его усложнившейся умственной и эмоциональной жизнью, не нашел отражения в произведениях композитора. Мендельсон больше всего тяготеет к отображению светлых сторон жизни. Его музыка преимущественно элегична, чувствительна, в ней много юношеской беззаботной игривости.

Но на фоне напряженной, противоречивой эпохи, обогатившей искусство бунтарской романтикой Байрона, Берлиоза, Шумана, спокойный характер музыки Мендельсона говорит об известной ограниченности. Композитор отразил не только силу, но и слабость своего социально-исторического окружения. Эта двойственность предопределила своеобразную судьбу его творческого наследия.

При жизни и некоторое время после его смерти общественное мнение было склонно оценивать композитора как самого крупного музыканта послебетховенской эпохи. Во второй половине века появилось пренебрежительное отношение к наследию Мендельсона. Этому немало содействовали его эпигоны, в произведениях которых классические черты музыки Мендельсона выродились в академизм, а ее лирическое содержание, тяготеющее к чувствительности, — в откровенную сентиментальность.

И все же между Мендельсоном и «мендельсоновщиной» нельзя ставить знак равенства, хотя и нельзя отрицать известную эмоциональную ограниченность его искусства. Серьезность замысла, классическое совершенство формы при свежести и новизне художественных средств — все это роднит творчество Мендельсона с произведениями, которые прочно и глубоко вошли в жизнь немецкого народа, в его национальную культуру.

В. Конен

реклама

вам может быть интересно

Карлос Гомес Композиторы
Аманда Форсайт Инструменталисты

Произведения

Публикации

Главы из книг

Ссылки по теме

рекомендуем

смотрите также

Реклама