Возвышенное и земное

Мари-Николь Лемьё снова выступила в Московской филармонии

Нынешний оркестровый рецитал Мари-Николь Лемьё состоялся в Концертном зале имени П.И. Чайковского 26 ноября. Концерт невероятно яркой и харизматичной певицы-контральто из Канады произвел поистине ошеломляющее, мощнейшее по его вокальной энергетике музыкальное впечатление. И рецензенту со всей очевидностью пришлось даже сокрушиться на тот счет, что в прошлый – и, кажется, первый – приезд певицы в Москву весной 2017 года услышать ее в силу личных форс-мажорных обстоятельств не довелось. Тогда певица сосредоточилась на романтическом репертуаре (а именно – на Россини), но на этот раз обратила взор к музыке барокко. Тогда она выступила в сопровождении Российского национального оркестра, а за дирижерским пультом находился канадский маэстро Жан-Мари Зейтуни. Сейчас – в соответствии с избранным репертуаром – мы услышали певицу под аккомпанемент Барочного оркестра Лионской оперы «I Bollenti Spiriti». Творческая специализация этого коллектива – исторически информированное исполнительство, и возглавляет его итальянец Стефано Монтанари. Сей художественный руководитель экстравагантен, но музыкально вдумчив и утонченно изыскан, и на этот раз он предстал не только в ипостаси дирижера, но и скрипача-солиста.

Нынешний концерт также оказался монографическим, и в нём исполнялась музыка Вивальди. Он стал запоминающимся финалом филармонического абонементного цикла нынешнего сезона «Мастера оперной сцены», и возвышенным в нём можно назвать первое отделение, а земным – второе. Величественным базисом музыки, открывшим программу вечера, стала «Stabat Mater» для контральто, струнных и basso continuo (1712, RV 621). Вслед за ней прозвучал Концерт ре минор для двух скрипок, виолончели, струнных и basso continuo (1711, из цикла «Гармоническое вдохновение», op. 3, № 11, RV 565), а в начале второго отделения мы услышали Чакону – третью часть Концерта до мажор для струнных и basso continuo, написанного предположительно в 1720-е годы (RV 114). Эти инструментальные номера, прозвучавшие между духовной католической секвенцией (гимном) «Stabat Mater» и секулярным оперным блоком, ставшим базисом второго отделения, составили восхитительную переходную прослойку.

В несколько необычном по композиции пятичастном «тройном» Концерте Вивальди солировали Стефано Монтанари (скрипка), концертмейстер оркестра Николя Гурбье (скрипка) и Ева Мечниковска (виолончель). А на бис была исполнена еще одна Чакона Вивальди, на сей раз – с солирующей скрипкой, и это соло так же блестяще, как и в Концерте, провел Стефано Монтанари. Московские меломаны помнят его как дирижера концертного исполнения на этой же сцене оперы «Милосердие Тита» Моцарта, а также как дирижера-постановщика еще одной оперы этого композитора – «Così fan tutte» на Новой сцене Большого театра России. Встреча с ним в репертуаре Вивальди как с исполнителем-инструменталистом портрет музыканта дополнила весьма значимо, ведь долгое время – в 1995–2012 годах – он являлся концертмейстером ансамбля Accademia Bizantina под руководством Оттавио Дантоне. В Концерте ре минор (RV 565) царила аура удивительной ансамблевости и торжествовала алгебра упоительной гармонии, а развернутый финал опуса стал образцом яркой «соревновательной» виртуозности по типу concerto grosso. Тончайшее стилистическое чутье не подвело музыкантов и в обеих исполненных Чаконах.

И всё же главной сенсацией вечера стал сильный, глубокий, пронзительно «стальной» и зычный, однако невероятно чувственный голос Мари-Николь Лемьё, певицы-актрисы, пожалуй, еще более экстравагантной, чем незабвенный маэстро Стефано Монтанари. Вся музыкально-артистическая экстравагантность исполнительницы нашла выход в оперном блоке. В нём кроме увертюры к «Олимпиаде» Вивальди прозвучали пять арий, заявленных в программе, и еще одна на бис. Арии из экзотических для наших концертных залов опер Вивальди стали сплошной феерией вокала на уровне восхитительно сочного и здорового гротеска – иногда лирического, иногда виртуозно-игривого, а иногда даже комического, «иронично-лукавого», хотя все эти номера явились принадлежностью жанра оперы-сериа.

Арии Тигринды «Son due venti infesti all’alma» из «Роланда, мнимого безумца» (1714, RV 727), Селинды «Al vezzeggiar d’un volto» из «Фарнака» (1727, RV 711) и Пульхерии «Quanto posso a’me fo schermo» из «Афинаиды» (1728, RV 702) составили галерею женских персонажей вечера. С другой стороны, ария Ликида «Mentre dormi» из «Олимпиады» (1734, RV 725), ария Лучио «Fra le procelle» из «Тита Манлия» (1719, RV 738), а также спетая на бис известная ария Роланда «Nel profondo cieco mondo» из «Неистового Роланда» (1727, RV 728) сложились в галерею героев-травести. В филармоническом буклете – и в практике рецензента сие оказалось впервые – на этот раз были приведены установочные историко-сюжетные аннотации к каждой из арий (за исключением бисовой), и это было, безусловно, здóрово. Но в сборных концертах такого рода провести сюжетное соответствие барочной арии ее сюжету всегда довольно сложно, ведь речь идет не об «Аиде», и не о «Кармен», которые давно уже выучены наизусть и, что называется, просто отскакивают от зубов. На этот раз мы имели дело с совершенно новой – за исключением биса – музыкой.

Слушая незнакомые арии барокко, всегда обращаешь внимание на эмоциональность и «академичность» прочтения, на музыкально-технические аспекты, на качество регистровых переходов, на мелкую вокальную выделку и тесситурные возможности голоса. И в этом плане, хотя интерпретация музыки в стиле di bravura лирико-кантиленным эпизодам всё же несколько уступала, певица оказалась в блестящей вокальной форме! А безоговорочно она подкупила на редкость совершенной, технически безупречной интерпретацией «Stabat Mater»: эксцентричности не было и вовсе, и в этой простой, но мелодически трепетной музыке певица смогла мастерски выстроить барочный храм музыкальной чувственности…

Фото предоставлены отделом информации Московской филармонии

реклама

вам может быть интересно

Моцарт в джинсах Классическая музыка