Возвышенное и земное

Мари-Николь Лемьё снова выступила в Московской филармонии

Нынешний оркестровый рецитал Мари-Николь Лемьё состоялся в Концертном зале имени П.И. Чайковского 26 ноября. Концерт невероятно яркой и харизматичной певицы-контральто из Канады произвел поистине ошеломляющее, мощнейшее по его вокальной энергетике музыкальное впечатление. И рецензенту со всей очевидностью пришлось даже сокрушиться на тот счет, что в прошлый – и, кажется, первый – приезд певицы в Москву весной 2017 года услышать ее в силу личных форс-мажорных обстоятельств не довелось. Тогда певица сосредоточилась на романтическом репертуаре (а именно – на Россини), но на этот раз обратила взор к музыке барокко. Тогда она выступила в сопровождении Российского национального оркестра, а за дирижерским пультом находился канадский маэстро Жан-Мари Зейтуни. Сейчас – в соответствии с избранным репертуаром – мы услышали певицу под аккомпанемент Барочного оркестра Лионской оперы «I Bollenti Spiriti». Творческая специализация этого коллектива – исторически информированное исполнительство, и возглавляет его итальянец Стефано Монтанари. Сей художественный руководитель экстравагантен, но музыкально вдумчив и утонченно изыскан, и на этот раз он предстал не только в ипостаси дирижера, но и скрипача-солиста.

Нынешний концерт также оказался монографическим, и в нём исполнялась музыка Вивальди. Он стал запоминающимся финалом филармонического абонементного цикла нынешнего сезона «Мастера оперной сцены», и возвышенным в нём можно назвать первое отделение, а земным – второе. Величественным базисом музыки, открывшим программу вечера, стала «Stabat Mater» для контральто, струнных и basso continuo (1712, RV 621). Вслед за ней прозвучал Концерт ре минор для двух скрипок, виолончели, струнных и basso continuo (1711, из цикла «Гармоническое вдохновение», op. 3, № 11, RV 565), а в начале второго отделения мы услышали Чакону – третью часть Концерта до мажор для струнных и basso continuo, написанного предположительно в 1720-е годы (RV 114). Эти инструментальные номера, прозвучавшие между духовной католической секвенцией (гимном) «Stabat Mater» и секулярным оперным блоком, ставшим базисом второго отделения, составили восхитительную переходную прослойку.

В несколько необычном по композиции пятичастном «тройном» Концерте Вивальди солировали Стефано Монтанари (скрипка), концертмейстер оркестра Николя Гурбье (скрипка) и Ева Мечниковска (виолончель). А на бис была исполнена еще одна Чакона Вивальди, на сей раз – с солирующей скрипкой, и это соло так же блестяще, как и в Концерте, провел Стефано Монтанари. Московские меломаны помнят его как дирижера концертного исполнения на этой же сцене оперы «Милосердие Тита» Моцарта, а также как дирижера-постановщика еще одной оперы этого композитора – «Così fan tutte» на Новой сцене Большого театра России. Встреча с ним в репертуаре Вивальди как с исполнителем-инструменталистом портрет музыканта дополнила весьма значимо, ведь долгое время – в 1995–2012 годах – он являлся концертмейстером ансамбля Accademia Bizantina под руководством Оттавио Дантоне. В Концерте ре минор (RV 565) царила аура удивительной ансамблевости и торжествовала алгебра упоительной гармонии, а развернутый финал опуса стал образцом яркой «соревновательной» виртуозности по типу concerto grosso. Тончайшее стилистическое чутье не подвело музыкантов и в обеих исполненных Чаконах.

И всё же главной сенсацией вечера стал сильный, глубокий, пронзительно «стальной» и зычный, однако невероятно чувственный голос Мари-Николь Лемьё, певицы-актрисы, пожалуй, еще более экстравагантной, чем незабвенный маэстро Стефано Монтанари. Вся музыкально-артистическая экстравагантность исполнительницы нашла выход в оперном блоке. В нём кроме увертюры к «Олимпиаде» Вивальди прозвучали пять арий, заявленных в программе, и еще одна на бис. Арии из экзотических для наших концертных залов опер Вивальди стали сплошной феерией вокала на уровне восхитительно сочного и здорового гротеска – иногда лирического, иногда виртуозно-игривого, а иногда даже комического, «иронично-лукавого», хотя все эти номера явились принадлежностью жанра оперы-сериа.

Арии Тигринды «Son due venti infesti all’alma» из «Роланда, мнимого безумца» (1714, RV 727), Селинды «Al vezzeggiar d’un volto» из «Фарнака» (1727, RV 711) и Пульхерии «Quanto posso a’me fo schermo» из «Афинаиды» (1728, RV 702) составили галерею женских персонажей вечера. С другой стороны, ария Ликида «Mentre dormi» из «Олимпиады» (1734, RV 725), ария Лучио «Fra le procelle» из «Тита Манлия» (1719, RV 738), а также спетая на бис известная ария Роланда «Nel profondo cieco mondo» из «Неистового Роланда» (1727, RV 728) сложились в галерею героев-травести. В филармоническом буклете – и в практике рецензента сие оказалось впервые – на этот раз были приведены установочные историко-сюжетные аннотации к каждой из арий (за исключением бисовой), и это было, безусловно, здóрово. Но в сборных концертах такого рода провести сюжетное соответствие барочной арии ее сюжету всегда довольно сложно, ведь речь идет не об «Аиде», и не о «Кармен», которые давно уже выучены наизусть и, что называется, просто отскакивают от зубов. На этот раз мы имели дело с совершенно новой – за исключением биса – музыкой.

Слушая незнакомые арии барокко, всегда обращаешь внимание на эмоциональность и «академичность» прочтения, на музыкально-технические аспекты, на качество регистровых переходов, на мелкую вокальную выделку и тесситурные возможности голоса. И в этом плане, хотя интерпретация музыки в стиле di bravura лирико-кантиленным эпизодам всё же несколько уступала, певица оказалась в блестящей вокальной форме! А безоговорочно она подкупила на редкость совершенной, технически безупречной интерпретацией «Stabat Mater»: эксцентричности не было и вовсе, и в этой простой, но мелодически трепетной музыке певица смогла мастерски выстроить барочный храм музыкальной чувственности…

Фото предоставлены отделом информации Московской филармонии

реклама

вам может быть интересно

Выход норвежского гостя Классическая музыка

рекомендуем

смотрите также

Реклама